Амари Санд – Попаданка для властного герцога (страница 8)

Саботаж.

У меня слов нормальных не находилось, глядя на форменное вредительство.

Это кто же мне такую подлянку устроил? Желтозубый хорек в мантии? Или тайный «доброжелатель», вроде лорда Каспара?

Сволочи! Если варить зелье из этого мусора, стражники получат ожоги, а меня обвинят в причинении ущерба войску герцога. Если откажусь варить – обвинят в некомпетентности и неподчинении.

Я в бешенстве пнула мешок. Пыль взметнулась облаком. Захотелось сесть на этот грязный пол и разрыдаться от бессилия.

Проклятье! Я ученый, черт возьми! Кандидат наук! А меня заставляют играть в игры, где правила меняются прямо на ходу.

Или это приказ герцога? Чтобы сдалась и приняла его гнусное предложение? Хочет показать, что без его особого покровительства мне не выжить?

Не дождется! – слезы бессилия высохли, не успев пролиться.

Вместо них пришла холодная, расчетливая злость. Та самая, что помогла выдержать унизительную порку в университете и не свихнуться после гибели в автокатастрофе.

– Ах так? – я усмехнулась, и моя тень на стене повторила это хищное движение. – Думаете, я буду следовать вашим средневековым правилам? Хлор вам в глотку!

Глава 11

Я закатала рукава платья и подошла к рабочему столу. Окинула взглядом убогий инвентарь.

Подлые коновалы испортили магическую суть ингредиентов. Плесень убила эфирную составляющую чешуи. Но химия…

Химия осталась прежней!

Хитин, кальций, минеральные соли – они никуда не делись. Мне не нужно, чтобы ингредиенты «пели» в магическом потоке. Не требовалось сплетать их заклинаниями и трансформировать до измененного состояния. Мне всего лишь следовало выделить действующее вещество.

– Эй! – крикнула я в сторону двери, где прохлаждался стражник, которого наверняка приставили следить, чтобы не сбежала. – Мне нужна вода! Много чистой воды! И дрова! Живо!

Дверь приоткрылась, и в щель просунулась голова пожилого слуги с обезображенным ожогами лицом.

– Магистр Вариус не велел… – начал было он.

– Мне плевать, что велел этот подлый хорек! – рявкнула я, чувствуя, как метка на запястье нагревается, реагируя на мой гнев. – Я здесь по личному приказу герцога Вольмара! Если через пять минут здесь не будет воды, я доложу, что именно ты сорвал выполнение заказа для его гвардии. Ты готов рискнуть шкурой?

Страж исчез, пробурчав что-то невразумительное себе под нос. Однако уже через пять минут, втащил бочку, после чего наполнил ее водой. Следом принес охапку дров

Работа закипела. Я развела огонь в очаге до такого состояния, что каменная кладка начала трещать. Поставила греться самый большой котел.

Дистилляция. Великая вещь, о которой местные маги имели смутное представление. Они выпаривали эссенции на медленном огне, теряя половину свойств. Я же намеревалась устроить паровую баню.

Из двух треснутых колб и медной трубки, которую я выдрала из какого-то странного аппарата, чем-то похожего на самогонный, я собрала примитивный конденсатор. Стыки замазала глиной, найденной тут же, в углу.

– Что вы делаете, госпожа? – поинтересовался страж, который не ушел, а завороженно наблюдал, как я перебираю гнилую чешую.

– Спасаю ваши задницы, – буркнула я, заливая испорченное сырье слабым раствором уксуса, который нашла на полке.

Кислота вступит в реакцию с плесенью и грязью, нейтрализуя их, а хитиновая основа останется.

Вонь в каменном склепе стояла невообразимая. Кислота шипела, пожирая органику. Я работала без перчаток, обжигая пальцы, но не замечала боли. В голове, словно в компьютере, бежали формулы. Реакция замещения. Осаждение. Фильтрация.

Вместо магического сита приспособила кусок своего кружевного подъюбника. Сложила ткань в четыре слоя. Процедила бурую жижу. На кружеве осталась грязь и плесень, зато в котел стекла чистая, прозрачная основа.

Теперь – мандрагора. Лопух содержит в своем составе структурные клетки ткани клетчатки. Она не растворяется в спирте. А алкалоиды мандрагоры – растворяются.

– Спирт есть? – спросила я слугу, не оборачиваясь.

– Т-только технический, для протирки…

– Давай сюда!

Экстракция прошла идеально. Через час в моем распоряжении оказались две емкости: в одной – насыщенный раствор минералов чешуи, в другом – концентрат мандрагоры. Осталось соединить и стабилизировать.

