Алёна Цветкова – Попаданка для герцога? — 3 (страница 25)

Треанцы… Опять эти проклятые треанцы… Как же я их ненавижу!

А его величество, словно не замечая, как вспыхнули мои глаза от переполнявших меня чувств, продолжал говорить то, что для меня уже было очевидно.

– Вероятно, наш внезапно возросший потенциал заставил треанцев забеспокоиться и предпринять более решительные шаги. Поэтому и случился переворот. У Идорро нет наследника, у четверо детей, но все девочки. Старшей недавно исполнилось восемнадцать. И я полагаю герцог Эрлорский собирается жениться на ней, получить законную власть и присоединиться к Треане. И тогда весной треанцы выступят против нас. И нам придется воевать, а не развиваться.

Я приняла решение мгновенно. Кажется, пришло время раскрыть некоторые секреты.

– Ваше величество, – я немного нервничала, – а если мы поможем королевской династии Иносты вернуть право на трон?

– Какой династии, леди Лили? Герцог Эрлорский единственный в ком течет капля крови королевского рода…

– Ваше величество, – я сглотнула, – у Идорра Пятого есть сын. – Король скептически взглянул на меня. – Незаконнорожденный, разумеется.

– Леди Лили, все это сказки, – рассмеялся король, – забудьте. Если бы у Идорра был сын, пусть даже незаконнорожденный, он бы давным-давно предъявил его всем и назначил своим наследником…

– Он думал, что мальчик мертв, ваше величество… а он жив.

– Даже если так, – пожал плечами он, – но, во-первых, где его искать этого мальчика. А, во-вторых, королевскую магию не так-то просто спрятать. И, значит, мальчишка не получил магического дара и не может считаться наследником…

– Или получил, но ее скрыли ритуалом…

– Ритуалом, – эхом повторил за мной король. – Вы что-то знаете?

Я кивнула и коротко пересказала то, что мне рассказывала Зензи, не раскрыв личность возможного принца.

– Вы уверены, что все это правда? – насмешливо фыркнул он.

– Нет, – помотала я головой, – у меня нет никаких доказательств, кроме слов Зензи. Но я ей доверяю. И потом в королевской галерее есть портрет фаворитки короля, матери мальчика. И если Зензи права, и они так сильно похожи…

– Леди Лили, если у ребенка проснулась королевская магия, то не нужны никакие портреты. Этого факта вполне достаточно для того, чтобы признать его потомком королевской династии.

Как интересно, я много раз слышала выражение королевская магия, но как-то не задумывалась о том, что она может отличаться. Но если это так, то…

– Ваше величество, а в чем особенность королевской магии?

Король пожал плечами:

– А вы еще не знаете? Королевская кровь, помимо магии стихий, дает небольшие ментальные способности. У всех, конечно разные, мы так и не смогли уловить закономерность. К примеру, у меня их практически нет, а вот незаконнорожденный принц Треаны, граф Олмец, очень сильный менталист…

Я побледнела и вцепилась в юбку, чтобы не упасть от того, что закружилась голова. Менталист значит… И вся эта боль не настоящая… не моя…

– И если у вашего мальчика нет ментальных способностей, то он точно не принадлежит ни одной из королевских династий.

Я прикусила губу до боли, чтобы привести себя в чувство. Сейчас не время думать о Карссе.

– Я не знаю, какие способности есть у мальчика. Но если Зензи права, и над ним провели ритуал… Можно ли его как-то отменить? Повернуть вспять? Что-то сделать, чтобы магия снова вернулась?

– Чтобы узнать, сначала надо его найти…

– Это мой управляющий на консервной фабрике в Крамсберге, ваше величество. Он сбежал из Иносты еще ребенком. Его дядя живет в Вытнях. Это деревня в моем поместье. Его зовут Гезз.

– Гезз? – эхом повторил король и задумался на мгновение, – сомневаюсь, леди Лили, что какой-либо ритуал способен так долго удержать королевскую магию. Вы завтра собираетесь в Крамсберг. Привезите этого Гезза… Я на него посмотрю. Хотя мне кажется, что Идорро сам отыскал бы сына, если бы он у него был.

Глава 22

Ночь прошла тревожно. Я все же отправила Агусте приказ немедленно оставить все и выехать из Иносты. Да, это отбросит наши планы на многие месяцы назад, но рисковать жизнью верного мне человека совсем не хотелось. Когда все решится, тем или иным образом, мы сможем наверстать упущенное, но только в том случае, если Агуст будет жив.

Король исчез сразу после ужина, и так и не пришел спать в будуар, в котором он проводил практически все ночи. Победа заговорщиков в соседней стране – повод прошерстить свою страну в поиске предателей и зачистить их раньше, чем они смогут навредить государству.

