Amaury Shadow – Шёпот тени (страница 17)

Зал Совета был святилищем. Колонны из обсидиана уходили ввысь. По стенам струились руны, меняя цвет в такт нашему приближению.

Пять тронов из первородного обсидиана ждали нас.

Рей вышел на середину.

– Преклоните колени.

Я опустилась на колено без чего-либо вообще. Рей взял Корону Главы – диадему из чёрного металла с пульсирующими кристаллами.

– Восстаёт глава ордена Теней, – его голос громыхнул, – Амелия, носительница Воли Тьмы!

Он возложил корону. Я ощутила давление всей истории Ордена. Заняв центральный трон, я почувствовала не пустоту, а Силу. Будто тысячи голосов прошлого вдохнули в меня своё согласие.

Лиам опустился на колено. Рей возложил на его запястья браслеты Стража – массивные, с рунами.

– Восстаёт Страж Тени, Лиам, Меч и Совесть Главы!

Его трон справа от меня вспыхнул серебристым светом.

Кай преклонил колено с тихой мощью. Рей закрепил браслеты Верховного Стража.

– Восстаёт Верховный Страж, Кай, Воля Ордена!

Его трон слева окутался тенью.

Мия опустилась на колено с грацией. Рей надел на неё ожерелье Левого Эмиссара.

– Восстаёт Левый Эмиссар, Мия, Голос и Дипломатия Ордена!

Её трон заставил руны исполнить сложный танец.

Ник преклонил колено без тени шутки. Рей вдел ему серьги Правого Эмиссара.

– Восстаёт Правый Эмиссар, Николас, Разум и Аналитика Ордена!

Перед ним проявилась и схлопнулась карта всех теневых структур.

Когда последний трон был занят, Рей воздел руки.

– Круг Замкнут! Фамильяры Пробуждены! Орден Теней – ВОЗРОЖДЁН!

Зал в едином порыве рухнул на колени.

А трещина в ледяной пустоте внутри меня… расширилась. Всего на волос. Но этого хватило, чтобы я впервые почувствовала слабый, далёкий, но неоспоримый отзвук жизни.

Глава 15

Последние отголоски праздника смолкли, когда Астралия погрузилась в густую, бархатную ночь. Город укутал предрассветный туман, стелющийся по улицам, словно дыхание Тени.

Наш новый дом – цитадель Верховного Круга – встретил нас давящим величием. Стены переливались приглушённым пурпурным свечением, тени под сводом расступались почтительным полукругом. Дом был живым, дышащим существом – древним и терпеливым.

И всё же первым, что совершил Ник, переступив порог, стало отнюдь не благоговейное созерцание. Сделав два резких шага, он рухнул лицом вниз на диван.

– Я больше не функционирую, – его голос был приглушенный и лишён эмоций. – Сообщите о завершении моего жизненного цикла.

Нериос, его фамильяр, завис над ним и ткнул кончиком хвоста в ухо.

– Отстань, ходячий сбой моей судьбы, – простонал Ник.

Мия скрестила руки.

– Ты его ранишь. В его сияющем эллипсе ясно читается обида.

Оникса носилась по комнате, пытаясь поймать все три своих хвоста.

– Он вечно на что-то обижается, – пробурчал Ник. – На меня, на несовершенство мироздания, на квантовые флуктуации.

Лиам, единственный, кто сохранял собранность, расставил на столе массивные кружки с терпким чаем. Элисан восседал на его плече, изучая напитки с видом прирождённого критика.

– Он… выносит вердикт? – уточнила я.

– Безостановочно, – ответил Лиам с обречённостью. – С того момента, как мы вошли.

Кай расположился в кресле у окна, его фигура была воплощением спокойной, хищной грации. Рядом растянулся Серафтен, сократив полезную площадь комнаты вдвое.

Я медленно подошла к группе.

– Силы на исходе? – спросила я тихо.

– Я – биологическая масса, достигшая состояния плазмы, – пошевелил пальцем Ник. – На большее не рассчитывайте.

– А я – просто прекрасна, – с вызовом заявила Мия.

В этот момент Оникса положила к её ногам чей-то одинокий носок.

– Врёшь, – безжалостно констатировал Кай. – Ты держишься на чистом упрямстве и адреналине.

– А ты – на врождённой мрачности и чувстве долга, – парировала Мия.

Кай лишь пожал плечами.

Аурелион раскрыл за моей спиной крылья, и на потолке заплясали переливающиеся блики. Дом дышал вокруг нас.

И я… чувствовала нечто большее, чем ледяную пустоту. Словно сквозь трещины начал просачиваться слабый луч тепла.

Утро

Моё пробуждение ознаменовалось криком.

– ЕСЛИ ТЫ СОВЕРШИШЬ ЭТОТ АКТ ТЕРРОРА ЕЩЁ РАЗ, Я РАЗОБЬЮ ТВОЮ ЗАДНИЦУ ОБ СТЕНУ! – голос Мии пронзил тишину.

Оникса сидела на столе, сложив лапки, являя собой образец притворной невинности.

– Она откровенно манипулирует тобой, – заметила я, входя на кухню.

– А я, как идиотка, ведусь на это! – Мия схватилась за голову. – Что со мной не так?!

Оникса опрокинула вилку.

Лиам хозяйничал у плиты. Элисан на его плече указывал головой на сковороду.

– Он снова шеф-дегустатор? – уточнила я.

– С самого рассвета, – вздохнул Лиам. – И не собирается сбавлять обороты.

Кай молча сидел за столом, погружённый в созерцание пара из чашки. Серафтен сократил площадь кухни вдвое.

Ник появился в дверном проёме, позвякивая одной серьгой.

– Верните меня в криокапсулу, – заявил он хрипло. – Там никто не пытался накормить меня подозрительными пирожками.

– Это лечебные лепёшки, – невозмутимо парировал Лиам.

– От таких объяснений мне становится только хуже…

Я уже собиралась протянуть ему воду, как дверь распахнулась. В проёме возник Рей.

– Подъём, – его голос не допускал возражений.