Алёна Цветкова – Южная пустошь. Книга 7 (страница 7)

Прислонилась к стене... Сердце мерно билось в груди. Адреналин схлынул, оставив после себя смертельную усталость. Прикрыла глаза. Глухая южная ночь царила вокруг меня, окутывая душным пуховым одеялом, сквозь которое не проходит ни капли свежего воздуха.

Я в который раз оказалась в тупике. Слезы подступили к горлу, но я сглотнула собравшийся комок. Не время плакать. Я не должна опускать руки. Я должна придумать что-то еще...

- Но что?! - выдохнула шепотом. Прикусила губу. Хотелось свернуться клубком и оплакать очередную, но явно не последнюю неудачу...

Я не знала, куда иду... Не думала. Просто шла. Тело двигалось само, без всякого участия головы. Я спустилась по лестнице на самый низ, туда, где рядом с единственным входом в эту часть здания располагалась небольшая, неприметная дверь. Снаружи ее сразу и не увидишь, как будто бы кто-то нарочно спрятал ее от взора входящих.

На мгновение замерла, не совсем понимая, что привело меня сюда. А потом резко, словно боясь передумать, подняла руку и постучала... Мне нельзя было оставаться одной сейчас. Иначе я сломаюсь. А довериться я могла только одному человеку. Тому, которого поклялась убить.

- Елька?! - удивленный Гирем открыл дверь так быстро, как будто бы ждал меня за дверью. - что случилось? И как ты меня нашла? Я переехал сюда только вечером. Даже девочки не знают.

Я хотела ответить... Но слова застряли в горле. А вот слезы, сломав все барьеры, хлынули наружу...

- Елька, - Гирем втащил меня в свою комнату и обнял, прижав к себе, - да, что случилось-то?!

Говорить я смогла не сразу. Сначала мне надо было выплакать все, что накопилось за этот кошмарный год, когда мне нельзя было быть слабой. Даже с Агором я не могла быть слабой. И, хотя, мне с ним было так хорошо, как ни с кем другим, но я всегда помнила, что я не просто Елька, а королева Елина, за которой страна и ее люди.

Все это время мы так и простояли у двери. Гирем поглаживал меня по голове, как будто бы я маленькая девочка. И точно так же шептал на ухо слова, которые должны были меня успокоить.

И надо отдать ему должное. Ни оно его движение не посягало на то, что я не готова была ему отдать. Он мог воспользоваться моим состоянием, тем более, я сама пришла к нему посреди ночи, но он не сделал ничего. Хотя в тот момент я была слишком расстроена, чтобы думать.

- Все пропало, Гирем, - всхлипнула я. - Я не смогу остановить Ягурду! Она накинет магические поводки на Богов, и мои дети, как Их наследники, попадут ей в услужение...

- Ель, а почему остановить Ягурду должна именно ты? - голос Гирема звучал мягко и осторожно. Как будто бы он боялся обидеть меня.

- Потому что Богиня отказалась, - я вытерла слезы, и добавила, - я говорила с Ней. Она сказала, что ничем не сможет нам помочь... Понимаешь, Гирем? Она не может!

- И что? - в его голосе послушалась улыбка.

- Как что?! - я оттолкнула его, отчаяние, пролившись слезами, обернулось злостью на Гирема за то, что он ничего не понимает. И я почти закричала, как будто бы в первый раз из-за того, что произнесла эти же слова слишком тихо, Гирем ничего не расслышал, - Если не остановить Ягурду, то Боги будут служить ей! И мои дети, вероятно, тоже!

- Тише, Есль, не кричи, - Гирем как всегда невозмутимо, хмыкнул. - Я все слышал. И я понимаю твое беспокойство. Но я все равно не понимаю, почему Ягурду должна остановиться именно ты?

Он не понимает?!

Я хотела снова закричать, обвиняя Гирема в том, что ему плевать на меня, на моих детей. Но потом вдруг осознала, он имеет право ничего не понимать. Он же ничего не знает. Я же ему ничего еще не рассказала...

И мне все равно придется это сделать, ведь в основе моего плана его страна, о которой никто пока не знает. К тому же Гирем всегда умел находить выходи из самых безвыходных ситуаций. И может быть в этот раз он снова придумает что-то такое, особенное... Слишком хитрое, чтобы любой нормальный человек мог даже подумать в ту сторону. Как с золотыми ельками...

- Мы можем поговорить? - глухо произнесла я... - Я расскажу тебе все, тогда ты поймешь...

Гирем кивнул и посторонился, пропуская меня к себе.

- Я еще не ужинал. Думаю и ты тоже, - добавил он, - буду рад, если присоединишься... Заодно расскажешь все...

Я не стала отказываться. В Аддии традиционно ужинают после захода солнца. Только детям и старикам еду подают пораньше, чтобы успеть уложить их спать до вечерней трапезы. И Гирем был прав, я еще не ела. Вот только аппетит меня совершенно покинул, и даже мысль о еде, вызывала тошноту.

Облокотившись на подушки, я присела на толстый, ворсистый ковер и скребла изогнутой аддийской вилкой по полупустой тарелке. Свой рассказ я начала с того момента, как год назад я покинула Южную пустошь.

