Аманда Падоан – Смертельный спуск. Трагедия на одной из самых сложных вершин мира – К2 (страница 7)

Слово «Каракорум» тюркского происхождения, kara означает «черный», kor’um – «камень» или «скала». В XIII веке город Каракорум был столицей Монгольской империи Чингисхана, а торговцы использовали слово «каракорум» для описания самого высокого перевала на пути караванов. Британский исследователь Уильям Муркрофт в 1820-х годах прошел через этот перевал и «распространил» «Каракорум» на горы, расположенные к западу. В 1930-х годах Королевское географическое общество утвердило это название.

Хребет тянется на юго-восток через Кашмир, вдоль границ Пакистана и Китая и соединяется с Гималаями. В Каракоруме самая большая в одном районе концентрация пиков высотой более восьми километров. Климат здесь суровее, чем в Гималаях, а область оледенения самая большая за пределами полярных регионов. Западные исследователи и путешественники нанесли эту горную систему на карты только в середине XIX века.

Название «К2» зафиксировали в справочниках геодезистов в 1856 году. В ходе Великого тригонометрического исследования Индии британский лейтенант Томас Монтгомери получил приказ картографировать Кашмир. Само исследование было начато еще в 1802 году с целью научного изучения Индийского субконтинента и демаркации британских территорий.

С помощью кашмирских носильщиков Монтгомери за четыре дня затащил планшет, гелиостат и теодолит на пятитысячник Харамукх у подножия Гималаев. С вершины открывается отличный вид на пики Каракорума. Две вершины в двухстах километрах к северо-востоку возвышаются над остальными. Монтгомери понаблюдал их в теодолит, зафиксировал координаты и зарисовал контуры в полевой журнал.

Ближайший пик, шестигранник с двумя вершинами, показался ему более высоким. Он обозначил его как К1. Буква «К» означает «Каракорум», дальше следует порядковый номер в топографическом исследовании. Сверкающую пирамиду, расположенную дальше, Монтгомери обозначил как К2, а затем занес в журнал другие горы, вплоть до К32. Позднее К1 и другие пики «вернули» себе местные имена. Так, например, К1 – это Машербрум, или «огненная гора» на языке народности балти[10]. С обозначением К2 дело застопорилось. Картографы знали, что местное название – Чогори – являлось просто описанием, которое балти использовали для обозначения большой горы. Сейчас лингвисты утверждают, что это тибетское слово, означающее «путь на небо» и что предки балти назвали так гору вскоре после того, как мигрировали в этот регион из Тибета.

Оценка, проведенная Монтгомери, оказалась заниженной на 790 метров. К2, расположенная на границе Китая и Пакистана, выше всех гор Каракорума, это вторая вершина мира – 8614 метров, Эверест выше всего на 234 метра. На расстоянии К2 напоминает зуб мегалодона[11].

На подходах к горе можно разглядеть слоистые гнейсы, покрытые снегом и льдом. Ясным утром вершина величественно плывет над облаками, а солнце заливает ее ледники золотым светом.

K2 не такая массивная, как Эверест, она изящнее и более сурового нрава. Альпинисты называют ее «Дикая гора» либо «Жестокая гора». Здесь есть все трудности, которые встречаются на Эвересте, и даже больше. Ледники К2 изобилуют скрытыми под снегом трещинами, в которые неосторожный альпинист, если идет не в связке, проваливается и исчезает бесследно. Глыбы льда откалываются с нависающих ледников, лавины несутся по обледеневшим склонам. И, конечно, высота.

Ни один человек, животное или растение не продержится в таких суровых условиях более нескольких дней.

С каждым вдохом выше восьми километров в легкие поступает только треть от количества кислорода, который получаешь на уровне моря. Кислородное голодание лишает сил и способности адекватно мыслить, у некоторых альпинистов координация движений становится как у едва начавших ходить детей.

Но этого мало. К2 отличается более жестокими бурями. Она находится в 1420 километрах к северо-востоку от Эвереста, расположена дальше от экватора, поэтому более подвержена внетропическим циклонам и здесь чаще наблюдаются высотные струйные течения. На Эвересте хотя бы относительно предсказуемые погодные условия: влага, испаряющаяся из Бенгальского залива, образует облака, которые плывут на север над Гималаями и в преддверии муссона изменяют курс высотного струйного течения, уводя его от вершины Эвереста. В мае сравнительно безветренная погода на высочайшей горе планеты держится около двух недель, тогда как период хорошей погоды на К2 – дело случая. Неизвестно, когда такое погодное окно появится – и появится ли вообще.

