Аманда Франкон – Гувернантка в драконьем поместье (страница 4)

– Ваша Светлость, пришли отчеты из плавильных мастерских, – сообщение дворецкого вывело меня из задумчивости.

Десерт на столе не вызывал аппетита, так что я отложил вилку, которую все это время крутил в пальцах. Поднимаясь, заметил, что серебро оплавилось. Но я ведь не применял дар, даже не почувствовал его всплеска на коже. Что произошло?

Списав все на случайность и задумчивость, попытался отделаться от неприятных мыслей, но легкое беспокойство никуда не пропало. Пока шел до кабинета, не раз вспомнил слова отца, сказанные им незадолго до смерти. Он подозревал, что кто-то из членов знатной семьи нас проклял. Наверняка под «кем-то» он имел в виду Вилберг.

В самом деле, все происходящее теперь походило на злой рок или исполнение чьей-то недоброй воли: меньше одаренных Келберов, проблемы всюду, куда ни посмотри. Когда отец впервые высказал свои подозрения, я счел, что он ослаб умом на старости лет. Но теперь понимаю: он мог быть и прав. Доказательств до сих пор найти не удалось, но после того, как он прижал к стенке предателей Империи, все в самом деле пошло наперекосяк.

Еще эта Трейсил маячит перед глазами, раз за разом напоминая, чего нашему роду стоила верность Императору. У этой мерзавки нет при себе ни амулетов, ни свитков с заклинаниями – я проверял. Дар ее слаб и не опасен, так что же она тут делает? Решила закончить то, что начали ее родители, и полностью разрушить мое благосостояние? Или покуситься Луизу? В любом случае, что бы она не планировала, ее ждет провал: мои магические щиты и охранные чары на Луизе не дадут причинить ей вред, у младшей Вилберг не хватит сил, чтобы через них пробиться. Но как только она попытается это сделать, у меня появится повод с чистой совестью вышвырнуть ее из поместья, и со своими долгами пусть разбирается сама.

Просматривая отчеты о доставке и установке новых печей в плавильнях и маршруты, по которым будут распределены ресурсы, необходимые земледельцам, я тщетно пытался избавиться от беспокойства, но оно не уходило. Едва прочитав строку текста, я тут же ее забывал – никогда прежде не был так рассеян. Пришлось отложить дела.

Отдернув плотные шторы и впустив в кабинет больше света, я вспомнил, с каким трудом переносит жару молодая Вилберг. Мысль о том, что она будет мучиться все недолгое время, которое проживет под моей крышей, вопреки логике не доставила никакого удовольствия. Я бы предпочел, чтобы ее просто здесь не было.

Взгляд упал на шкатулку со стопкой старых писем, которую я после переезда оставил на подоконнике, да так никуда и не убрал. Ничего ценного в них не содержалось, но отец ими дорожил. Эти послания напоминали о тех временах, когда Келберы и Вилберги составляли мощный, верный стране союз. Семьи не смешивались, но регулярно заключали укрепляющие партнерство браки. Маги камня и металла составляли неплохие пары с драконами, хоть и не увеличивали сил ни одного их супругов. Однако со временем сила обоих родов крепла, влияние росло, так почему же покойный герцог решился на предательство? Да еще и такое нелепое.

Отец рассказывал, что даже на суде Трэвис до последнего отрицал вину, но все факты свидетельствовали против него. Ему как аристократу сохранили жизнь, но для такого гордеца лишение титула, пожалуй, оказалось страшнее смерти. Я был совсем мальчишкой, когда видел его в последний раз – сухой, высокий, бывший военный офицер, он всегда оставался невозмутим, и, по словам отца, не изменял себе, даже стоя перед разгневанным Императором. Что же могло заставить такого человека пойти на подлость? И что могло привести сюда его единственную дочь? Неужели она не унаследовала ни капли его гордости?

На этот раз от размышлений меня отвлек запах гари. Подняв ладонь с деревянного подоконника, я увидел на темном фоне черные подпалины от пальцев. Да что со мной? Не хватало еще, чтобы сила вышла из-под контроля, как у подростка. Самое странное, что для этого нет никаких видимых причин, чужого магического влияния я не ощущаю, да и сам дом, зачарованный еще до окончательного переезда, выдал бы мне злоумышленника.

Стоило только подумать о недоброжелателях, как я ощутил холодок чужеродной силы, которая кралась по камням. Трейсил, маленькая интриганка! Решила проверить замок с помощью магии? Думаешь, я тебе это позволю?

Сосредоточившись, быстро отыскал источник сил, конечно же в комнате мерзавки Вилберг, и обдал ее руки жаром защитной магии. Не больно, но достаточно поучительно. Пусть запомнит, что ей не следует совать нос в мои дела.

Трейсил

Я смотрела на обожженные руки, от досады хотелось ругаться. Но в коридоре суетились слуги, и мне оставалось только сжимать зубы, глядя на покрасневшую, саднящую кожу.

