Amaury Shadow – Сердце Межмирья (страница 24)

– Они ВРАЛИ! – я вырвалась из его объятий, вскочила, и голос сорвался в крик. – Всю мою жизнь! Они учили меня честности, строили из себя идеальных родителей, а сами… сами выстроили вокруг меня крепость из лжи! Почему?! Что я такого сделала, что меня нужно было подбирать?! Сопровождать?! Запечатывать, как посылку с пометкой «осторожно, стекло»?!

Я металась по комнате.

В висках грохотало. В груди что-то рвалось наружу. Сила – тёмная, серебристая, как живая змея – зашевелилась, почувствовав мой срыв.

– Что мне теперь делать?! Кто я?! Откуда этот чёртов браслет?! Что за хрень во мне сидит и рвётся наружу каждый раз, когда я пугаюсь?! Где мои настоящие родители и почему они сдали меня, как вещь?! Я МОГУ ТАК ПРОДОЛЖАТЬ ДО УТРА!

Слёзы текли, не спрашивая разрешения. Мир начинал расплываться. Ещё шаг – и я сорвусь. И тогда меня поймали. Твёрдые руки сомкнулись сзади, прижали к груди, ощущавшейся как каменная стена. Его запах – дорогой парфюм, кожа, тёмная магия и что-то острое, исключительно его – накрыл меня, отрезая шум.

– Всё, – голос Аарона прозвучал у самого уха. Низкий. Властный. Удивительно спокойный. – Тихо. Выдохни. Я здесь. Мы разберёмся. Вместе. Клянусь.

Тело подчинилось раньше разума. Я вздрогнула – и замерла. Его уверенность легла на меня, как щит. Паника начала отступать, словно её аккуратно отодвигали в сторону. Я обмякла. Голова сама опустилась ему на грудь. Дышать стало легче – глубже. Ровнее. Мои пальцы нашли его ладони у меня на животе и сжали их так, будто он был единственным якорем в этом хаосе.

– Тебе нужен отдых, – уже тише сказал он. Только для меня. Его губы почти коснулись моей кожи. – Голова снова болит. Я чувствую.

Я кивнула. Он действительно чувствовал. Через кровь. Через эту пугающе-интимную нить между нами.

– Её организм не справляется, – теперь его голос стал жёстче. – Он не приспособлен к такой мощности. Это как пытаться пропустить океан через водопроводную трубу.

– Есть идеи, как эту «трубу» не разорвало к чёртовой матери? – спокойно спросила Амари. Ни паники. Только холодный расчёт. – Кроме очевидного «не доводить её до истерики», что, как мы видим, работает через раз.

– Нужно понять природу силы, – сказал Каин, и его взгляд стал профессиональным. Почти хирургическим. – А для этого придётся… зайти внутрь. Буквально. Это будет неприятно, Лия. Твоё внутреннее естество будет орать и драться. А ему, – кивок на Аарона, – придётся его удерживать. Красиво не будет.

Я отстранилась и посмотрела на Аарона. Искала страх. Колебание. Сомнение. Нашла только сосредоточенность. И эту странную, почти опасную жажду – понять меня до самой сердцевины.

– Не смотри так, – тихо сказал он. Его пальцы убрали прядь волос с моего лица. Тёплые. Неожиданно нежные. – Я не причиню тебе вреда. Не намеренно. Доверься мне.

«Доверься мне» от человека, который два месяца следил за мной, звучало как издевательство. И всё же…

– Что делать? – спросила я.

Это было признание. Почти капитуляция.

– Отпусти контроль. Позволь моей магии войти. Не сопротивляйся. Просто… почувствуй.

Я обернулась к своим. Кассиан – с лицом, трескающимся под давлением. Дейман – с кулаками, готовыми ломать стены. Амари – с пониманием. И тихой, почти материнской грустью.

– Перестаньте делать такие лица, – выдохнула я с усталой иронией. – Кажется, я поняла. Этим двоим, – кивок на Аарона и Каина, – я почему-то верю. На животном уровне. Может, потому что они тоже пахнут опасностью. А я, видимо, маньячка. С ними… тихо. Не больно.

Рука Аарона на моей талии чуть сжалась. Он не отпускал. И чёрт возьми – я не хотела, чтобы отпускал.

– Если можно… давайте сделаем это сейчас, – сказала я. – Пока я не передумала.

– Лия, ты на грани, – мягко, но твёрдо возразил он. – Это риск.

– Более опасно, чем жить и ждать, когда во мне что-нибудь снова взорвётся?

Каин тихо присвистнул.

– Она права. Незнание – худший вариант. Но, малышка, – он посмотрел на меня неожиданно мягко, – будет больно. Твоя сила будет защищаться. А ему придётся её усмирять. Это интимно. И травматично.

– Я сказала – сейчас.

Я подняла голову. Наши взгляды встретились. И в его глазах я увидела не принца. Не стража. Не охотника. А мужчину, который уже решил, что не отступит.

В его янтарных глазах бушевала война – тревога, сопротивление… и понимание человека, который сам проходил через ад и знал цену страху. Он медленно выдохнул. Кивнул.

