Алёна Моденская – Вельмата. Длинные тени (страница 15)

И тут откуда донеслось, будто шёпотом: «Невтем-ки».

— Невтем-ки, — повторила Настя, обращаясь к сети тоннелей. — Покажи путь к набережной. Пожалуйста.

Ничего не произошло. Настя крепко зажмурилась и вновь открыла глаза. И отпрянула от стены. На ней в светящемся круге поворачивалась огненная стрелка. Наконец она остановилась. А, ну да. Тоннель-то прямой. Ясно, куда идти.

Настя двинулась на ощупь по тоннелю. Скоро тьма совсем сгустилась. Не споткнуться бы. А то кто знает, сколько тут придётся проваляться, пока кому-нибудь не понадобиться за пять минут попасть из Верхних Печор в Дальнее Константиново. И не будет ли это пасть на птичьих лапах.

Но тут впереди что-то сверкнуло. Повернуть назад? Нет, уж лучше вперёд. Приготовившись к чему угодно, Настя пошла на искру. Оказалось, ход раздваивался, и на стене одного из тоннелей мерцал круг со стрелкой. Ясно, повернуть надо туда. Мысленно поблагодарив проход, Настя пошла дальше.

Ещё несколько раз, когда казалось, что тьме конца уже не будет, на стенах появлялась стрелка в круге. Надеясь, что движется в нужном направлении, Настя топала дальше, только вот выход всё не находился. Может, она не слишком точно сформулировала пункт назначения, и сеть ходов просто не совсем понимает, куда ей нужно? Настя ещё несколько раз мысленно повторила, что хочет попасть на набережную. Вроде бы никто не огрызнулся в стиле «да заткнись уже и шкандыбай куда укажут».

Вдруг в лицо пахнуло свежестью. Кажется, выход близко, только что-то тьма не торопится рассеиваться. Может, уже сумерки? Утро же было. Но вот вдалеке появился слабый свет. Настя пошла быстрее, и скоро оказалась у прямоугольного выхода, прикрытого снаружи кустами.

Так, надо же что-то сделать. Напрочь забыв что именно, Настя просто приложила ладонь к кругу со стрелкой и мысленно поблагодарила тоннели. Ладонь будто сотней мелких иголочек кольнуло. А знак исчез.

Настя подошла к выходу. Осторожно выглянула наружу. Вроде никого поблизости нет. Отодвинув ветви кустов, выбралась из тоннеля. И где она? Там, где нужно? Или где-нибудь на окраине Сормова?

Собравшись, Настя смелее прошла вперёд. Куда-нибудь да выйдет, правда?

Вышла она быстро. Что-то вроде парка — аккуратные газоны, дорожки. Люди прогуливаются. Куда же её всё-таки занесло? Так, чуть подальше невысокий витиеватый забор. Через него, что ли, перелезать?

Точно, можно же проще. Настя достала телефон и загрузила карту. Навигатор подсказал, что она попала в Парк Победы. Отлично, тут не так уж далеко до Верхневолжской.

Настя вышла из парка и оказалась на Набережной Гребного канала. Холодная Волга медленно перекатывала густеющие волны, отражающие лазурное, будто бы ещё летнее небо.

Не сразу Настя заметила, что кругом снуют обеспокоенные чем-то люди. Многие в оранжевых жилетках. И ещё собаки.

Ну, хоть пастей вместо голов не видно. Надо просто…

— Настя, привет!

От неожиданного окрика Настя уже привычно подпрыгнула.

— Напугала? Извини. — Рыжая кудрявая Оля, бывшая однокашница, тоже расхаживала в оранжевом жилете. — Девочку не видела?

И Оля показала Насте фото в телефоне. Девочка лет пяти с двумя косичками машет рукой на фоне реки. Только летом.

— Нет, — покачала головой Настя. — А что, она пропала?

— Да, — кивнула Оля, убирая телефон и осматриваясь. — Родители устроили пикник здесь недалеко, что-то там отмечали. Выпили и девчонку потеряли.

— Какие хорошие родители, — процедила Настя, вдруг вспомнив мамашу Яны.

— Вот только не надо сразу так судить, — нравоучительно заявила Оля. — Они не алкаши и не маргиналы. Просто повод был.

— Наверное, — виновато произнесла Настя. — Это волонтёры здесь?

— Ну да, — снова осмотрелась Оля. — Спасатели, кинологи. Кстати, а как ты вообще? Как дела?

— Нормально, — пожала плечами Настя, шагая рядом с Олей вдоль набережной. — А ты как?

— Тоже ничего. Работаю у родителей. Коттеджи проектирую. — Оля всё время глазела по сторонам. — А ты где?

— Так, в компании, — промямлила Настя и, пока Оля не успела спросить ещё что-нибудь, быстро произнесла: — Как наши? Видела кого-нибудь?

