Алёна Моденская – Вельмата. Длинные тени (страница 14)

Водная гладь напоминает большое чёрное зеркало, слегка прикрытое лёгким сероватым одеялом.

Знакомое место, только никак не получается вспомнить, что это. И где. А скорее — когда.

Глава 8. Невтем-ки

Настя опасливо ступала по мокрой булыжной мостовой. Это точно Нижний, только улицу узнать никак не получалось. Что-то очень-очень знакомое, но какое-то не такое. Не такое, как обычно.

И пустынно. Ни души кругом. Только между кустами, кажется, пробежала маленькая девочка в светлом платье. Купеческие особняки тянутся сплошной стеной, только нет в них ни магазинов на первых этажах, и пластиковых окон. И машин кругом тоже нет.

Зато есть тени, перетекающие от дома к дому, от дерева к дереву. Хрустальные блики на булыжниках. Бриллиантовая дорога тянется к невысоким тёмным стенам замка, разбавляющего ночной нуар винно-бордовым.

Где-то протяжно ударил колокол, и Настя проснулась. Комнату заливало холодное октябрьское солнце. С улицы доносилось цвирканье синичек, снова дразнящих сибирского кота бабы Юли. Где-то кричали дети — видимо, многодетная мамаша из соседнего дома вышла на раннюю прогулку с малышами.

Неужели ей действительно хочется жить в огромном каменном мешке? Где сплошь бетон, пластик и выхлопные газы? Где ей негде будет пройти с коляской, потому что всё заставлено машинами. И ребёнка погулять не выпустишь — побежит за мячиком или поедет на самокате, а тут чья-то колымага выворачивает.

Сейчас-то здесь красота — деревья, кусты, машин мало. Пляж рядом. Где почему-то никто давно не купается. Да ведь они практически в курортной зоне живут.

Слушая, как соседским детям вторили Котовские собачки, которых, кстати, тоже в человейнике гулять просто так не выпустишь, Настя поднялась и медленно пошла на кухню. Поставила чайник, достала сковородку для яичницы. Отчаянно пыталась отгонять мысли о вчерашнем дне. Каким оно было, вчерашнее дно?

Так. Надо отвлечься и подумать о чём-то простом, близком и понятном. Баба Юля что-то говорила про семена рудбекий и бархатцев. Кажется, у неё их слишком много, обещала поделиться. Это хорошо, но правила приличия предписывают ответную любезность. Значит, надо будет срезать для соседки черенок абрикосовой парковой розы, она же этим кустом давно восхищается.

Ещё надо купить «жильцам» витаминизированного корма. А то осень, в прошлом году у них в это время шерсть стала вылезать.

Чайник закипел. Настя стала искать заварник в буфете. А он оказался на столе, и уже с заваркой. Вчерашней, которую Яна заливала. Яна. Значит, она всё-таки здесь была.

Настя вылила вечернюю заварку в миниатюрные розы и спатифиллюм. Засыпала свежий чай, добавила мяты. Вот что. Надо бы ещё сделать генеральную уборку. Только чтобы включить пылесос, придётся выключить вообще все остальные приборы. Ну, холодильник и так уже который день не работает. Собственно, дискомфорта это не доставляет, так что всё нормально.

Заставив себя съесть яичницу и выпить чаю, Настя засобиралась в город. Надо же чем-то занимать мысли. А если снова появятся эти, полупрозрачные? Желание куда-то идти сразу испарилось.

Но Настя всё же заставила себя одеться и выбраться на улицу. Хорошо, что никого из соседей не встретила, общаться не хотелось. Куда бы податься? Пожалуй, для начала — в ветмагазин. Корма́ для «жильцов» Настя обычно покупала в торговом центре в Печорах, но это уж слишком далеко. После вчерашних приключений не заснуть бы прямо в автобусе.

Так что Настя просто поехала к площади Горького. Когда увидела, что на проспекте Гагарина есть точно такой же ветмагазин, как в торговом центре в Печорах, быстро вышла из автобуса. Закупилась кормами и опилками. И что дальше? Домой? Не хочется.

Так что Настя просто медленно двинулась вдоль проспекта. Деревья совсем облетели, и теперь графично переплетали ветви на фоне ярко-голубого неба. Надо было хоть маркеры и скетчбук с собой взять.

Периферийным зрением Настя постоянно следила за тем, что творилось вокруг. Люди спешат по своим делам. Машины, дома. Ни воя, ни привидений. Оберег работает? Или эти сущности гнездятся в районе набережных? Или обострение прошло, и Настю просто отпустило?

Голова снова пошла кругом. Что же всё-таки творится. Чтобы не привлекать лишнего внимания, Настя подошла к остановке и села на лавку. Надо же как-то разобраться и расставить всё по своим местам. Ну, хотя бы примерно.

Значит, придётся снова отправиться на Верхневолжскую и расспросить Бороду. Он ведь, оказывается, тоже знал бабушку Алину. А ещё он с подружками отчего-то сильно интересовался сносом посёлка Изыскателей. И Яна шныряла у заброшенных дач.

