Амадео – Ничего личного... (страница 34)

Он в ярости обернулся и схватил наглеца за запястье.

— Никогда. Не смейте. Трогать мои волосы, — прошипел он, вырывая резинку из ладони пораженного репортера. — А теперь пошли прочь. Все до единого, пока я не заявил на вас в полицию.

Развернувшись, он пошагал к дому. Стая стервятников осталась стоять позади, однако мгновением позже ринулась за ним, держась, однако, на почтительном расстоянии.

Амадео зашел в дом, кивнув охранникам, которые подобрались, заметив преследующую его толпу. Однако на территорию особняка ни один репортер не рискнул зайти — вид грозных здоровяков, руки которых скользнули под пальто за оружием, остановил их.

— Быстро на кухню, молодой господин, — безапелляционно заявила Роза, схватив его за руки. — Вы совершенно ледяной, совсем не думаете о своем здоровье!

— Чуть позже, Роза, я сначала переоденусь и приму душ, — скороговоркой выпалил он.

Захлопнув дверь в свою комнату, Амадео зло сдернул спортивную куртку, швырнув ее на кровать. Следом полетела футболка. Пройдя в ванную, он включил душ, затем проверил мобильник. Звонков от Ксавьера не было, зато светился пропущенный вызов от Ребекки.

— Принц не берет с собой телефон на утренние пробежки? — раздалось в трубке вместо приветствия.

— Мне некогда, Ребекка, давай по существу.

— Фредериком притворяется некто по имени Майлс Салливан. Довольно посредственный актер, иногда появляется в качестве статиста на подмостках театра в Клэнси. Несмотря на то, что до мировой известности ему далеко, как до луны, его хорошо загримировали. Когда-то он был блондином, сейчас — темный шатен, как и Ксавьер.

— Дальше, Ребекка, меня не волнует, как он выглядел раньше. Ты выяснила, кто его нанял?

— Я связалась с его агентством, но они отказываются давать информацию. Списывают на защиту персональных данных. Дай мне еще немного времени, и я все узнаю.

— Постарайся быстрее. Нужно найти заказчика, пока пресса не раздула эту историю еще сильнее, — Амадео отключил телефон и, оставив его на кровати, прошел в ванную.

На кухне его ждала большая кружка горячего шоколада, приготовленного заботливой Розой.

— Садитесь, молодой господин, — не терпящим возражений тоном приказала она. — Кажется, Стефан запретил вам заниматься спортом на улице в такую погоду. Сегодня слишком холодно.

— Я не люблю бегать в спортзале, — скривился Амадео. Кружка приятно согревала ладони. — Тем более на беговой дорожке.

— Ваша беспечность дорого вам встанет, помяните мое слово, — сварливо проскрипела Роза. — О, господин Кристоф, какой приятный сюрприз! Неужели вы проголодались?

— Нет, Роза, благодарю, — улыбнулся хозяин дома. — За окном толпится народ, я пришел узнать, не приманил ли их запах твоих бесподобных пирогов?

Та фыркнула, однако щеки чуть порозовели.

— Этих птиц приманивает нечто другое, господин Кристоф. Мои пироги тут ни при чем. От еды можете отказываться сколько угодно, однако шоколада выпьете.

Кристоф с благодарностью принял чашку и уселся напротив Амадео. Тот задумчиво водил по столу пальцем, следя за ним отсутствующим взглядом.

— Что тебя беспокоит, малыш? Это все из-за Ксавьера?

Амадео провел пальцем по скатерти прямую линию и взял кружку.

— Во время пробежки ко мне привязались журналисты. Хотели знать, какое отношение я имею к Ксавьеру, и не заботит ли меня, что он обойдется со мной так же, как со своими родителями, — Амадео бросил презрительный взгляд за окно, где за забором, невзирая на холод, толпились репортеры.

— И что ты ответил?

— Сказал, что не собираюсь ними разговаривать.

— Молодец, — улыбнулся Кристоф. — Этих падальщиков не стоит удостаивать даже взгляда. Как дела у Ксавьера?

— Не очень. Он, конечно, делает вид, что контролирует ситуацию, но я вижу, что ему нелегко, — Амадео подпер голову ладонью.

— Только не загоняй себя, малыш. Помощь помощью, но если с тобой что-то случится, Ксавьеру от этого легче не станет. И мне тоже.

— Я знаю, отец.

На кухне повисла тишина. С улицы доносился едва слышный гул — толпа и не думала расходиться. Амадео смотрел за окно, но ничего не видел, погрузившись в невеселые мысли. Если Ксавьер и дальше продолжит игнорировать все, что происходит, ничем хорошим это не кончится. Пресса способна раздуть все до немыслимых масштабов, и даже Ребекка не сможет этому помешать.

— Ты уже несколько дней как в воду опущенный, — снова заговорил Кристоф. — Что-то случилось?

— Ничего критичного. Думаю, кто же мог организовать такую тщательно подготовленную травлю. Рядовые конкуренты не смогли бы, у них недостаточно информации.

— В нашем городе есть торговцы.

