Амалия Бенар – Горец из клана Маккензи: Тайна (страница 16)
– Сегодня суббота. Думаю, это будет прекрасной возможностью показать нашей гостье городок Дингуолл, – золотисто-карие глаза обжигали Оливию. – Что вы думаете об этой идее?
Англичанка молчала.
– Мисс, соглашайтесь! Вы наверняка читали «Макбет», – мистер Маккензи оперся локтями о стол, но, не дождавшись даже кивка, продекламировал. – Смельчак Макбет – так зваться он достоин назло Фортуне, сотрясая меч, дымящийся кровавою расправой…
Оливия слабо улыбнулась, прекрасно помня строки из произведения Шекспира.
– Обещаю вам устроить экскурсию по городу и его окрестностям и рассказать про настоящего Макбета, – снова ее словно обнимали взглядом медовых глаз. Необычные ощущения были однозначно приятны. Сплетни сплетнями, а граф умел очаровывать!
– Звучит интересно, – почувствовав доверие, гостья согласилась.
После ее слов Роберт выглядел довольным, что тоже не осталось не замеченным.
– Роб, tha deagh chothrom agad boireannach Sasannach a chùirt! – дядя Рэналф нежно коснулся ладони супруги.
– Tha, uncail.
– Роберт, милый, tha do mhealladh da chèile. Оливия, вы будете проезжать мимо прекрасных видов. Вереск уже начинает цвести кое-где, – миссис Маккензи отложила салфетку. – И вам нужно выезжать, пока погода не испортилась.
После этих слов столовая словно ожила. Прислуга тут же появилась с подносами, убирая со стола лишнее, а английская гостья со всеми поспешила в холл, намереваясь подняться в свою комнату, чтобы собрать сумку в поездку. Погода в Шотландии хотя в последнюю неделю была теплой, но по метеосводке передавали о похолодании и снова о дождях. Поэтому Оливия намеревалась взять с собой несколько теплых вещей и косметику, предвкушая интересные выходные. В компании вождя Маккензи.
После слов Морны она стала приглядываться к чопорному шотландскому графу, в замке которого жила уже практически неделю. Хотя стоило признать, после минувшего позднего ужина он держался намного приветливей, чем до этого. Безусловно, английская гостья это даже понравилось, ведь работать в дружелюбной атмосфере намного приятней. А у нее была впереди еще одна неделя в замке Лауд.
От сборов Оливию отвлекло сообщение от Генри, в котором он говорил, что вернулся в Лондон, и интересовался, что делает его невеста вне дома в такую рань. Не придумав ничего лучше, как написать, что позвонит ему попозже, англичанка закинула телефон в сумочку и, схватив чемодан, покинула комнату. Дворецкий Логан встретил ее по дороге к лестнице и помог донести вещи до машины. Не зная, как потактичнее сообщить жениху о своей поездке в Шотландию, Оливия решила потянуть время, отвечая при необходимости на сообщения. А вообще смотреть по ситуации. Она вдруг ощутила себя нашкодившей школьницей. Догадываясь, какая реакция на ее новость будет у Генри, она максимально оттягивала этот разговор, который точно должен был бы состоится, но пусть это будет только не сегодня!
Да, это была слабая позиция, но так Оливия привыкла абстрагироваться. Привычка в общении с родителями в итоге стала вариантом взаимодействия и с Генри. Ведь им всем приходилось мириться с ее несовершенствами.
Но в Шотландии всё было по-другому. И пусть она не понимала большую часть разговоров, что велись на гэльском, зато она могла больше времени посвятить обдумыванию прочитанной информации, выстраивая хронологию исторических событий, археологических находок и других важных дат.
Полная энтузиазма Оливия и молчаливый Роберт со всеми попрощались и, сев в машину, покинули владения клана Маккензи. Некоторое время они ехали в тишине, слушая шуршание колес по асфальту и щебетание птиц, доносившееся откуда-то с бескрайних просторов Хайленда. Девушка любовалась зелеными пейзажами, а вождь клана сосредоточенно следил за дорогой.
– Милорд, тетя Агата как-то упоминала про выставку, к которой вы готовитесь, – немного заскучав, англичанка решилась на вопрос.
– Да? – Роберт, удивленно приподняв бровь, бросил быстрый взгляд на нее.
– Ну… Если вам не хочется делиться своими успехами в крофтинге, то я не настаиваю, – голос Оливии прозвучал безразлично, хотя это далось ей с большим трудом. Ехать в тишине совершенно не хотелось, а предложить послушать местную радиостанцию тоже не было желания.
– Хитрый ход, мисс Конорс, – молодой мужчина хмыкнул.
– Не понимаю вас, милорд, – пунцовые щеки выдали волнение, но с этим, увы, Оливия ничего не могла поделать.
– В мае следующего года будет ежегодная выставка сельскохозяйственных животных.
Девушка понимающе кивнула. Заметив ее вдумчивое выражение лица, Роберт улыбнулся:
– А что вы знаете о крофтинге, мисс?
