Амбер Скай – Антипринц. Мой главный кошмар (страница 4)
Затем, не сказав больше ни слова, он выпрямляется, разворачивается и растворяется в черном провале коридора так же бесшумно, как и появился.
Я остаюсь одна. Прикованная к батарее, с солоновато-металлическим привкусом его спермы на языке. Я сижу на полу, глядя в одну точку и не в силах даже пошевелиться. Внутри меня – звенящая, оглушительная пустота, а перед глазами все еще висит самая прекрасная маска. И тут тишину леса за окном разрезает пронзительный, нарастающий вой полицейских сирен.
Сине-красные отсветы начинают плясать по стенам.
Вспышка понимания пронзает меня острее ножа: это мой Ужасный Принц их вызвал. Он не соврал. Теперь он не оставит меня.
И мне страшно. Ведь я не смогла ему ни в чем отказать. Он не снял ошейник… и я не попросила.
Глава 2
Когда тебя постоянно называют Принцем, жажда собственного Королевства – лишь вопрос времени.
Я выхожу из машины, скользнув равнодушным взглядом по огням ночного города. Где-то вдали воют полицейские сирены – приятное напоминание о моем недавнем милосердии. Синие огни удаляются, разрезая тьму, пока я отгоняю непрошеные мысли о своей новой занятной игрушке.
Внутри элитного ресторана царит ночная тишина. Просторный зал почти пуст, не считая одного посетителя. Несмотря на то, что я ужинал здесь лишь однажды, мой мозг уже автоматически отмечает все пути отхода из здания на случай непредвиденных обстоятельств. Это не паранойя. Это рефлекс киллера.
Мужчина в деловом костюме сидит за дальним столиком, уже отложив приборы. Поздний ужин закончен – на тарелке стынут остатки стейка с кровью. Кондиционер молотит на полную мощность, но Джефферсона это явно не остужает. Он выглядит напряженным, хотя я отработал контракт идеально. Странно.
Алистер Торнтон мертвее мертвого. Труп владельца фармацевтической империи, оказавшегося по совместительству больным ублюдком, уже нашли в лесной хижине. А его жертва – белокурая наследница из богатой семьи – благодаря моему анонимному звонку отправилась в клинику на реабилитацию.
Холодная усмешка едва не трогает мои губы. О да, реабилитация бедняжке определенно понадобится. Вот только лечить её истерзанную психику придется не только от того, что с ней творил Торнтон, но и от того, что сделал я. Правда, мозгоправы не помогут. От меня лекарств не существует.
– Обсудим следующую цель, Роберт? – спрашиваю я, игнорируя уважительное «сэр». Могу себе позволить.
– Присаживайся, Стерлинг, – говорит он, пока официант уносит грязную посуду и оставляет нас двоих.
Я едва заметно хмурюсь. Фамильничает. Раньше всегда называл по имени или прозвищу. Впрочем, мне плевать на этого сноба. Нас связывает лишь договор на три контракта. Эта работа нужна мне не только для поддержания репутации Принца как элитного киллера, но, главное, для расширения влияния криминальной империи моего отца. Я выбрал эту стезю, потому что пачкать руки кровью куда веселее, чем просиживать штаны в кожаных креслах, отдавая приказы, как это делают мои старшие братья. Кроме того, так я строю свое собственное Королевство.
Усевшись напротив, я откидываюсь на спинку стула. Осталось две цели. Я грохну их, в качестве оплаты получу нужные промышленные контракты для Семьи, и пусть Джефферсон катится к черту.
– Ты нашумел, – процеживает он.
– У полиции и журналистов ничего нет на меня, – спокойно качаю головой. – Я не засветился.
Моя игрушка меня не сдаст, я в этом абсолютно уверен. Даже если бы ее показания что-то значили и мы не имели бы купленных копов – она будет молчать. Она слишком хорошо усвоила, кто теперь ее самый страшный ночной кошмар, и знает, что я вернусь. А, значит, злить меня смертельно опасно.
– Свидетельница… – начинает Джефферсон.
– Она ничего не видела, – гладко лгу я. – Сидела в запертом подвале, пока я пускал Торнтону пулю в лоб.
Он смотрит на меня пристально. По всем правилам я должен был зачистить свидетелей. Но я выбрал охоту на людей именно потому, что мне нравится сам процесс. И мне чертовски понравилось то, что я нашел в подвале Торнтона. Ее светло-голубые, перепуганные глаза, разметавшиеся золотые кудри, упрямо сжатая в жесткую линию челюсть. Она сидела передо мной в белом платье, похожая на сломанную диснеевскую принцессу, а у ее ног растекалась лужа крови тюремщика. Я искушен в пороках, я перепробовал слишком много развлечений, чтобы хоть что-то могло меня удивить. Но с ней… с ней для полной разрядки мне хватило лишь грубо взять ее в рот и смотреть, как в ее глазах ломается воля. Я уже навел справки и знаю, какой семье она принадлежит. Заполучить такую дорогую игрушку – тоже отдельный сорт удовольствия, но дело вовсе не в её родословной. Дело в том, как она стояла передо мной на коленях.
