Амелия Ламберте – Пробуждение духов (страница 4)
– Поблагодаришь, если живой выберешься из тех глубин, – усмехнулся Алиис.
Я ответила улыбкой и покинула его «съедобную» комнату. Запоздало мне в голову пришла мысль, что это могла быть столовая или обеденный зал. Провожать Хранитель духов меня не стал, но в этом и не было необходимости – дорогу я хорошо запомнила. Очень скоро я выскользнула за пределы дома под внимательными взглядами нескольких духов воды. Вартелии рядом не оказалось. Поначалу я встревожилась, но потом вспомнила, что она обещала ждать меня наверху, около затонувшего корабля. Я поплыла наверх. Хвост отозвался болью в ноющих мышцах.
Вартелию я заметила сразу. Драконицу сложно было не заметить среди русалок и рыб. А вот русал напротив нее с красным хвостом меня насторожил. Я не слышала, о чем они беседовали, но по интонациям уловила их непринужденное дружелюбное общение.
– О, а вот и Лимирей! – радостно сказала драконица и направилась ко мне. Через силу я сделала несколько мощных движений хвостом и с благодарностью ухватилась за подставленный плавник-крыло Вартелии. К нам спустился русал. Я подняла на него взгляд и вздрогнула. На меня нахлынули воспоминания из детства, и я вспомнила своего отца. Нет, этот вампир на него не был похож, но что-то неуловимо знакомое, напоминающее его, было в каждой черте. А, может, дело было в том, что по нашей линии все вампиры так или иначе были похожи друг на друга (не считая моей мамы – она была человеком, а не родилась вампиром).
Корсис – так его звали. Это был тот самый вампир, который много лет назад спас Дэниэла от смерти. У него в раннем детстве проснулась магия, а на Элинтории магия стихий находилась под запретом по тем же соображениям, по которым в Артении без суда и следствия казнили драконов и вампиров. Участь мальчика была незавидной, и Корсис вывез его с острова на Артению, где и оставил. Вину от разрушительных последствий его магии взял на себя, и с того времени живет изгоем, сменив бескрайние просторы поверхности на такие же бескрайние подводные.
Да-да, спас он именно того Дэниэла, который впоследствии стал мне другом и возлюбленным. А еще Корсис приходился мне родным дядей по линии Магдалены. И сейчас он очень внимательно меня рассматривал.
– Поразительное сходство, – выдохнул он и скользнул вправо, чтобы рассмотреть меня сбоку. Я с долей зависти проследила за его движениями – они вышли у него легко и естественно.
Я молчала. Корсис хоть и был моим одним из ближайших родственников, но сейчас я никого не хотела из них видеть. С другой стороны, помощь в пробуждении Великого Духа Воды могла быть нелишней. Да и что делать с его охраной в виде огромного змея Левиафана я так и не придумала. В пользу дяди еще было и то, что он не относился к вампирам с островов и был не в курсе всего, что происходит на поверхности. Стоило воспользоваться его расположением, пока существовала возможность. Если откажется или предложит вернуться обратно… что ж, семья хотя бы будет знать, куда я отправилась и где меня искать. Я стиснула зубы, представив, что мой хладный труп так и не найдут среду руин города нав. К горлу подкатила тошнота, и я тряхнула головой, прогоняя мрачную картину. Нет, я не погибну. У меня в мире живых осталось слишком много дел.
«Надо поговорить», – торопливо набросала я на листе из водорослей.
– С удовольствием, – улыбнулся Корсис. – Предлагаю сделать это у меня в доме. Я живу в небольшой скале один, так что можешь оставаться столько сколько нужно.
Я благодарно на него взглянула и с досадой вспомнила, что местных денег у меня нет, а менять их на рынке посредством продажи товаров с поверхности (в моем случае зелий) вряд ли получится. Все-таки суша и подводный мир отличались друг от друга намного сильнее, чем суша от подземного мира.
Поэтому я поплелась за дядей, стараясь не слишком сильно от него отставать. Пару раз Корсис оглянулся и сочувственно на меня взглянул. Но заговорил только, когда мы оказались около его дома.
– Вот что: располагайся, пока я буду на рынке. Через полчаса или минут сорок вернусь. Полагаю, Вартелию можно отпустить?
Я взглянула на драконицу воды. Она отмахнулась крыльями-плавниками.
– Все в порядке. Мне все равно было по пути, – улыбнулась она. – Удачно, что Корсис оказался здесь. Раньше он жил в Трилиаре, а это довольно далеко отсюда.
Корсис поморщился.
– Будем считать это вынужденной командировкой, – буркнул он и достал ключ из-под острых зарослей кораллов. Открыл дверь и пропустил меня внутрь. Гостиная оказалась ярко освещена кристаллами. По полу стелился подводный мох, мягкую мебель заменяли огромные ракушки, а вместо занавесок на окнах колыхались темно-бурые водоросли. Только столики и шкафы были похожи на привычные с поверхности, выдолбленные прямо в скале.
