Амбер Скай – Антипринц. Мой главный кошмар (страница 10)

Мир вокруг закружился. Мой спаситель? Тот жестокий, властный монстр, который заставил меня взять его член в рот и намотал цепь на мою шею? Этот парень?

– Ты… ты пришел туда… – я задыхалась, пытаясь совместить образ колоссального Ужасного Принца в бело-золотой маске с этим молодым, нервным парнем. В лесу он казался мне выше, шире, но, возможно, мой страх тогда исказил восприятие.

– Я узнал, что он прячет тебя там, – Зак сглотнул, опустив взгляд на зеркальные очки в своих руках. – Я должен был остановить его. Мне пришлось пойти на убийство собственного отца, чтобы он прекратил тебя мучать.

Он убил родного отца. Ради меня. Эта мысль ударила по оголенным нервам. Я смотрела на Зака, и сквозь его извиняющийся, разочаровывающий меня тон вдруг проступила та пугающая, темная тень моего Ужасного Принца. Тень человека, который хладнокровно спустил курок и забрал меня себе.

Вместо отвращения я внезапно почувствовала то самое чувство защищенности. Никто в этом мире, ни моя семья, ни эти врачи с их таблетками, не сделали для меня того, что сделал он.

– Зачем ты пришел сюда? – мой голос стал тише. Я стояла и дрожала.

– Я не могу перестать думать о тебе с той самой ночи, – Зак подался вперед, его голос зазвучал настойчивее. – Я хочу приходить к тебе. Пожалуйста, разреши мне навещать тебя здесь, тайно. Никто не должен знать, кто я такой и что мы связаны. Твои родители вряд ли поймут.

Мой разум кричал, что это безумие. Что он – сын психопата, что он сам сломан и опасен.

Но когда я смотрела на эти зеркальные очки, мое тело предательски отзывалось фантомным жаром и тяжестью цепи на горле.

– Хорошо, – выдохнула я, сдаваясь.

***

Аврора

Сейчас

Стоны впереди становятся громче, переходя в нечленораздельный крик.

– Зак… – шепчу я, делая шаг на свет, и застываю в дверном проеме.

Слова комом застревают в горле. Душный запах потных тел бьет в лицо.

Я смотрю на крашеную в дешевый рыжий цвет девицу, с которой мой парень сползает по ту сторону кровати, оставаясь ко мне спиной. Голая девушка падает лицом в подушки. Её глаза закатились, лицо отекшее и тупое – она явно под кайфом. Я никогда не пробовала наркотики, но в сериалах Netflix обдолбанные выглядят именно так. На тумбочке батарея бутылок виски, часть из которых уже пуста, пепельница, полная окурков, и рассыпанная белая дорожка порошка.

– Блядь, кто еще…? – голый Зак, оглянувшись, поднимает на меня мутный взгляд. Он смотрит не в лицо, а на мою грудь, обтянутую платьем. – Какого черта?! Я заказывал на сегодня только одну.

«На сегодня?!» Его слова бьют наотмашь, похлеще любой пощечины. Дело даже не в том, что он таскался по отелям, пока я хранила свою идиотскую невинность. Дело в том, как низко пала я сама. Он приковывал меня к батарее, целился в голову, душил цепью в лесу, а я позволила этому больному ублюдку стать моим единственным ориентиром. Ко мне подходили десятки нормальных парней, но их ухаживания вызывали лишь тошноту. Я отшивала всех. Я думала, между нами с Заком есть какая-то темная, но исключительная связь. А он в это время просто набивал счет. И сегодня позвал меня, видимо, чтобы похвастаться своими «достижениями».

– Аврора? – он узнает меня только сейчас, и в его голосе звучит пьяное сомнение. Он снова пялится на мое платье, открывающее много голой кожи. – Не может быть… Я перебрал.

– Зато я наконец-то протрезвела, – ощущаю, как все внутри меня выгорает дотла.

– Твою мать, – он наконец узнает мой голос, и на его потном лице проступает тупое осознание. – Аврора…

– Всё кончено, Зак, – бросаю я. Слезы уже вовсю разъедают густую подводку, но я заставляю себя широко, до боли в мышцах, улыбнуться. – Кайфуй, мачо.

Разворачиваюсь и вылетаю в коридор. Ноги на шпильках подкашиваются, я почти бегу, невольно прислушиваясь: не бросится ли он за мной? Тишина. Да пошел он к черту!

Я влетаю в лифт. Рядом стоит пожилая пара, которая во все глаза разглядывает мой размазанный слезами макияж и платье, едва прикрывающее бедра. Я вижу в их глазах брезгливость – они точно приняли меня за дешевую шлюху, которую выставили за дверь без оплаты.

– Я девственница! – выплевываю я им в лицо и вылетаю в распахнувшиеся двери. Спотыкаясь, я бегу по широкому крыльцу отеля прямо в холодную ночь.

На улице сразу жадно вдыхаю холодный воздух. Меня все еще колотит. Ночной город, залитый неоном, кажется враждебным. Дело даже не в Заке – дело в опасностях, которыми полон мир, и в этой ночи, от которой он никогда не мог меня защитить. Я просто обманывала себя. Я заставляю себя не думать о том, скольких людей в этот самый момент насилуют или убивают в темных переулках.