– Честно, ничего…
– Тогда я немного просвещу вас. Шотландская федерация крофтинга продвигает культуру фермеров и защищает их права. Это важная миссия в современном мире.
Оливия посмотрела на него:
– А как это осуществляется?
Роберт, продолжая следить за дорогой, буднично ответил:
– Поддержка сельских сообществ и помощь в производстве экологически чистых продуктов. Важно качество выращиваемого сырья, чтобы получить первоклассную продукцию. Также обеспечение здоровья сельскохозяйственных животных.
Девушка медленно кивнула, соглашаясь с услышанным:
– А чем вы занимаетесь?
– А как вы думаете? Подскажу только, что это отрасль животноводства, – граф одарил ее хитрой улыбкой.
– Предположим, овцеводство. Хотя нет, как-то…
– Неблагородно?
– Ну я бы сказала так по-деревенски, – Оливия закусила губу, обдумывая свои же слова.
– Может, если бы мой замок располагался где-нибудь в центре Лондона, то мое занятие овцеводством выглядело бы странно, – мужчина пожал плечами, даже не взглянув на рядом сидящую девушку.
– Так я угадала? – она расплылась в радостной улыбке.
– Не вижу ничего забавного, мисс Конорс.
– Простите. Я не хотела вас задеть, но это как-то мелко для вождя древнего клана.
– Традиционно тартаны ткали из шерстяной нити. И пока ничего не изменилось, – уголки его губ поползли вверх, и на короткое мгновение суровость в его взгляде пропала.
– Да, вы правы, – голос Оливии прозвучал извиняюще тише.
– Вот для этого и нужно разводить овец.
Девушка бросила смущенный взгляд на горца, черты его лица немного заострились, не лишив благородства. И до нее вдруг дошло, что ей в нем все же нравится, несмотря на неудачные первые дни в замке. И это – чувство собственного достоинства и его нелегкий ежедневный труд в этой глуши, чтобы содержать фамильный замок. И снова практически идеальный образ не вязался со словом «бабник». Как получалось, что он знаменитый бабник Шотландии? Задумавшись, Оливия продолжала любоваться вождем клана, когда он, повернув свое лицо, улыбнулся.
– Мисс Конорс, я уже как-то упоминал, что не всем сплетням нужно верить, – его голос звучал негромко, как тогда в столовой. – Думаю, эта поездка – прекрасная возможность познакомиться поближе. Скажем так, в неформальной обстановке, хотя тетя Агата делегировала нам обоим важное дело…
Неожиданно раздавшийся звонок телефона напугал Оливию. Любимая мелодия звучала, как ей показалось, неописуемо противно. Телефон вибрировал внутри сумочки, привлекая внимание. Англичанка достала его, мельком взглянула на экран и нажала на сброс звонка. Наступила тишина. Недосказанность стала ощущаться в салоне автомобиля. Роберт посмотрел на Оливию. В ее голове крутились в бешеном ритме мысли, что сказать Генри. Ведь он точно перезвонит. Так и произошло. Телефон снова завибрировал под мелодию звонка.
– Вы не ответите? – Роберт сухо произнес обычный вопрос. – Кто такой Генри? А может, это важный звонок?
Англичанка с удивлением посмотрела на горца. Первое желание было не отвечать. Ни сейчас, ни потом. Ни Роберту, ни Генри. Но пальцы сами потянулись к зеленой кнопке. Оливия прижала мобильный к уху и постаралась улыбнуться.
И прозвучало знакомое:
– Ливи, привет! Когда ты вернешься домой?
Услышав взволнованный голос Генри, девушке стало невыносимо стыдно.
– Привет! Не сегодня, – ее голос был негромким.
– Ливи, ты где? – в этот раз Генри спросил строже. – Что случилось? Я уехал в командировку в Ливерпуль. Вернулся, а наша квартира пуста.
– Не волнуйся, все хорошо, – девушка покосилась на Роберта.
Он продолжал смотреть на дорогу, а пальцы крепко сжимали руль. По лицу нельзя было прочесть никаких эмоций, а вот побелевшие костяшки выдавали, если не злость, то досаду.
Оливия отвернулась и, прикрыв ладонью динамик, прошептала:
– Я перезвоню тебе, хорошо?
– Ливи, ответь только на один вопрос. Ты где?
Девушка, поджав губы, прикрыла глаза. Она молчала, не решаясь признаться и пытаясь понять свои эмоции.
– Не молчи, пожалуйста. Я волнуюсь.
– Я хочу дописать свою диссертацию.
– Ты все же решила вернуться к своим любимым кельтским сказкам? – его голос, утратив ноты беспокойства, звучавшие ранее, стал привычно ровным.
Оливия услышала, как он хмыкнул, и перед глазами возник знакомый образ. Лощеный, даже можно сказать, щеголеватый. В дорогом костюме-двойка и светлой идеально отглаженной сорочке.
– Да, Генри. Я в Шотландии, – на выдохе внятно произнесла она, позабыв, что не хотела посвящать вождя Маккензи в свою личную жизнь.
– Что? Не глупи, любимая! Это же несерьезно!