Каменная дверь встала на место с глухим стуком. Вартелия махнула на прощание плавником-крылом и скрылась из виду. Я осталась одна. Тишина дома окутала непривычным коконом. Что в городе, что в свободной воде постоянно было какое-то движение и шум воды, а здесь – ничего. Такая тишина иногда царила в подземельях, и после нескольких часов пути начинала сильно давить на нервы. Здесь она начала давить сразу.
Я осмотрелась и увидела, что всю стену до арки, ведущей во внутренние помещения, занимают шкафы. Нижние уровни оказались заставлены различной мелочевкой, а нижние завалены книгами и свитками. Тишина отступила и перестала давить на нервы. Я с интересом развернула парочку свитков и с удивлением обнаружила, что это заметки по обработке драгоценных камней. Полистав еще несколько книг, я с удивлением обнаружила, что они тоже относятся к ювелирному ремеслу. Более того, подписаны авторством Корсиса де Дюпон. Интересный у меня дядя. Впрочем, каждый зарабатывает на жизнь так как может.
Корсис вернулся быстро. За это время я успела изучить каждый уголок гостиной, опробовать местную мягкую мебель (по ощущениям диваны-ракушки напоминали очень мягкие глубокие кожаные кресла) и даже задремать. Разбудил меня тихий скрежет входной двери. Я вздрогнула и остановила взгляд на Корсисе. В руках у него был небольшой сверток из водорослей, а поверх него лежала небольшая коробочка из дерева. Он положил все это рядом со мной и произнес:
– Переоденься. Ткань в одежде – не самое практичное решение. Вода ее утяжеляет и забирает из нее тепло. Здесь, – указал Корсис на коробочку, – несколько икринок уртуаля. Они довольно противные на вкус, но действуют как обезболивающее. Тебе они потребуются первые несколько дней, – улыбнулся дядя.
Я улыбнулась и благодарно на него взглянула.
– Гостевая комната за аркой, слева по коридору. Переодевайся, а потом мы поговорим. Вартелия мне много о тебе рассказала, так что о твоих проблемах с голосом я знаю, – улыбнулся он.
Я выбралась из «дивана», подхватила все подаренное добро и вскоре уже была в гостевой комнате. Она не слишком сильно отличалась от гостиной – разве что была меньше и каменных полок в ней было не так много. Топ из водорослей оказался легким и приятным к телу. Он плотно обхватил грудь и моментально нагрелся до температуры моего тела, сменив цвет с синего на зеленый. Закончив с переодеванием, я открыла коробочку с «обезболивающим». Не позволив себе подумать, я закинула в рот икринку и раскусила ее. От жидкого холодного склизкого нутра меня едва не стошнило. Каким-то невероятным усилием воли я заставила себя это проглотить и вернулась к Корсису.
– Кровью умеешь связывать сознания? – спросил он, увидев меня. Я кивнула.
– Хорошо.
Дядя быстро полоснул себя по руке острым ножом из камня. Я воспользовалась клыками и вспорола ими кожу на запястье. Его поток крови скользнул ко мне, и через пару мгновений мы установили связь.
– Не буду ходить вокруг да около, а скажу прямо: ни сейчас, ни завтра ты никуда не пойдешь, а останешься здесь, под моим присмотром. Не потому, что я твой дядя и несу за тебя ответственность, а потому что тебе надо привыкнуть к хвосту. Сейчас ты на нем далеко не уплывешь, а излишняя нагрузка только навредит – можешь порвать мышцы, и, поверь моему опыту, это очень больно, а восстановление даже для нас затягивается на неприличные несколько дней.
Я сердито взглянула на Корсиса. Он не сводил с меня внимательного немигающего взгляда, и я нехотя кивнула, подтверждая, что вняла его словам. Неприятно признаваться, но он был прав.
– Хорошо, а теперь расскажи мне о цели своего визита. Может, я смогу тебе чем-нибудь помочь, – улыбнулся дядя.
Я неуверенно повела хвостом и устроилась на «диване». Сейчас я не чувствовала такой уверенности, как у Хранителя Духов. Дорога к руинам нав предстояла опасная – неизвестно, насколько «дружелюбными» могли оказаться глубинные рыбы. Да и сколько времени я буду искать вход во Второй город нав тоже неизвестно, и вряд ли Левиафан будет мирно дремать в своей норе, когда почует чужака. Действуя в одиночку, я и правда могла погибнуть. От этой мысли под ложечкой неприятно засосало.
Корсис меня не торопил. Видимо, видел отраженные на моем лице муки выбора.
«А здесь есть еще кто-нибудь из нашей семьи?» – неуверенно спросила я.