Амилия Ли – Под куполом цирка (страница 10)

– И ты всё ещё не передумала? – голос фокусника стал холодным, как сталь.

– Нет, – твёрдо ответила она, хотя в голосе прозвучала нотка тревоги, будто и сама сомневалась в своих словах.

Адам злостно сжал руки на груди. Его губы дрогнули, но он не сказал ни слова. Вместо этого его взгляд вновь упал на детей. Эд, дрожа, обнимал сестру за талию, прижимаясь к ней всем телом, словно пытаясь удержать её здесь, в этом мире. Мия оставалась неподвижной, как мраморная фигура, не моргая, не двигаясь. Лишь её губы едва заметно шевелились, беззвучно повторяя что-то про себя. Фокусник потянулся было к ней, но замер, отдёрнув руку, как будто в последний момент передумал. Он отвёл взгляд.

– Эд… присматривай за ней, ладно? – его голос стал мягче.

– Но… что с ней? Почему она такая? – Эд всхлипнул, пряча лицо в её боку.

– Я… – Адам опустил глаза, – Я не знаю, малыш. Но нам нельзя останавливаться. В любом случае.

Молчание повисло между ними, тревожное и глухое, как затаившийся зверь. В нескольких шагах от них стояла ещё одна дверь – третья. Старая, деревянная, потрескавшаяся, с петлями, покрытыми ржавчиной. Казалось, она держится из последних сил и при одном прикосновении рассыплется в пыль. Из-под щелей полз тёплый, затхлый воздух. Третья дверь открылась.

Глава 4: Клоун, который плачет. Часть 1.

Лёгкий скрип старой двери разрезал тишину, наполнив пространство звукаЛёгкий скрип старой двери разрезал тишину, наполнив пространство звуками. Безмолвие, царившее минуту назад, исчезло. Мужчина, всё ещё не сводя глаз с детей, сидевших в подавленном состоянии, не заметил отсутствие лестницы и сорвался вниз. К счастью, падение оказалось на удивление мягким, он приземлился в бассейн, наполненный маленькими разноцветными пластиковыми шариками. Ди подбежала, обеспокоенно заглядывая вниз. Убедившись, что с ним всё в порядке, облегчённо выдохнула. Ей так хотелось протянуть руку и вновь заслужить детское доверие, но доверял ей только Эд. Мия, напротив, держалась позади брата, прижимаясь к нему как к щиту. Мальчик встал, продолжая защищать сестру, пока та отказывалась идти сама. Ди жестом показала – будьте осторожны, – и первой села на ярко-жёлтую горку, чтобы, если что, успеть поймать детей внизу. Эд наклонился к Мие и прошептал:

– Закрой глаза, если страшно. Давай, как раньше: сделаем паровозик, помнишь?

Они вспомнили тёплые дни на детской площадке: мама болтала с соседками, а они играли, пока не вспотеют, и потом получали нагоняй, но это не имело значения, ведь было весело. Мия села сверху, Эд снизу. Девочка улыбнулась на мгновение, и они поехали вниз, в бассейн с шариками, где их уже ждали взрослые. Ди заметила эту улыбку и ей стало чуть легче. Она радовалась, видя детей счастливыми. Но радость быстро сменилась тревогой: Мия снова напряглась. Её взгляд метался между фокусником, Ди и обстановкой, она заметила небольшой проход, ограждённый сеткой, скрытый в лабиринте. Адам поднялся, отряхнул костюм и осмотрелся. Всё выглядело иначе, не так, как в прошлый раз, будто сам лабиринт менялся, живой, подвижный. Он попросил детей следовать за ним, хотя сам не был уверен, что идёт в нужном направлении. Вокруг была тускло освещённая комната. Несколько слабых ламп создавали холодный полумрак, словно ночь окутала всё здание. Хотелось найти выключатель, но его нигде не было. Сетчатые коридоры, платформы второго и третьего этажей, мягкие маты – всё для безопасности и веселья малышей. Но выключателя не было нигде. Адам взглянул наверх: узкие отверстия, ведущие на третий этаж, были слишком малы – ни он, ни Ди туда не пролезут. Он подозвал Эда. Мальчик всё ещё крепко держал Мию за руку, она и сама не хотела его отпускать, прикрывала лицо ладонью от страха. Только Эд подошёл к Адаму, и тот попросил его подняться наверх и поискать хоть какой-то источник света. Пообещал: за сестрой присмотрит. Но Мии пришлось вырвать его из крепких объятий. Она попросила пойти с братом. Эд взглянул на взрослого, потом снова на сестру и протянул ей руку.

– Пойдём вместе.

На втором этаже Мия украдкой смотрела вниз: фокусник не следил за ними. Она наблюдала за ним, за Ди – оба стояли неподвижно. На втором этаже был только мягкий инвентарь: геометрические подушки, тоннели и горки. Целью стал третий этаж, может, там есть свет. Они пробрались наверх: здесь был огромный батут, подушечная арена – место для детских боёв. Но и тут никакого света, никаких выключателей.

– Здесь тоже ничего. Давай вернёмся, – сказал Эд.

Ответа не последовало. Он обернулся – Мии рядом не было.

– Мия? Где ты? Мия!

