Амалия Март – Стрелец тебе в Юпитер (страница 16)

– Ты меня за этим отвлекаешь? – удивленно приподнимаю брови.

– Пошли кофе попьем, – заговорщицки понижает голос.

Я прищуриваюсь. Она посплетничать что ли зовет? Странно и интригующе.

– Пошли, – откладываю наушники, отправляю ноут в сон.

Идти далеко не нужно – наш кофе-брейк закуток под носом, но на достаточном удалении от массы коллег, чтобы тихонько о чем-то переговорить. Я ставлю кружку под автомат, нажимаю кнопку и скрещиваю руки на груди. Ксюха чуть не пританцовывает на месте, кажется, ее сейчас разорвет от сдерживаемой информации.

– Ну говори уже, – смеюсь.

– Вчера такое было! – начинает она, ярко жестикулируя.

– Я уже видела рыбок.

– Да какие рыбки! Арсений! – чуть не прикрикивает она. И тут же оборачивается, чтобы проверить, не спалилась ли.

– И что Арсений? – как можно более равнодушно интересуюсь. Не выдавать интерес, не выдавать интерес.

– Я вчера прихожу – а он мне натуральный допрос. Типа, между прочим, но так профессионально о тебе инфу выведывал, что я только к обеду поняла, что наболтала!

– И что наболтала? – хмурюсь я.

Профессиональный допрос – это очень похоже на Арсения. Но зачем? Что за тактика?

– Да блин, он так подводил, типа, обо мне побольше хочет узнать. Я даже сначала подумала, он со мной флиртует! Спрашивал, не собираюсь ли я случайно замуж, а когда я сказала, что не спешу, говорит: правильно, не надо спешить, как «подружка», – делает воздушные кавычки. – Типа по молодости выскочила и вот последствия… Я вообще не поняла о последствиях, я и о том, что о тебе говорим поняла, когда уже языком молола!

– Так и что наболтала-то? – напряженно вслушиваюсь, забирая свой кофе.

– Да ну ничего особо, у тебя же на личном такой же штиль, как у меня. Или ты просто не особо любишь делиться, – обиженно надувается она. – Но про мужа подтвердить успела, что да, был козел. Бросил. Но с кем не бывает.

– Ксю-ша! – возмущаюсь я.

Хотя про мужа, мне кажется, все и так знают, я когда только устроилась на работу, имела неосторожность посвятить коллектив в свою личную жизнь. Это со временем я поняла, что тут меньше скажешь – дольше проживешь. А тогда социально голодная была после скучной жизни домохозяйки и готова была о своем разочаровательном опыте рассказывать всем подряд, всем, кто слушал.

– Ну не суть, – отмахивается легкая на подъем Ксюха. – А потом он такой спрашивает: это потому твоя подружка злая все время ходит? А я и говорю: рыбки ее эти бесят. И ты. Ну я-то пошутила. Хотя, видит бог, правду-матку под хихиканьки замаскировала. А он пошел и после обеда… – Ксю наклоняется ко мне совсем близко. – Притащил новых рыбок!

Это… странно. Капец как странно! Мне сразу история с рыбками показалась подозрительной, но я не понимала в чем подвох. А сейчас стала понимать еще меньше. Я отпиваю из кружки свеженький кофе и даже не морщусь от горечи, хотя забыла положить в него сахар. В голове идет активный мозговой процесс. Но чем больше я обдумываю все, что происходит, тем больше запутываюсь. И мне это решительно не нравится!

– Так, коллеги, кто сегодня хочет поработать извозчиком-грузчиком-дипломатом? – в офис степенно входит Ирина с какими-то бумажками на руках.

– Огласите весь список, пожалуйста, – смеется Денис, откидываясь на стуле.

– Так, ты мне статью обещал еще час назад прислать. Сиди, работай, – отмахивается от него Ирина. – Арсений, съездишь в типографию?

– Дипломатия – это не ко мне, – бурчит Шереметьев.

– Ну возьмешь кого-нибудь поязыкастее, господи. Вероника, съездишь с Арсением? Там по платежкам разобраться надо, иначе сборники не отгрузят.

– Я поеду! – срывается с языка прежде, чем гениальный план оформится в моей голове.

Просто такой шанс упускать нельзя. Во-первых, я должна узнать, что творится в шереметьевской голове и при необходимости – препарировать, но достать нужную информацию. Во-вторых, кажется, сегодня звезды ему как раз напророчили поездку и досадные происшествия. Вот я тот самый фактор досадных происшествий. И если он не расколется – летальных!