– Это идиотский план, – заявила Амари, поднимаясь. – Но раз наш локальный идиот, – она ткнула пальцем в меня, – уже всё решила, остаётся страховать. Кассиан, Дейман – наготове. Если что-то пойдёт не так, оттаскиваем её. Чёрт с ним, с принцем.

– Она не идиот, – неожиданно резко отрезал Каин. – Она смелая. И, похоже, у неё отличный вкус на опасных мужчин. Многозначительный взгляд в сторону Амари.

Та приподняла бровь. Уголок губ едва дрогнул. Дейман фыркнул:

– Я всегда знал, что у Лии смертельное влечение к проблемам. Просто раньше это были проблемные архитектурные проекты. А теперь – проблемные принцы. Эволюция.

Я всё же улыбнулась. Идиоты. Мои идиоты. Все взгляды обратились к Кассиану. Он смотрел на нас долго. На меня – в объятиях Аарона. На руку принца, лежащую на моей талии уже без попытки скрыть собственничество.

Потом его губ коснулась та самая редкая, печальная улыбка.

– Делай, что должна, Луна, – тихо сказал он. – Мы здесь. Всегда. И если этот полукровка сделает тебе больно…

Он перевёл взгляд на Аарона. В бордовых глазах вспыхнул холод.

– У нас есть вампир, который очень любит разбираться с обидчиками. И оборотень, который поддержит. Морально. И физически.

Аарон не отвёл взгляд. Коротко кивнул. Между ними мелькнуло что-то дикое. Мужское. Признание равного. Я кивнула Кассиану. И снова посмотрела на Аарона.

– Что делать?

– Закрой глаза. Дыши. Отпусти всё. Просто… позволь мне быть с тобой.

Я закрыла глаза.

Вдохнула его запах. Пыталась расслабиться. И тогда почувствовала не руки. Не дыхание. Нечто большее. Тонкую, извилистую нить энергии – золотисто-бордовую, тёплую, как мёд, и холодную, как сталь. Она коснулась самой сердцевины моего существа. И вошла. Сначала – тепло. Лёгкое головокружение, будто я резко встала после долгого сна.

А потом – боль. Не телесная. Глубже. Будто меня вскрывали по швам, без анестезии, добираясь до самых тёмных, самых стыдных уголков души. Я застонала, стиснув зубы.

Где-то далеко Амари что-то резко крикнула Каину. Но звук утонул в гуле. Внутри бушевала война. Моя сила – серебристо-чёрная, дикая, ослеплённая – металась, билась, как зверь, почуявший вторжение. А магия Аарона была иной. Она не ломала. Она обвивала. Сжимала. Проникала. И я чувствовала, как он видит. Древние замки. Пять массивных печатей, вплавленных в саму ткань моего существа. Первая – треснувшая ещё в шестнадцать. Вторая – повреждённая в аварии. Третья – сияющая, но уже дрожащая под его прикосновением. Его энергия коснулась её осторожно, как отмычка касается сложного механизма.

И тогда что-то во мне не выдержало. Двойное давление – его проникновения и моего ужаса – сорвало предохранители. Вспышка. Беззвучная. Ослепительная. Она вырвалась из меня, вышвырнув его магию наружу. Я услышала его сдавленный крик. Хруст. Тело Аарона отбросило назад. Опора исчезла. Я рухнула на колени. Мир поплыл. В глазах потемнело. Я задыхалась. Но боль ушла. Осталась пустота. И странная лёгкость. Будто с меня сняли тяжёлый, мокрый плащ, который я носила всю жизнь.

– Лия!

Кассиан оказался рядом первым. Его руки подхватили меня.

– Я… в порядке, – прошептала я. Голос был хриплым, но ясным. – Аарон?

– Отдай. Её. Мне.

Его голос. Хриплый. Надломленный. Полный тьмы и пугающей нежности. Кассиан замер. Их взгляды сцепились. Вызов. Понимание. Он осторожно передал меня в дрожащие руки Аарона. Аарон прижал меня слишком сильно. Слишком. Будто боялся, что я рассыплюсь. Я чувствовала, как бешено колотится его сердце. Как дрожат пальцы.

– Я здесь, – прошептала я. – Со мной всё хорошо. Ты? Где болит?

– Нигде…

Я моргнула.

– Голова… прошла. Так легко. Что это было?

Он усадил меня на диван, не выпуская моей руки. Лицо его было бледным. Но глаза… Глаза горели. Триумфом. И чем-то почти безумным.

– На тебе система печатей, Лия. Древняя. Сложнейшая. Пять уровней. Они не просто сдерживают силу – они формируют тебя. Адаптируют. Как учат иномирца дышать нашей атмосферой. Первая треснула в шестнадцать. Вторая – в аварии. Сейчас…

Он сглотнул.

– Мы сорвали третью.

Каин тихо присвистнул, присев передо мной.

– Значит, внутри у тебя ядерный реактор, а мы только что сняли третий защитный кожух. Обожаю такие вечера.

– Когда спадут все, – Аарон смотрел только на меня, – ты пробудишься полностью.

В его взгляде было благоговение. Страх. И одержимость.

– Даже сейчас ты сильнее большинства вампиров и оборотней. Когда печати падут… ты будешь равна мне.

Пауза.