Оля пустилась в рассказы о бывших однокашниках, а Настя механически передвигала озябшие ноги. Впереди маячила красная девочка с косичками. Очень похожая на ту, что была на фотографии. Она как бы плыла в полуметре от земли и всё время осматривалась, будто потерялась и искала родителей.

— Эй! Ау! — раздалось у уха.

— Что? — повернулась Настя.

— Я спрашиваю — как у тебя с личным? Нашла кого? Или всё по своему Гоше страдаешь?

— Да… Нет… Слушай, я там, кажется, что-то увидела. — Настя указала вперёд, на совершенно пустую набережную.

— Где? — вгляделась в указанном направлении Оля.

Настя еле дышала, таращась на алую девочку, зависшую у бортика канала. Резко вдохнув, Настя, как паровоз, рванула вперёд. Обычно у неё всё тело немело при приближении привидений, и хотелось валить от них куда глаза глядели. Не оборачиваясь. А теперь Настя со всех ног топала прямо к призраку.

Главное не наорать на неё вслух, а то Оля, и правда, санитаров вызовет.

Девочка плавно развернулась и раззявила рот, как делают малыши, когда впадают в истерику.

— Только не ори! — первой рявкнула Настя.

— Я и не ору, — удивлённо произнесла Оля.

— Да не ты, — отмахнулась Настя.

Девочка, кажется, передумала кричать. Она вытянула руку и указала на воду. Настя присмотрелась и увидела, как из тёмных густых волн на миг что-то вынырнуло.

— Вон! Там! — вскрикнула Настя, показывая на воду.

— Где? — переспросила Оля, становясь рядом. Но больше ничего не было видно, кроме…

— Вон! — снова указала Настя на всплывшую мокрую ткань.

— Точно! — И Оля оглушительно засвистела. У неё, оказывается, свисток с собой.

Настя, заткнув уши, отошла на несколько метров. К ним уже с разных сторон сбегались ребята в оранжевых жилетах, люди в форме, кинологи с собаками. Все столпились у парапета и стали всматриваться в воду, а потом наперебой предлагать способы проверить, что там всё-таки плавало.

Кто-то сказал про водолазов, и скоро на берегу появились люди с тёмными глянцевыми костюмами, ластами и кислородными баллонами.

Настя, стоя в сторонке, дождалась, пока из воды достали синюшную девочку в красном пальто и сапожках. Оказалось, тело застряло, зацепившись за что-то, а пальто всплыло на поверхность.

Кто-то кричал, кто-то плакал. Женщина, сидя на земле, выла на всю набережную. Алый призрак теперь витал над семейством с мальчиком лет семи и тыкал в него рукой. Настя развернулась было, чтобы уйти, но за ухом раздался хныкающий детский плач. Этого не хватало.

Осмотревшись, Настя нашла взглядом родственников девочки, бледных, расстроенных, но держащихся на ногах. Подошла к ним сбоку и вполголоса произнесла:

— Говорят, её пацан толкнул.

— Кто говорит? — вскинулась полноватая женщина и стала нервно осматриваться. Нашла взглядом мальчишку и грозно двинулась в его сторону.

К ней присоединились другие родственники маленькой утопленницы. И через несколько секунд набережная утонула в оглушительной ссоре, из которой Настя поняла, что девочку действительно столкнул в воду мальчишка, потому что его мать сказала что-то плохое про семью девочки. Начавшуюся вскоре драку разнимали полицейские.

— А ведь дружили семьями, — мрачно усмехнулась оказавшаяся рядом Оля.

— Дружили? Серьёзно? — кисло переспросила Настя.

— Ну да, — вздохнула Оля. — Там любовный многоугольник с интригами и скандалами. Кстати…

— Ой, мне уже пора. Извини, потом спишемся! Пока! — Настя отвернулась и побежала по набережной.

Ещё не хватало, чтобы Оля пустилась в расспросы о том, кого там Настя просила не кричать.

Глава 9. Ускоренный курс по антипризрачной защите

В «Старый ключ» Настя пришла совершенно вымотанной. А ведь ей сегодня ещё работать, разгребать аналитику по ценам на таунхаусы и коттеджи, которые проектирует Оля в компании своих родителей. Отчего-то вся эта суета с отчётами и обзорами казалась ничего не стоящим пустяком. Ну, если за отправную точку брать Настину зарплату, то примерно так оно и есть.

Настя села за столик, бросила сумку на соседний стул и стянула перчатки. Хорошее кафе, здесь руки почти никогда не мёрзнут.

Борода поставил на стол прозрачную чашку с кофе, состоящем из перетекающих друг в друга слоёв, и сел напротив.

— Мокко, — сказал Борода, кивнув на чашку. — Кофе, шоколад, молоко, сливки. То, что надо.

— Я больше люблю какао, ты же знаешь.

— Тебе сейчас согревающие вкусы не помешают.