Амалия Мо – Гаэль Норд должен умереть (страница 7)
– Благодарю. Скиарий Редж, я могу идти?
Кивнув, я проследила за девушкой, надеясь, что сегодня её помощь не понадобится.
Машины продолжили ход по изначальному построению. Внутри повисло молчание, а я запрокинула голову на спинку сидения. Мой отряд справился с первым препятствием на пути.
Первым… Жаль, что не последним. Вопрос времени, когда счётчик отмотает новую цифру. В том, что это произойдёт, я не сомневалась, потому что это всегда происходит.
Солнце зашло за горизонт, меняя краски местности. Фары машин остались единственным, что освещало монотонную дорогу. До города оставались считанные километры, а предчувствие чего-то дурного усиливалось. В темноте остаётся рассчитывать только на магию, но растрачивать её попусту безрассудно.
– Дрейс, приём, – схватившись за рацию, я обратилась к скиарию, позабыв о том, что при моих сандах лучше бы использовать фамилию.
– Редж, – ответ не заставил себя ждать.
– Мы на подъезде. У вас чисто?
– Так точно. Откроем ворота, как увидим вас.
– Отбой.
Свербящее предчувствие не давало покоя и не пропало, даже когда мы добрались до города.
Мы въехали внутрь, машины замедлили ход, колёса зашуршали по дороге.
Горожане начали осторожно выглядывать из укрытий, наблюдая за нами из-за углов и окон. Скиарии в таких местах всегда были фигурой власти. Их присутствие внушало страх и уважение. Никто не спорил, никто не задавал лишних вопросов.
Нам предоставляли жильё и пищу, как того требовала традиция, а мы обеспечивали им хоть какую-то безопасность и привозили часть провизии из Юртаса. Небольшой, но важный вклад, особенно для таких городов, где каждая единица ресурсов на счету.
Я хотела вздохнуть с облегчением, почувствовать хотя бы малейшую уверенность в том, что мы в безопасности. Но это чувство так и не пришло. Влажный воздух казался липким, давящим, словно даже он знал о скрытой угрозе, которая ещё не показала себя.
Дрейсар подошёл ближе, когда я вышла из машины. На его лице расплылась улыбка, которую хотелось стереть. Как можно радоваться в таких условиях?
– Дозорные на позициях, смена каждые четыре часа.
– Мне и добавить нечего, – разминая затёкшую шею, ответила я.
– Рад быть полезным, Рейни, – шепнул он, склоняясь ниже, но я тут же вытянулась по струнке, боясь оказаться замеченной.
– Держись подальше, Элбрайт, иначе санды подумают…
– Подумают что, Редж? – с вызовом перебил разведчик, склонив голову вбок.
– Неважно, – уклончиво ответила, не желая вступать в перепалку.
Отношения между сандами не были запрещены, все прекрасно понимали, что этого не избежать. Единственное, что было важно, чтобы такие бойцы не состояли в одном отряде. В противном случае это могло повлиять на ход операции. Однажды санд, потерявший свою девушку, слетел с катушек и поставил под угрозу жизни остальных.
Эту историю рассказывал мне Гаэль, как и то, что ему лично пришлось ликвидировать бойца, чтобы избежать куда больших потерь.
Между мной и Элбрайтом было, кажется, двенадцать раз секса и ничего более. Тем не менее, я не собиралась, во-первых, продолжать, а во-вторых, давать повод для болтовни.
Определив первых сандов для караула, я велела остальным ужинать и занимать комнаты для отбоя. Для двадцати шести человек в небольшом городе не было столько номеров, поэтому некоторым приходилось спать по трое. Скиарии, в отличие от остальных, пользовались привилегией спать отдельно.
В гостинице, где мы остановились, давно не было постояльцев, как и работников, но местные всегда готовили для нас номера, застилая чистую кровать и заморачиваясь с горячей едой.
Закончив скромный ужин из рагу с зайчатиной, я молча направилась в выделенную комнату, стараясь отвлечься от тягостных мыслей. Закрыла за собой дверь, скинула форму и направилась в душ.
Вода лилась едва тёплой струйкой, но это было куда лучше, чем ничего. Нужно сказать спасибо, что у них вообще осталось водоснабжение.
Чем дальше города от империи, тем больше проблем с функционированием. В маленьких поселениях, которые ещё каким-то чудом остаются живы, вообще нет систем очистки воды, насосов и водонапорных башен. У одних только колодцы, у других озёра.