Дрожащими пальцами я пытаюсь вызвать Uber, но позади вдруг взрывается рев мотора. Золотой Maserati с алой короной на капоте виляет к самому тротуару. Я вскрикиваю, отшатываясь, когда машина резко тормозит в паре сантиметров от моих коленей.

Водительская дверь взлетает вверх, как крыло хищной птицы.

Из салона ленивой походкой выходит Дезире. Его глаза горят в темноте, как два факела, когда он медленно, почти ощутимо, сканирует мою полуобнаженную грудь.

– Дезире? – с ужасом выдыхаю я.

– Садись в машину, – приказывает он. В его голосе нет просьбы, только абсолютная власть.

– Кажется, ты запрещал мне к ней даже прикасаться, – ядовито бросаю я, вспоминая его слова на университетской парковке. Тогда тачка была другой, но какая разница?

Что он вообще здесь делал? Тоже трахал шлюх? Весь этот отель провонял.

Дезире сокращает расстояние между нами в один шаг. Я замираю, парализованная, когда его огромные ладони властно откидывают мои волосы назад за плечи.

– Это совсем не похоже на цепь.

Одним резким движением он рвет кружевную бархатку на моей шее и отшвыривает её в сторону, как мусор. Я задыхаюсь от неожиданности. Страх заставляет соски затвердеть и царапать тонкий шелк платья – под ним нет лифчика. Прежде чем я успеваю отпрянуть, его мускулистая рука по-хозяйски обхватывает мою талию, рывком прижимая спиной к его горячему, жесткому телу. Он разворачивается к машине, таща меня за собой. Одна его ладонь ложится на мою шею, почти полностью перекрывая горло и заставляя голову запрокинуться, а вторая опускается на живот, сминая ткань платья и вызывая там тягучий жар.

С меня будто спадает оцепенение.

– Катитесь вы все к своим шлюхам! – рычу я, пытаясь сбросить его «железную» хватку.

– Не путай меня с Заком, принцесса. Я не нуждаюсь в шлюхах, – рычит он мне прямо в ухо, и по моей коже пробегает стадо мурашек.

«Принцесса». Он назвал меня так же, как мой кошмар в лесу. Хотя благодаря газетчикам прозвище приклеилось ко мне.

– Мистер! Мисс! У вас все в порядке? – доносится голос швейцара, выбежавшего на шум.

Дезире даже не оборачивается. Не ослабляя хватки на моей шее, он заставляет меня согнуться в пояснице перед распахнутой дверью машины. Я вскрикиваю. Ткань платья – и так опасно короткого – предательски ползет вверх, показывая трусики. Мои ягодицы инстинктивно сжимаются, а внизу живота нарастает тяжелая, тягучая пульсация.

Я пытаюсь брыкаться, но Дезире стоит слишком близко.

– Мисс! Всё в порядке? – швейцар явно понимает, что происходит нечто за гранью приличий, но Дезире перекрывает ему обзор на меня своей массивной фигурой.

Обернувшись, сквозь спутанные волосы я вижу, как Дезире разъяренно оглядывается на швейцара.

– Мистер Стерлинг? – вдруг лепечет тот, узнав. – Простите, я думал… Не буду мешать.

И он просто исчезает за вертушкой дверей.

– Быстрее, принцесса, – Дезире вдруг отпускает меня, и я, опершись о его машину, оглядываюсь за спину. Непривычная пустота на шее обманчива – он закрывает собой проход. У меня нет выхода.

– Зачем ты здесь?

– Я подвезу тебя, – он явно не привык отвечать на вопросы.

Я пытаюсь выпрямиться, хоть его взгляд и давит.

– Ты явно часто бываешь в этом отеле, раз швейцар знает тебя.

– Сегодняшнему персоналу просто объяснили, кто я, – усмехается он.

Сегодняшнему? Это звучит так, будто он преследует меня и просто всё подготовил, чтобы убрать препятствия. Но, конечно, хозяину Королевства явно есть чем заняться помимо этого.

– Кто объяснил? Твоя свита?

– Садись, принцесса, – он не ведется на мои шпильки и продолжает ровным голосом: – Заку плевать на тебя. Тебе нужно двигаться дальше.

– На твоей тачке?..

– Тссс, – его указательный палец ложится на мои губы, обрывая протест, и внутри всё вспыхивает. Мне хочется, чтобы эта ладонь снова опустилась на мое горло.– Какая разница, на чем? Главное, с кем.

Он прав. Я одна. Я всегда была одна, просто раньше успешно врала себе в зеркало. Я не дура и прекрасно понимаю, чем закончится эта поездка, но сейчас это кажется мне чертовски отличной идеей. Почему нет? Пока Зак наверху потеет на очередной крашеной шлюхе, я не хочу сидеть дома и плакать в подушку.

И я сажусь в машину.

Дезире обходит капот и занимает место за рулем; хищные двери-крылья бесшумно опускаются, отсекая нас от темной ночи.

– Хорошая принцесса, – усмехается он.

В моих ушах эхом отдаются те же слова, искаженные речевым модулем. На миг я снова проваливаюсь в сказочный кошмар. Прихожу в себя, только когда Дезире, потянувшись ко мне, застегивает мой ремень безопасности. Его тело обдает меня своим теплом. Этот жест кажется таким бережным, что совершенно не вяжется с его опасной аурой. Он кладет ладони на руль – легко и нежно, будто касается женщины, – и мы трогаемся.