— И все они работают на Ребекку. А она ни за что не перейдет дорогу Ксавьеру, — он сделал глоток шоколада. — Одно меня удивляет — почему Ксавьер делает вид, что ничего не происходит? Он мог бы опровергнуть всю чушь, которую о нем пишут и говорят, однако…

— Возможно, это наилучший вариант в данной ситуации. Журналисты абсолютно не вникают в тонкости бизнеса, не утруждают себя проверкой фактов, а лишь кидаются на свежие кости, выпавшие из шкафа, и при желании Ксавьер может легко себя оправдать. Но, как я понимаю, он не обращался к Ребекке за помощью, иначе ты не просил бы ее.

Амадео кивнул.

— Именно. Он предпочитает закрывать глаза, невзирая на последствия. И это приводит меня в недоумение. Почему?

— Ксавьер Санторо относится к тому типу людей, которые никому не доверяют и не желают показывать даже малейшую слабость.

— Я думал, он доверяет мне, но…

— Да, вы с ним стали добрыми друзьями, — Кристоф погладил Амадео по плечу. — Но силу привычки не так-то легко победить. Ты можешь пытаться помочь ему, но не жди, что он так просто примет твою помощь. И потом, скорее всего, он просто не хочет впутывать тебя в этот скандал.

— Но теперь это касается и меня, — Амадео хмуро указал за окно. Один из репортеров что-то скандировал, остальные нестройным хором подхватывали. — И я разберусь, хочет Ксавьер того или нет.

— Не в моих силах запретить тебе, однако, — Кристоф сжал его плечо, — будь осторожней, малыш. Иногда пули рикошетят. И я не прощу себе, если хоть одна попадет в тебя.

— Агентство Салливана так и не предоставило мне информацию, — говорила Ребекка, потягивая кофе. — Пришлось ее выкрасть.

Амадео взял тонкую папку и внимательно просмотрел, отставив в сторону чашку. Официантка подошла спросить, не желает ли он чего-нибудь еще, однако он отрицательно покачал головой. Это кафе оказалось единственным, где удалось скрыться от назойливых репортеров. Они, будто сговорившись, оккупировали большинство ресторанов неподалеку от «Азар» и «Камальон», изучали каждого посетителя цепким взглядом и держали наготове блокноты и диктофоны.

— Его нанял некто Энтони Николс? Никогда раньше не слышал этого имени, — Амадео закрыл папку и отдал ее обратно Ребекке. — Попахивает подставой. А кто нанял этого человека?

— Я работаю в этом направлении, — недовольно поморщилась Ребекка. — Ты слишком торопишь, и…

— Секрет твоего успеха заключается в своевременной поставке информации, не так ли? — Амадео наклонился к ней. — Промедлишь хоть минуту — и упустишь выгодного клиента. Так что прекрати пудрить мне мозги, Ребекка. Ты уже знаешь, кто за этим стоит, просто не собираешься мне говорить. Так?

Ребекка швырнула сигарету в пепельницу. Этот чертов мальчишка видел ее насквозь, даже соврать по-человечески не получалось.

— Хорошо. Ксавьер запретил мне давать тебе информацию. Так понятней, прекрасный принц?

Амадео выругался про себя. Можно было догадаться, что Ребекка не станет молчать о его расследовании и немедленно доложит Ксавьеру.

— С каких пор ты выполняешь его указания, да еще бесплатно? — съехидничал он. — Если откажешься мне помогать, я начну копать самостоятельно. Считаешь, мне это не по силам? Отнюдь. У меня есть предположение, что за всем этим стоит недавно вышедший из тюрьмы Крейг Беррингтон. Бывший чиновник, работорговец, педофил и экспериментатор. Но как он связан с Ксавьером?

Ребекка порадовалась, что в полумраке кафе он вряд ли разглядел замешательство, промелькнувшее на ее лице. Откуда этот мальчишка узнал о Беррингтоне?

— Это, — осторожно произнесла она, — секретная информация, и не таким желторотым юнцам, как ты, совать туда свой клюв.

— То есть я прав, — Амадео торжествующе улыбнулся. Это был выстрел наугад, имя, выхваченное из отчета Ребекки полугодовой давности, однако он достиг цели. Прямо в яблочко. — Беррингтон вряд ли действует один. Слишком масштабная акция для одного человека. Кто еще работает с ним?

— Послушай! — рявкнула Ребекка. Посетители начали оборачиваться, и она сбавила тон. — Ты хоть представляешь себе, куда пытаешься влезть? Представляешь, какого уровня птицы там летают? Это не безобидные голуби. Это огромные, хищные ястребы, готовые в мгновение ока заклевать такого воробья, как ты, возомнившего себя…

— Ладно, — Амадео поднялся. — Не желаешь мне помогать — узнаю сам. Мне Ксавьер ничего не запрещал.

Ребекка, стиснув зубы от досады, наблюдала, как он надевает пальто. Ксавьер недвусмысленно приказал ей держать принца подальше от всего этого, однако упертый красавчик не собирался сдаваться. И без присмотра наверняка влезет туда, откуда его вынесут вперед ногами.

Ксавьер ей этого не простит.

— Подожди, — наконец произнесла она.