Даже не знаю, отчего становится неуютнее: десятка голов, повернувшихся на мое внезапное предложение, или одного конкретного взгляда, пробирающего до костей.

– Ульяна, – Ирина просто произносит мое имя, не вопросительно, не требовательно. Просто окидывает взглядом. – Как продвигается статья?

– Прекрасно, – с энтузиазмом говорю я. Ставлю чашку с горьким недопитым кофе на столик и чуть ли не вприпрыжку иду собираться.

– Хорошо, – кивает будто своим собственным мыслям. И благословляет. – Это подтверждение транзакций, просто отдашь менеджеру, – протягивает мне бумажки. – Посчитай количество экземпляров, они должны были за прошлый квартал допечатать. И в целом просмотри на наличие помарок и косой печати. Сборник маленький, быстро справишься.

– Угу, – киваю, накидывая куртку. – Ну ты идешь? – спрашиваю уже у Арсения.

Он вставать и одеваться не спешит. Будто оттягивает момент и хочет найти повод не ехать. Но, в конце концов, борьба на его лице сменяется смирением. Скрипит отодвигаемый стул, высокая фигура вырастает возле меня.

– Подожду тебя на улице, – огибаю его и выскальзываю на выход, прихватив сумку.

Надо перевести дух и выдохнуть. И накидать в голове коварный план.

А на улице реально дождь. Пока неприятно накрапывает, но грузные черные тучи над головой не оставляют сомнений: скоро будет ливень. Я кутаюсь в кожаную куртку и жалею, что не посмотрела с утра прогноз погоды и не утеплилась. Ведь вчера было солнышко и весна-весна. За те несколько минут, что я ожидаю никуда не торопящегося Арсения, успеваю продрогнуть. Даже нос, кажется, покраснел.

– Пошли, – в дверях появляется Арсений и быстрым шагом направляется к машине.

Я за ним еле поспеваю, ибо ноги у меня в разы короче, как и шаг. Плюс каблуки. Мельком оглядываю машину Шереметьева, вмятина на капоте так и зияет. Чувство стыда слегка возрождается на дне колодца моих смешанных эмоций, но я ее быстро тушу, напоминая себе, что все не зря. Наверное.

Арсений молча заводит машину, пока я устраиваюсь на пассажирском сидении, настраивает печку, чтобы дула в ноги, и кидает в меня недовольный взгляд.

– Что? – сразу огрызаюсь я.

– Ремень.

– А.

Пристегиваюсь под тяжелый взгляд своего врага и устраиваю сумку на коленях. Черт, а теплый воздух по затянутым в капроновые колготки ноги – то, что надо для такой погоды.

Арсений трогается с места. Я уже успела оценить стиль его вождения и должна признаться, осталась довольна. В отличие от его несдержанного характера, водит он очень аккуратно. А я, как оказалось при сдаче на права, ужасно пугаюсь больших неповоротливых механизмов.

– Что по ремонту сказали? – машу рукой в сторону злополучного капота.

– В выходные загоню, должны сделать.

– Дорого обойдется? – дурацкая совесть, заткнись, а?

– Нет.

Вот и поговорили. Вот и отлично.

Но мне же нужно докопаться до истины!

– Хочешь забавный факт?

Арсений молчит и рулит. Все равно же скажу!

– Сегодня твой гороскоп как раз обещает неожиданную поездку.

– Какая неожиданность, – бурчит еле слышно.

– Что?

– Ты же сама их и составляешь, написать можешь что угодно.

Ну вот опять он за старое!

– Но это не так работает! – возмущаюсь я. – Во-первых, я основываюсь на реальных научных трудах при анализе лунных фаз.

– Псевдонаучных, – поправляет Арсений.

Честное слово, он считает себя бессмертным! Спасает его лишь то, что он за рулем, а я еду рядом. Так что я глубоко втягиваю воздух, заглушая свою злость, и продолжаю.

– Во-вторых, я его составляю накануне, Фома неверующий!

Шереметьев отвлекается от дороги на долю секунды, чтобы одарить меня таким ироничным взглядом, что начинает казаться, что он в курсе моих манипуляций. Но это, конечно, бред. Я вела очень тонкую игру.

– И что же вчера ты не специально привела ребенка…

Ага, он все-таки читает гороскопы, которые я отправляю ему по вечерам!

– Это случайное стечение обстоятельств! – совершенно искренне возмущаюсь я. – Кстати, извини. Я с Филом поговорила. Воспитательную работу провела. Надеюсь, твое мужское достоинство не пострадало.