– Моя вторая цель? – холодно обрываю я, устав терять время.
Он молча пододвигает мне увесистую папку. Я открываю досье. Десять минут тишины, нарушаемой лишь шелестом страниц. И с каждой новой фотографией ледяное раздражение внутри меня закипает всё сильнее.
– Это что, шутка? – я медленно поднимаю на него взгляд.
– Я похож на шутника, Стерлинг?
– Африка? – я до скрежета стискиваю челюсти. – Да я застряну в этой дыре на гребаные полгода!
– Этот маршрут критически важен для наших поставок, – Джефферсон не отводит взгляда. – А значит, и для твоей семьи. У нас четкая договоренность с твоим отцом. Ты полностью наш на три контракта.
Я сжимаю зубы. Конечно, всё логично, но меня не покидает стойкое ощущение, что Джефферсон специально выбрал цель на другом континенте, чтобы убрать меня подальше и исключить любой новый шум в стране. По условиям сделки я не могу отказаться – это подведет Семью и сорвет мои собственные планы.
Я снова опускаю взгляд на описание цели. Задумываюсь. Так ли всё паршиво? Я не дилетант. Если жестко урезать сроки подготовки и действовать агрессивно, я закрою этот контракт за три месяца. Мое Королевство в стенах университета Стоунхейвен никуда не денется и дождется меня. Мы проведем это «Посвящение принцесс», как и планировали. Дерьмовое, пафосное название, не спорю – Стив придумал эту дешевку исключительно для того, чтобы вдоволь поразвлечься с наивными студентками. Пусть играет со своей массовкой. Мне плевать. Ведь к тому времени моя личная сломанная игрушка как раз покинет стены психиатрической клиники и вернется на второй курс.
Там, на моей территории, мы и встретимся.
Я захлопываю папку и встаю.
– Считай, что цель уже устранена.
– Не торопись, Дезире, – вдруг смягчившись, напутствует меня Джефферсон.
Пусть катится к черту со своими советами.
– Я никогда не спешу, Роберт, – бросаю я через плечо и выхожу из ресторана.
Я сделаю всё, что нужно. А вот со своей новой игрушкой я был абсолютно серьезен. Ей действительно больше не нужно никого бояться, кроме меня. Я точно знаю, что именно буду с ней делать.
Перед глазами вспыхивает её лицо – мягкие черты, залитые слезами, лебединая шея, сдавленная цепью, и этот затравленный, дикий взгляд, брошенный в темноту леса за окном хижины. Каких чудовищ она там себе нафантазировала, раз предпочла довериться мне? Мне – потомственному мафиози и киллеру, который приковал ее к батарее?
Я собираюсь воссоздать эти кошмары для неё наяву. Я заполню её жизнь тенями, чтобы она сама, добровольно и отчаянно, искала моей защиты. Я буду спасать её от всего остального мира просто для того, чтобы навсегда остаться её единственным, главным кошмаром.
***
Я должна успеть к парам.
– Черт… – я беспомощно топчусь посреди бесконечной парковки, где пару минут назад высадил меня брат.
Три месяца затворничества в клинике и дома – я просто не имею права опоздать в свой первый же день. Особенно после того, как все газеты штата окрестили меня «Спасенной Золушкой». Да пошли они к черту! Никто из них понятия не имеет, чего мне стоило это «спасение».
Я перехожу почти на бег, лавируя между рядами элитных тачек (здесь не ездят на дешевках). Калеб, конечно, мой любимый старший брат, но он ни черта не смыслит в топографии Стоунхейвена. Лучше бы он позволил мне добраться самой, тогда Келси или Зак довезли бы меня прямо до нужного корпуса! Вдали маячат шпили готических зданий, но отсюда не разобрать ни одной таблички на стене, а я всё еще топчусь на бесконечной парковке. Я и сама не знаю тут всех закоулков. Стоунхейвен – это не просто кампус, это автономный город-государство, готовый проглотить тебя целиком. Три десятка монументальных корпусов, путаница аллей, территории закрытых клубов за высокими коваными оградами, собственные кафе и огромные жилые резиденции… Здесь слишком легко потеряться.
Визг шин. Я едва успеваю отшатнуться от газанувшего прямо на меня серебристого Jaguar.
– Сукин сын! – кричу я вслед ублюдку и в панике отскакиваю назад, на пустой парковочный прямоугольник. Странно, что это козырное место никем не занято… Наверное, это только что спасло меня от того, чтобы стать жертвой ДТП в свой первый же день.
Но удача отворачивается мгновенно.
Я оступаюсь. Тонкий кожаный ремешок босоножек
Не успеваю я даже схватиться за ушибленное колено, как воздух вспарывает хищный рык. Огромный черный внедорожник влетает на парковочное место и резко бьет по тормозам.