Все это дает неутешительные цифры. До 2008 года только 278 человек побывали на вершине К2. На вершину Эвереста за этот же период взошли 4115 человек, а коэффициент смертности – процент альпинистов, поднявшихся выше базового лагеря и погибших, – в среднем составлял 0,7 в предыдущее десятилетие. Существует «Гималайская база данных», в которой содержится почти вся статистика по Эвересту, для К2 такого объема данных нет. Идущие на Дикую гору не в состоянии сколько-нибудь точно рассчитать свои шансы. И не хотят. В 2008 году коэффициент смертности на К2 составил 30,5 – выше, чем число потерь на участке «Омаха» в день высадки союзников в Нормандии во Второй мировой войне. Хотя высотные альпинисты не специалисты по статистике, сравнивать здесь нечего: К2 опаснее Эвереста.

Целый век прошел с момента возникновения понятия «альпинизм», прежде чем смертный ступил на вершину К2. В одной из первых попыток восхождения участвовал «самый страшный злодей на Земле». У Алистера Кроули – оккультиста, сатаниста, писателя, фотографа и альпиниста – были разнообразные увлечения, почитатели восхищались им спустя многие годы после его смерти. «Битлз» поместили портрет Кроули на обложку альбома «Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера» наряду с Карлом Марксом и Мэрилин Монро. В 1902 году Кроули и его друг Оскар Экенштейн решили подняться на К2. В Индии Экенштейна арестовали за шпионаж, а Кроули отправился дальше к горе, имея в багаже книги Мильтона и подгоняя носильщиков хлыстом. Несколько носильщиков сбежали, украв одежду Кроули.

Команда пять раз пыталась подняться по северо-восточному гребню К2, и непогода пять раз отбрасывала альпинистов назад. В верхнем лагере у одного из участников развился отек легких, а у Кроули от сочетания высоты с опиумом начались сильные галлюцинации. Однажды он достал револьвер и решил призвать к порядку одного из товарищей, но тот выбил оружие и ударил его в живот. Затем Кроули обвинил другого альпиниста в краже продуктов, заявил, что тот сошел с ума, и выгнал голодного человека из команды.

Через девять недель было решено отказаться от восхождения, но экспедиция Кроули добилась определенных успехов. Команда провела рекордное количество времени в высокогорье – более двух месяцев – и достигла высоты 6500 метров. Этот рекорд на К2 не был побит несколько десятилетий.

Если Кроули – воплощение помешанного восходителя, то руководителем следующей крупной экспедиции стал альпинист-аристократ. Луиджи Амедео Джузеппе Мария Фердинандо Франческо д’Аоста Савойский, больше известный как герцог Абруцци – знаменитый исследователь, потерявший несколько суставов пальцев в попытке добраться до Северного полюса. В 1909 году герцог, спасаясь от скандального романа, отправился в горы. Ему не удалось получить разрешение на Эверест, поэтому он окрестил Третьим полюсом К2 и решил подняться на нее.

Абруцци отбыл из Европы на пароходе «Океания» с почти пятью тоннами багажа, включавшего железную кровать, пуховые подушки и спальные мешки, обшитые четырьмя видами звериных шкур. Проезжая через туземные княжества по пути в Кашмир, герцог не спешил, посещал банкеты, матчи по поло и различные праздники и церемонии. Гонцы ежедневно приносили почту и газеты, а одной из первых серьезных проблем стал, как записано в экспедиционном журнале, «запах туземцев», который «был невыносим даже на открытом воздухе».

Но Абруцци прижимал к носу надушенный платок, и ничто не мешало ему наслаждаться величественными видами. Он писал, что пик К2 – «неоспоримый владыка региона, гигантский и одинокий, спрятанный от людского взора за бесчисленными хребтами, бдительно охраняемый многочисленными пиками-вассалами, защищенный от вторжения километрами ледников». Ландшафт так впечатлил герцога, что он назвал своим именем несколько объектов. Некоторые из этих названий, например ребро Абруцци на К2 и расположенный рядом ледник Савойя, используются и сегодня.

Герцог провел в районе несколько недель, пытаясь взойти на гору по нескольким маршрутам, занимаясь топографическими исследованиями и позируя для фотографа. Но выше 6250 метров его экспедиция подняться не сумела. «Если кто-нибудь и попадет на вершину, – сообщил Абруцци позже в Итальянском альпийском клубе, – это будет пилот, а не альпинист».

Прогноз герцога продержался почти век, но в 1939 году два человека почти опровергли его в ходе экспедиции, которую впоследствии назвали «наиболее странной трагедией в истории гималайского альпинизма».

У Фрица Висснера (Куколка, как называли его друзья) были ямочки на щеках, как у херувима, и обаяние шершня. Знаменитый первыми восхождениями на скалы-монолиты, в том числе Башню дьявола в Вайоминге, Висснер нанял восемь шерпов, чтобы с их помощью подняться на К2. Вечером 19 июля, когда солнце уже село и на небе сиял месяц, один из этих шерпов, Пасанг Дава Лама, страховал Висснера в 230 метрах под вершиной К2. В какой-то момент Пасанг услышал треск, и в лунном свете блеснула голубовато-зеленая чешуя.