Я начала сливать жидкости. Медленно. Тонкой струйкой. Сопровождая процесс слияния магическим воздействием. В месте соприкосновения жидкостей вспыхивали голубые искры – магия реагировала на чистоту химической реакции.

Я добавила ртуть, предварительно прокипятив ее с солью, чтобы убрать свинец. Жидкость в котле зашипела, пошла пузырями и вдруг резко, в одно мгновение, сменила цвет с грязно-серого на идеально жемчужный с легким перламутровым отливом.

Я выпрямилась, сияя довольной улыбкой. Из грязных отходов мне удалось создать настоящий шедевр – улучшенный эликсир «каменной кожи». Без примесей, без побочных эффектов вроде зуда или онемения, которыми грешили обычные местные составы.

– Готово, – выдохнула я, утирая пот со лба тыльной стороной ладони. Лицо горело, платье зияло кислотными пятнами, но в душе я ликовала, довольная проделанной работой.

Магистр Вариус будто нарочно дожидался этого момента. Он нагрянул именно тогда, когда я все уже сделала. За его спиной маячили два стражника, готовые, видимо, выволакивать меня отсюда за шкирку.

Старик замер, уставившись на котел. Его нос дернулся, втягивая воздух. В лаборатории пахло химией и морской свежестью.

Он подошел к столу, недоверчиво заглянул в емкость. Его глаза округлились. Он зачерпнул немного жидкости черпаком, посмотрел на свет.

– Невозможно… – прошептал изумленно. – Из того мусора… Как?

Я промолчала, скрестив руки на груди. Ждала.

Вариус медленно перевел взгляд на меня. В его глазках-бусинках мелькнуло понимание, что я не солгала ни единым словом. Я – мастер-алхимик, а не просто смазливая девка. Но тут же это понимание сменилось жадностью.

Магистр резко выпрямился, принимая важный вид.

– Неплохо, – процедил он громко, чтобы слышали стражники. – Ты в точности следовала моим инструкциям. Я не сомневался, когда ставил жесткие рамки. С тем, чтобы приготовить зелье по моему рецепту справится даже такая бездарность, как ты.

Что? – у меня в глазах потемнело от возмущения.

Этот старый паразит присваивает мою работу? Мои знания? Мой труд, когда я, кашляя от паров кислоты, спасала его шкуру?

– Его Светлость будет доволен, – продолжил Вариус, ловко переливая зелье в парадные флаконы с гербом герцога. – Я непременно доложу ему утром, что под моим чутким руководством работа выполнена в срок. А ты… – он брезгливо махнул рукой. – Прибери здесь. И вымой пол. Завтра получишь новое задание.

Он забрал флаконы. Все до единого. И направился к выходу, надуваясь от важности, как индюк.

– Постойте, магистр, – мой голос прозвучал тихо, но в нем звенела сталь. – Вы забыли… Поблагодарить за хорошо проделанную работу.

Вариус обернулся, ухмыляясь.

– Благодари судьбу, что я не выпорол тебя за дерзость, девка. Знай свое место.

Глава 12

Он ушел. Стражники вышли следом, бросив на меня сочувствующие взгляды.

Я осталась стоять посреди разгромленной лаборатории. Метка раба на запястье пульсировала, словно насмехаясь надо мной. Горло сдавило спазмом, не давая глотнуть воздуха.

Знай свое место, Кайрина.

Твое место – в грязи, пока мужчины получают награды.

Я посмотрела на пустой котел, на дне которого осталась пара капель перламутровой жидкости. Руки сжались в кулаки, впиваясь ногтями в ладони.

Я не стала кричать. Не стала бить посуду. Не позволила пролиться ни одной горючей слезинке. Вместо этого мои губы растянулись в улыбке – страшной, наверное, улыбке, потому что старый страж, все еще жавшийся в углу, осенил себя знаком Создателя.

Вольмар думает, что победил? Они думают, что могут использовать меня как безмолвный инструмент. Как Тимур.

Ошибаешься, Вариус. Ты совершил роковую ошибку, подпустив меня к реагентам. Ты посадил лису в курятник и решил, что она будет нести тебе яйца.

Я подошла к полке с ингредиентами. Там, в неприметной банке, стоял экстракт слабительного корня. Сильного, действующего не сразу, а часов через двенадцать. И совершенно безвкусного.

– Скажи, как тебя?.. – развернулась к стражу.

– Ральф, госпожа Кайрина, – подсказал он свое имя.

– Скажи, Ральф, что ты знаешь о магистре? Какие у него привычки? Что он любит? Видишь ли, я очень хочу заслужить его расположение. Как я могу ему угодить?