Я ведь просто задумалась! И вовсе не собиралась шпионить за Келбером – этого мне еще не хватало! Моя сила всего лишь немного вышла из-под контроля и отправилась на прогулку по родным прохладным камням. Вот только спонтанных всплесков со мной не приключалось лет с семнадцати, кажется. Что же произошло?

Я сжала и разжала пальцы, но ничего необычного не ощутила, кроме легкого покалывания от ожога и нового приступа раздражения.

Наверное, Келбер подумал, что я пыталась найти что-то в замке или кого-то выследить. Я бы на его месте тоже так решила. Плохо дело.

Впредь надо постараться быть поаккуратнее, чтобы подобные инциденты не повторялись, ведь положение мое и так хуже некуда: Луизу еще учить и учить до приемлемого результата, а ее брат отдает неразумные распоряжения, за неисполнение которых я могу вылететь из поместья. Слуг иногда отстраняют за излишнюю строптивость, такой аргумент вкупе с плохим образованием моей воспитанницы станет вполне убедительным для комиссии в Академии.

В тщетных попытках придумать выход из ситуации я заметалась по комнате. Идея воздействовать на лорда через его сестру оказалась провальной – они гораздо менее близки, чем я предполагала. Необходимо придумать новый план.

Солнце уже склонилось к горизонту и жарило землю менее неистово, чем пару часов назад, стало прохладнее и я начала соображать быстрее. Чтобы не поддаваться панике, составила предварительный план действий, исходя из самого худшего предположения.

Итак, на случай, если Келберу все же удастся найти способ меня отстранить, я должна быть уверена, что в ходе рассмотрения дела в Академии он не сможет упрекнуть меня в неподобающем поведении. Помимо этого, я должна продемонстрировать результаты в обучении его сестры, они точно сыграют в мою пользу…

– Мисс Вилберг, – служанка, вошедшая в комнату, держала в руках поднос с едой. Она даже не постучалась, перед тем как открыть дверь, и под моим вопросительным взглядом поежилась. – Я стучала, но вы не открывали. Его Светлость приказал подать вам ужин в комнату.

Что? С чего бы ему меня кормить? Может, отравить хочет?

Все же отказываться от милости хозяина дома без видимой причины было бы невежливо, так что я кивнула служанке, гадая, куда же она пристроит поднос. Однако вслед за ней в мою комнатушку вошел еще и ловкий юноша, который, несмотря на низкий рост, быстро втащил через узкий дверной проем столик и пристроил его у окна. После выбежал в коридор и вернулась с табуреткой, затем откланялся и поспешил уйти.

Пока горничная расставляла тарелки и приборы, я еще раз оглядела комнату. Теперь она казалась еще меньше, но гораздо более уютной. Или, может, такое ощущение у меня появилось из-за аппетитного запаха мяса с пряностями?

Служанка уже собиралась меня покинуть, но я окликнула ее.

– Скажи, Его Светлость давал какие-то еще распоряжения на мой счет? – на всякий случай уточнила я у замершей на пороге девушки.

– Нет, – покачала головой она. – Только велел кому-нибудь из слуг сопровождать вас, если решите выйти в сад.

Когда горничная все же выскользнула за дверь, я уселась за стол и, взглянув на тарелку, сосредоточилась. Добавок из неорганических компонентов типа цинка, серебра, ртути или меди, в ней точно нет – я бы заметила и мельчайшие частицы. А вот с проверкой на ядовитые травы сложнее. По запаху ничего подозрительного я не заметила, но чтобы окончательно убедиться в безопасности еды, вырастила на поверхности тарелки тонкий слой серебра. Это почти полностью истощило мой магический резерв, зато яркий свет драгоценного металла показал, что бояться нечего.

На какую-то долю секунды мне даже стало стыдно за свою подозрительность, и чтобы успокоиться, я принялась за еду, попутно размышляя о своем положении. Чем дальше, тем страннее оно мне казалось: гувернантка в доме врага, при этом я не чувствую на себе никаких сковывающих магию чар. Зато на доме, на самом Келбере и на Луизе защитных заклинаний, пожалуй, даже больше, чем нужно для обычной предосторожности. Может, глава великого рода чего-то опасается? Вряд ли меня – если бы чувствовал во мне угрозу, не оставил бы под своей крышей, да и свободы перемещения по поместью бы не дал. Но слуги обязаны лишь сопровождать меня в саду. Наверное, снаружи защиты не такие сильные и лучше приставить ко мне хотя бы одного соглядатая?

С другой стороны, при всей своей неприязни Келбер не проявляет и открытой враждебности: хмурые взгляды и один нелепый приказ – не такая уж и пытка, если подумать. Я наслышана от своих сокурсниц о том, как господа могут издеваться над слугами, при этом и пальцем их не трогая, так что тут вроде бы все не слишком плохо. С другой стороны, от мысли о том, что Келбер просто ни во что меня не ставит, считает пешкой в шахматной партии, которую противник ему уже проиграл, раздражало. Он не видит во мне не то, чтобы угрозы, а даже равной себе аристократки.