Утром, увидев, что постель даже не смята, я помчалась в кабинет к его величеству. Хотела узнать новости. Стража уже давно пропускала меня без вопросов, поэтому, не обращая внимания на вытянувшихся у дверей солдат, я постучала костяшками пальцев об косяк, давая знать, что это я, и заглянула внутрь.

Король спал в кресле за столом, положив голову на стопку документов. А герцог Бартенбергский – в кресле у окна. Как будто бы сидел любовался видами и внезапно заснул. И я решила их не будить. Если заболит шея от неудобного положения, то Мор быстро снимет боль. А выспаться им нужно. Обоим.

Через пару часов мы выехали в Красмберг. Нам повезло, зима в этом году была малоснежная, а дороги наезженными. По всем приметам снегопадов так и не ожидалось, и карета, установленная на полозья, скользила легко и быстро. И даже трясло гораздо меньше, чем летом.

Все пять дней в дороге я не находила себе места. Зензи, которой я рассказала о своем разговоре с королем, напротив была необычайно спокойна. «Не стоит переживать о том, что пока не случилось и, возможно, никогда не случится», – говорила она. – «А если это уже случилось, то тем более переживать не стоит. Ведь уже ничего не изменишь». Но мне все еще не удавалось достичь такого уровня дзена, как у Зензи. Хотя притворяться и играть роль безразличной герцогини под руководством Зензи я научилась довольно хорошо. Во дворце никто даже не заподозрил меня в неподобающем происхождении, благо до того, как поселиться там окончательно, я ни с кем не общалась. Наша с Зензи легенда отлично вписалась в мою биографию, но я все равно старалась не заводить близких подруг, чтобы не выдать себя нечаянным разговором по душам.

С мужчинами в этом плане было проще. Они либо принимали меня, как равную, как его величество, либо нет, как герцог Бартенбергский. И с последними я просто старалась не общаться, хотя герцог и сам был весьма назойлив.

– Леди Лили, – отвлекла меня Зензи от невеселых мыслей, – я чуть не забыла вам сказать, – заявила она абсолютно безмятежно, – граф Олмец сейчас находится в Крамсберге. Он выехал туда на пару дней раньше нас.

Я кивнула, делая вид, что не было острой иголки в сердце, кольнувшей при имени сэра Карсса. Незачем Зензи или кому-либо еще знать о моих чувствах. Тем более есть вероятность, что они навязаны мне самим треанским принцем.

– Леди Лили, – не унималась Зензи, – мне кажется, вам стоит поговорить с ним.

Вот тут я не удержалась от вопросительного взгляда. С чего это Зензи так заговорила, она же прекрасно знает, как я ненавижу Треану.

– Вы же читали мои донесения, – вздохнула она, – он уже несколько месяцев не имеет никаких связей с королевской семьей. К тому же, он никогда не был дружен с ее высочеством Айлеррой. И я не нашла доказательств о его причастности к вашему похищению, и отравлению его величества.

– Я не хочу, – перебила я ее. – Я не хочу его видеть, не хочу о нем слышать, и не хочу его знать… И, вообще, Зензи, вы знали, что королевская магия – это ментальная магия?

– Конечно, – она удивленно взглянула на меня, – это знает любой ребенок. Но каждый ребенок знает, что их способности их весьма ограничены. И даже принц Карсс не смог бы внушить вам ничего существенного. То, что вы чувствуете, леди Лили, это только ваши чувства…

– Мне все равно. Хватит Зензи. Я хочу закончить этот разговор, – я взмахнула рукой, чтобы усилить резкость своих слов. – Вы бы лучше думали о том, что за последние два месяца резко увеличилось количество попыток промышленного шпионажа на моих предприятиях. Мне не хотелось бы, чтобы из-за неуместного интереса к моей личной жизни, – подчеркнула я, – пострадала ваша работа и секретность моих разработок.

Зензи кивнула и замолчала, поплотнее закутавшись в тулуп. До Красмберга оставалось не больше пары часов.

О моем приезде прислугу предупредили заранее, поэтому в моем городском доме царили чистота и порядок. За время моего отсутствия в гостиной сделали ремонт и свисающая с невысокого потолка лепнина больше не пугала, заставляя неосознанно пригибать голову. На втором этаже мои покои тоже подверглись переделке. Самую крайнюю от лестницы гостевую спальню я велела переделать в кабинет, а всю остальные комнаты стали моими покоями. Обстановка внутри была довольно скромной, но очень уютной. А жить я здесь собиралась только в рабочие поездки, поэтому вполне можно было обойтись и небольшим домиком не в самом престижном районе.

Горничная помогла мне принять ванну и надеть ночную сорочку из плотной хлопковой ткани, отделанную кружевом по подолу. В спальне было натоплено и очень жарко, но я уже по прошлогоднему опыту знала, к утру зимние морозы выстудят комнату, даже если прислуга будет подтапливать печь посреди ночи. Керосинка, стоявшая на прикроватной тумбочке освещала пространство вокруг.