Гирем слушал внимательно, не перебивая. Только иногда подкладывал пряные аддийские кушанья, который куда-то бесследно исчезали с моей тарелки... Сам он никак не мог справиться с первой порцией вкуснейшего плова.

Потом мы пили ароматный чай. А я все говорила и говорила, рассказывая о своих дорожных приключениях. Я не скрывала ничего, любая самая мелка деталь, могла помочь Гирему придумать еще один гениальный план.

Тихо тлели угли в тигле, на котором подогревался чайник... Кажется уже третий... За окном посерело, обозначая приближения рассвета.

- Теперь ты понимаешь, почему я в таком отчаянии? - спросила я, закончив свой рассказ. - Если я не остановлю Ягурду, то Боги будут делать то, что она хочет. И мои дети...

Я запнулась, чувствуя как на глазах, стеклянным крошевом вскипели слезы.

- Но и это еще не все... Ягурдра схлестнется с Великим отцом и его магами. Я не знаю, кто победит в этой схватке, скорее всего Боги. Но я точно знаю, во время этой схватки погибнет много простых людей, исчезнут с лица земли наши города... И что-то мне подсказывает, Последняя война, изменившая наш мир, покажется детским лепетом, по сравнению с тем, что ждет нас в будущем...

Я вздохнула. Поставила пустую пиалу. И потерла глаза. После того, как последние слова были произнесены, навалилась слабость. Резко повисли руки и ноги, а веки потянуло вниз с такой силой, что надо было бы прибить их гвоздями, чтобы они не закрылись. Тело повело в сторону... Я упала бы на мягкий ковер, если бы Гирем не вскочил и не поймал меня.

- Теперь ты понимаешь? - выдохнула я, глядя в черные, как аддийская ночь глаза моего бывшего возлюбленного.

- Теперь понимаю, - кивнул он, подхватив меня на руки. - Но я все равно не понимаю, Ель, почему остановить Ягурду должна именно ты.

- А кто, кроме меня? - хотела ответить я, но не смогла. Глаза закрылись, и я уснула.

- Немного успокоительного сбора из Южной пустоши и ты, наконец-то, в моих руках, - услышала я сквозь сон его тихий смех. - Спи, моя неугомонная, тебе надо отдохнуть. И ничего не бойся. Я рядом, а значит мы со всем справимся.

Глава 5

Утром я проснулась в своей постели. Потянулась, чувствуя блаженную легкость во всем теле. Улыбнулась, глядя на бегущий по стене яркий солнечный зайчик, скачущий по стене. Дети... Это они разбудили меня, направив луч полуденного солнца в открытое окно.

Давно не чувствовала себя так хорошо. Резво вскочила на ноги, и выглянула в окно, распахнув створки во всю ширь. Рассмеялась... Под окном, выходящим на тенистый внутренний дворик, прямо посреди большой полукруглой клумбы-лужайки стояли Хурра с сестрой и братьями.

- Мама! - подпрыгнула она на месте, пряча за спину зеркало, которым они пускали солнечных зайчиков, - ты проснулась!

- А Гирем сказал, что ты будешь спать до самого вечера, - сдал с потрохами ночного короля Делив, перехватив зеркало и передав его дальше, Оливу или Виктории...

Я фыркнула себе под нос, вот ведь хитрюги, знают, что малышам простят любую шалость. И поди теперь докажи, что в окно светила не маленькая Викуша, а почти взрослая Хурра.

- Он напоил тебя отваром, чтобы ты успокоилась и отдохнула, - кивнула Виктория.

- И сказал нам, чтобы мы тебя не беспокоили, - подхватил Олив. И поинтересовался, - а ты отдохнула?

- Да, мам, - подхватила Хурра, только сейчас сообразившая, что у Гирема вероятно были причины поить меня успокоительным отваром. Взглянула на меня виновато, с потрохами выдавая свое участие в «утренней» побудке, - ты же отдохнула, да? Уже почти полдень...

В этой фразе вся моя дочь: импульсивная, порывистая, непокорная. Она всегда сначала делает, и только потом думает. Вся в свою покровительницу: Древнюю Богиню Аддию...

И в отца.

Как он, вообще, до такого додумался? Взял и напоил меня сонным отваром, чтобы успокоить и заставить забыть обо всех проблемах и переживаниях. И, хотя, сейчас я вынуждена была это признать, его способ сработал, я давно не чувствовала себя так хорошо, как этим очень поздним утром, но все же ему не следовало делать это тайком.

- Отдохнула, - кивнула я Хурре. - А где сейчас Гирем?

На лицо дочери набежала тень.

- Он уехал, - обиженно поджав губы, заявила она. - С этой...

- С госпожой Олирой, - пояснил Делив, чутко уловив по выражению лица, что я не поняла, к ого имеет в виду Хурра. - Они поехали осматривать окрестности. Я слышал, как она сказала, что хочет увидеть, как сильно все изменилось вокруг... Ба-а, но она же магичка. Разве она была здесь когда-нибудь? Мама говорила, что все маги жили только в Монтийской Епархии...