Полотенца в ванной не обнаружилось, но я не расстроилась, натягивая бельё на мокрую кожу. Напряжение от поездки разливалось по телу, отзываясь пульсацией в конечностях.
«Как ты, Рей?» – всю поездку Гаэль молчал, и вот сейчас, именно в тот момент, когда мне так необходим сон, он появился.
– Как и всегда в вылазках, – тихо ответила я, смыкая веки.
«Чего ты боишься?»
Норд всегда знал, какие вопросы задавать, смотря в ту самую глубь, куда я никогда не решалась заглянуть.
– Потерять всех, как тогда… – сглатывая болезненный ком, честно ответила я.
«Какой урок усвоила, потеряв меня?»
– Никогда не привязываться…
«Именно, Рей. Потерять можно только то, что принадлежит тебе…»
Я собиралась возразить, но неожиданно в дверь постучали. Скидывая одеяло и накидывая рубашку, я прошла ко входу.
«Прогони его, Рей!» – потребовал голос, и я поняла, о чём речь, только когда увидела на пороге Дрейса.
Взгляд медленно прошёлся по моему лицу, по обнажённым ногам и вернулся обратно. Дрейсар замер на пороге, будто забыл, зачем пришёл. Пришлось щёлкнуть пальцами у лица, возвращая его в реальность.
– Чего хотел?
«Не будь дурой, Редж, ты знаешь, чего он хочет».
– Обсудить детали завтрашней вылазки, – разминая шею, ответил разведчик, и я распахнула дверь, впуская его.
Кроме кровати и стула в номере не было ничего, но скиарию Сагариуса не требовалось разрешение, чтобы устроиться на кровати.
– Мы выдвигаемся в четыре утра, спустя три часа отправляетесь следом. Остановка будет также ближе к вечеру. Если всё пойдёт по плану, всего четыре ночи и доберёмся до места активности. Хэтра сообщила, что из отряда, обнаружившего её, вернулись двое.
В комнате повисла пауза. Его синие глаза прожигали, пытаясь забраться мне под кожу.
– Они… что-то помнят? – В голове обрывками мелькали воспоминания того дня два года назад.
– Только толпы мракхи, которые окружили машины. Они пытались прорваться, но врезались в дерево, лобовое стекло треснуло. Почуяв лёгкую добычу, твари кинулись к сандам внутри. Одна машина пыталась отбиться, но не вышло. Истребитель отряда принял решение спалить всё на месте, но не рассчитал силу и поджёг собственную машину…
– Вы умрёте! – неожиданно даже для себя крикнула я.
Дрейсар поднялся и подошёл ближе, проводя ладонями по моим замёрзшим под тканью рубашки плечам.
– Как ты можешь улыбаться, зная, что отправляешь на смерть? – вцепившись в него, зашипела я. – Ты не был там, Дрейс! Ты не знаешь, что после этого никогда не станешь прежним!
– Рейни, – нежно позвал мужчина, заставляя взглянуть в его яркие глаза. – Я видел достаточно дерьма за время службы. У меня нет иллюзий, что я всемогущий и уж тем более бессмертный. Ты боишься посмотреть в лицо смерти, потому что видишь в ней конец. А я… я давно перестал её бояться. Для меня она не враг, а неизбежность. Она спутник, с которым я научился жить, потому что не бояться её значит жить по-настоящему.
Знала ли я хоть что-то о Дрейсаре Элбрайте? Мы вместе учились, но почти не общались в академии, за исключением тех моментов, когда нас вынужденно ставили в пару друг против друга в боях. Ненавидела эти моменты, потому что Дрейс всегда поддавался, хотя в парах с другими он никогда не проигрывал.
Однажды я не выдержала и поймала его, требуя объяснений, на что он лишь ухмыльнулся и ушёл, оставив меня без ответа.
Я помню, что он был лучшим студентом, показывающим себя идеальным во всех предметах. Эта его идеальность до скрежета в зубах бесила, как и то, что он закончил обучение на год раньше меня, поступив в отряд Сагариуса.
– Тебе нужно выспаться, – распахивая дверь и намекая, что пора расходиться, сказала я.
Мужчина сделал шаг в мою сторону, касаясь большим пальцем контура губ.
«Вели ему убираться!» – потребовал Гаэль, и я резко отпрянула в сторону.
Дрейсар ничего не сказал, послушно ступая за порог.
«Держись от него подальше, Рей. Он мне не нравится…»
– Тебе никто не нравится. Ты мёртв, – заметила я, забираясь в кровать.