Amaury Shadow – Сердце Межмирья (страница 37)

Амари не перебивала. Лицо стало сосредоточенным. Хищным. Она уже разбирала ситуацию по костям.

– Это не просто каприз аристократа, – наконец произнесла она. – Это смесь гиперопеки и паранойи. Он что-то знает. Или подозревает. Что-то, связанное с тобой. И боится озвучить – чтобы не притянуть беду.

Я нахмурилась.

– Откуда у него вообще могут быть сведения обо мне? Мы знакомы… сколько? Несколько дней.

– Лия, – она посмотрела на меня выразительно, – он наследный принц Межмирья. У него разведка в крови. Шпионы, аналитики, связи. Или…

Она прищурилась.

– Или его предостерегают от тебя. Ты можешь быть костью в горле у кого-то очень влиятельного и там.

Меня бросило в холод. Мысль была неприятной. И слишком логичной.

– И что мне делать? – тихо спросила я.

Амари спокойно отпила вина.

– Ничего. Ты всё сделала правильно. Ты показала, что готова быть на его стороне. Теперь его ход. Если он не сделает шаг – значит, не стоит твоего доверия. Сделка или нет.

Она чуть улыбнулась.

– А пока наслаждайся шоу. Мне, например, безумно нравится, как он на тебя смотрит. Как голодный волк на единственную овцу в округе. И как Каин ведётся на мои юбки. Мужчины с комплексом спасителя и собственника – это отдельный вид искусства.

Я не удержалась и рассмеялась. Часть тяжести отпустила.

– Спасибо, подруга.

– Всегда, – она чокнулась со мной бокалом. – А теперь давай обсудим, как мы аккуратно утопим отца Деймана. У меня появились очень… пикантные детали.

Мы просидели ещё пару часов, строя планы, раскладывая комбинации и смеясь над будущими жертвами. Но когда Амари ушла, а тишина снова накрыла комнату, его образ вернулся. Закрытый. Упрямый. И – да – испуганный.

Я легла на кровать, глядя в потолок. Это была уже не просто обида. Это было опасение, что та самая сделка, на которую я пошла ради защиты своих, может разбиться о его каменные стены ещё до начала настоящей войны. И хуже всего было другое осознание. Мне стало не всё равно. И это было чертовски опасно.

Глава 13

Аарон

Когда дверь закрылась за Лией, унося с собой последний след её присутствия, гостиная погрузилась в гулкую, неудобную тишину.

Я остался стоять посреди комнаты, как законченный идиот.

Чувство вины – тяжёлое, вязкое, липкое, как смола – медленно расползалось внутри, заполняя лёгкие. Я прокручивал наш разговор снова и снова, находя всё новые поводы себя ненавидеть.

За что именно? За то, что не смог подобрать слов. За то, что опять выбрал холод вместо честности. За то, что не сказал простого: мне страшно.

Страшно доверять. Страшно подпускать. Страшно признать, что она уже что-то для меня значит.

А её взгляд… Этот усталый, разочарованный взгляд, брошенный на меня перед уходом, преследовал как призрак. Не злой. Не обвиняющий. Хуже. Окончательно уставший. Я уже собирался подняться наверх – прекрасно понимая, что рискую нарваться на закрытую дверь или ледяной приём, – когда в коридоре появился Дейман. С подносом, заставленным тарелками.

– Ну, – протянул он, окидывая меня быстрым взглядом. – Судя по твоей физиономии, ты конкретно накосячил.

Без злости. Без насмешки. Сухая констатация факта.

– И сильно, – добавил он, поправляя тарелку так, будто выравнивал линию фронта. – Они ужинать не выйдут. Придётся нести еду наверх.

– Что значит «не выйдут»? – резко спросил я, чувствуя, как последние надежды на примирение за общим столом рассыпаются в пыль.

– Это значит, что они заперлись вдвоём, – спокойно пояснил Дейман. – А когда это происходит, можешь расслабиться. Часов на шесть-восемь минимум.

Он криво усмехнулся.

– Лия расстроена. А когда она расстроена, ей нужна Амари. Советую тебе найти себе занятие. Их женский совет обычно заканчивается глубокой ночью.

Каин, помогавший накрывать на стол, нахмурился:

– Подожди. А разве у вас не железное правило – ужинать всем вместе?

– Обычно да, – пожал плечами Дейман. – Но у всех бывают дни, когда нужен свой угол. И свой круг. Особенно у них.

По лестнице спустился Кассиан. Лицо – привычно невозмутимое. Но в глазах – слишком точное понимание.

– Они передали, что поедят наверху, – сообщил он. – И попросили не беспокоить.

Он задержал на мне взгляд чуть дольше, чем следовало.

– Что-то задело её глубоко, Аарон. Такую стену она строит только когда ранена кем-то… важным.

Слово важным врезалось острее любого упрёка.

Ужин прошёл в мужской компании. Еда была безупречной – Дейман действительно был кулинарным гением, – но на вкус казалась пресной. Вино не грело. Я слушал разговоры, не слыша ни слова. Взгляд раз за разом возвращался к лестнице.

– Ну неужели нельзя хотя бы понять, о чём они там шепчутся? – не выдержал Каин.

Его обычно беззаботное лицо было напряжено. Ему явно не хватало Амари – её колкостей, её взгляда, её присутствия.

– Если хочешь рискнуть остаться без некоторых… жизненно важных органов, – флегматично отозвался Дейман, – я тебя не держу.

– Да что они могут сделать? – фыркнул Каин. – Две хрупкие девушки…

Он сам понял, как это прозвучало.

Кассиан и Дейман обменялись взглядами.

Молчаливыми. Очень красноречивыми.

Дейман поперхнулся вином.

– Если ты правда считаешь их безобидными, – сухо заметил Кассиан, – тебе предстоит крайне познавательный опыт. И, возможно, жизнь без будущего потомства.

– Вы уже пытались подслушивать, – догадался я, чувствуя, как уголки губ сами собой тянутся в кривую улыбку.

– Один раз, – Дейман передёрнул плечами. – На первом курсе.

Он усмехнулся, но в глазах мелькнуло воспоминание.

– Амари тогда разругалась с каким-то мудаком. Мы решили выяснить, кто этот козёл, чтобы вежливо объяснить ему правила поведения. Ну и заодно послушали под дверью.

– И? – Каин подался вперёд.

– Придурка отправили в больницу, – спокойно продолжил Дейман. – А следом и нас.

– Они что… избили вас? – Каин смотрел с откровенным недоверием.

– Амари – виртуоз по части ядов, – мрачно пояснил Дейман. – Они просто проучили. Три дня адской боли в желудке. А потом – две недели ледяного игнора.

Он хмыкнул.

– А когда Кассиан попытался поговорить, Лия вызвала его на дуэль.

– Дуэль? – вырвалось у меня.

– И отрезала мне прядь волос кончиком шпаги. У самого лица, – ровно добавил Кассиан. – После чего прочитала часовую лекцию о личных границах, женской солидарности и о том, что со своими проблемами они разберутся сами.

Я невольно усмехнулся.

– Она фехтует лучше некоторых вампиров, проживших не одну сотню лет, – продолжил Кассиан.