Подушка с размаху прилетела ему в голову. За спиной смех. Девочка стояла с новой «бомбой» наготове. Вторая подушка попала прямо в лицо. Эд рухнул на пол, хихикая. Он схватил подушку и запустил её в ответ промах. Мия убегала, смеясь, скатывалась с горки на второй этаж, не даваясь в руки брату. Они носились по лабиринту, пока не добежали до тёмного прохода. Мия замерла. Веселье исчезло с её лица. Один вдох, один выдох. Эд догнал её, коснулся плеча.

– Попалась! – сказал он, смеясь.

Но Мия не смеялась. Она теребила пальцы, опустив взгляд. Слова застревали в горле. Эд присел, ловя каждую её эмоцию. Она собралась.

– Эдди, ты мне всегда верил?

– Конечно. В чём дело?

– Даже когда мама говорила, что я вру?

– Мия, что ты хочешь рассказать?

– Нам нужно бежать. Серьёзно. Мы не должны возвращаться к ним.

– Почему?

– Потому что… они не живые!

Он замер.

– Ты шутишь?

– Нет, Эдди. Мы ходим с неживыми. Я видела!

– Где?

Мия рассказывает в деталях, что видела, находясь без сознания под водой, Эд был в шоке. Он пытался убедить её, что это просто страх, галлюцинации. Но Мия плакала. Её истерика сотрясала всё внутри. Она просила, умоляла уйти, бежать, не возвращаться. Она подозревала, что это ловушка, а спасение – спектакль. Эд сопротивлялся, но страх пробирался в голову. А что, если она права? Он схватил Мию за руку и вбежал в проход. Тьма. Густая, непроглядная. Он вытянул руку вперёд, другой держал сестру. Она просила отпустить. Он отпустил. Они шли в темноту, шаг за шагом. Мия дышала ровно, борясь с паникой, в последний раз в тёмном пространстве с ней были огни, в этот раз она сама должна преодолеть все трудности. Шли долго. Кажется, бесконечно. Внизу лабиринта на первом этаже фокусник с девушкой обеспокоенно ждали, Адам ходил, вперёд-назад, нервно поглядывая наверх: он явно в стрессе от долгого ожидания, Ди просит его успокоиться и присесть, он отказывается, ссылаясь на то, что не устал.

– Может, они нашли что-то, поэтому так долго, – спокойно сказала девушка.

– Тогда они бы вернулись сообщить об этом, разве нет?

– Стоит начать беспокоиться?

– Пожалуй, мы туда не протеснимся, найдём другой путь.

В конце коридора тусклое свечение. Свет из под замочной скважины. Дверь тихонько открылась. Они вошли. Комната, обвешанная красными шторами. Как примерочные. В каждой разорванный плакат с вырезанным лицом. Рядом надписи на стенах: «Неудачник!», «Жирный!», «Тупой!». Мяч. Кегли. Ложка. Маленький костюм. Издалека – плач. Не детский. Взрослый. В конце зала – клоун. Толстый, с радужным париком, красным носом. Он всхлипывал у маленького столика. Перед ним рамка с фото – пожилая женщина. Эд закрыл сестру собой и стал отступать, они явно недолжны были сюда заходить.

– Постойте… – всхлипнул клоун. – Вы тоже уходите?

Они молчали, продолжая отходить надеясь, что незнакомец их не тронет. Клоун встал, опрокинув стол, подхватил рамку, спрятал в карман. Дети мигом нашли ближайшее укрытие.

– Где вы?

Он искал их, все также плакал хоть и не интенсивно, Эд сидел в самом дальнем шкафу в одной из «примерочных» прикрывая рот себе и Мие иногда даже дыша через раз, были слышны тяжёлые шаги мужчины, он медленно передвигался, не наклоняясь осматривал комнату.

– Выходите, пожалуйста, я не люблю прятки, но люблю гостей. Может хотите чаю?

Странно, но в его голосе чувствовалась искренность. Однако эта искренность могла быть очень фальшивой, либо хорошо отработанной. Дверца их шкафа распахнулась. Эд ударил клоуна ногой в живот и они побежали, мужчина в ответ только упал на пол и начал снова плакать больше обычного, Мия остановила брата обратив на это внимание. Она подошла ближе. Осторожно. Протянула руку. Эд сжимал кулаки, готовый к другому удару, но клоун был безобиден. Неизвестный глядел на девочку с надеждой.

– Что ты делаешь? Нам нужно бежать! – недовольно сказал Эд.

– Погоди, посмотри на него, – жалостным голосом ответила Мия. – Мистер? Вам сильно больно?

– П-Почему в-вы уб-бегаете? Р-Разве я с-сделал что-то п-плохое? Ещё дерётесь. – Рыдая обратился мужчина к ним.

Мия аккуратно протягивала руку с опаской, но клоун не собирался вредить ей, он лежал на полу держа руками то место, в которое его ударил Эд, мальчик все ещё не доверял этому человеку и намекал сестре все же от него отойти, но девочка решилась положить руку на его плечо желая успокоить хоть чуть-чуть, клоун оглянул её грустным взглядом полным надежды. Он тут же улыбнулся, видя, что его не боятся и не сторонятся, вскакивает с радостным лицом, жмёт руку Мии, бесконечно благодарит за её поступок и приглашает за свой стол.

– Какой чай вы предпочитаете? Я обожаю красный! Я Мартин, а вас как зовут? – Восторженно спрашивает он.