Увидев автобус, Настя мигом поднялась и запрыгнула в салон. Поняла, что едет совсем не туда, куда нужно, только когда за окном проплыл Оперный театр. Вместо площади Минина она двигалась к площади Свободы. Надо же было просто пешком идти по Покровке. Ладно, тут и по Варварке недалеко. А ещё лучше — по Семашко сразу до улицы Минина и Верхневолжской.

Настя вывалилась из душного автобуса на площади Свободы, подошла к переходу. Пока ждала нужного сигнала, глазела по сторонам. Небо сегодня такое красивое — лазурное. Надо хоть запомнить, чтобы…

— Ой, простите. — Настю в плечо случайно толкнула девушка, засмотревшаяся в смартфон.

— Ничего, — ответила Настя, сама стараясь ни на кого не упасть. Глянула под ноги. И ноги у неё тут же подогнулись. Потому что прямо перед ней стоял хорошо одетый мужчина в фиолетовом пиджаке. А вместо обычных ног у него были огромные птичьи лапы.

Светофор мигнул зелёным, разрешая пешеходам пройти на противоположную сторону дороги. Мужчина в фиолетовом пиджаке невозмутимо поцокал лапищами по асфальту. Никто из прохожих на его когтистые кожистые «ноги» и внимания-то не обратил.

Настя же так и стояла, тупо пялясь на здоровенные птичьи лапы, шлёпающие вдоль по Варварке. Варварка. Да это же она. Та улица с бриллиантовыми дорогами, что была во сне. Только особняки ни капли не напоминали дома, что сейчас выстроились в ряд. Они скорее похожи на те, что идут по улице Пискунова. И замок. Вон он, Острог, серовато выглядывает из-за деревьев. Только никакого пруда поблизости и в помине нет.

Настя встряхнулась. Кажется, её опять накрыло. А тут уж два варианта — либо верить в то, что несла вчера Яна, либо ехать в Ляхово и ломиться там в двери, пока её не уложат в палату с мягкими стенами. Интересно, есть там такие?

— Ну, чего встала? Дай пройти! — гаркнул кто-то за спиной.

Обернувшись, Настя отпрыгнула на два метра и вывалилась на дорогу. За спиной кто-то просигналил и покрыл её матом.

— Ты чё, пьяная? — рычащее спросило существо в приталенном женском пальто и дорогущих красных сапожках на шпильке. Вместо головы у существа была только вонючая пасть с длинным раздвоенным языком.

— Да она обдолбанная, — проскрипело другое существо, вокруг головы которого кружился коричневатый противно пахнущий вихрь.

Ляхово. Срочно.

Ещё одно нечто, среднее между рептилией и огромной летучей мышью, в модных широких штанах и удлинённом пальто, прямо на ходу метнуло в Настю комок грязи, кишащей червями. Но его ловко поймал в светящуюся банку оборванного вида мужик, толкающий перед собой тележку из супермаркета, набитую хламом.

Он невозмутимо попёр через дорогу, не обращая ни малейшего внимания на шипение за спиной о том, что «пора бы закрыть центр города от нищебродов». В него со всех сторон летели камни и что-то вроде светящихся молний, но мужик только посмеивался, улавливая их в банку, где будто жидкая плазма переливалась. Как солнце в лампочке.

Настя засеменила следом за мужиком с тележкой. Он обернулся, глянул на неё через плечо, хитро улыбнулся, взмахнул крыльями и пропал. Что? Какими ещё крыльями?

Всё, приехали. Конечная. Вот только кто теперь будет ухаживать за Настиными крысами, когда её саму запрут в ПНД. По шее прошёл морозец. Настя обернулась. В паре метров прямо из асфальта вырастало здоровенное фиолетовое полупрозрачное нечто, уже открывшее пасть, чтобы оглушительно заорать. Челюсть ехала вниз, доставая аж до пояса. Голос, правда, шёл будто издалека.

Настя обернулась и рванула по дороге. Не разбирая, куда бежит, гнала изо всех сил. А полупрозрачное нечто так и тащилось за ней, по пояс увязая в асфальте. Углы, повороты, бордюры. Тёмный провал. Настя почти вкатилась в тоннель старой штольни. Или что это там за ходы выкопаны.

Фиолетовое двинулось было за ней, но налетело на невидимую преграду. Попробовало ещё пару раз. И застыло у входа, продолжая вопить. Теперь обратно не выйти. Стало быть, надо попробовать пройти по тоннелям. Ведь какой-то из них точно выходит к набережной.

Настя развернулась и осторожно пошла вглубь штольни. Яна в прошлый раз как-то умудрилась зажечь свет, но забыла рассказать, как это делается. Зато она вроде называла какое-то слово, чтобы путь узнать.

И знак. Что за знак?

Настя обернулась. В светящемся проёме так и маячила фиолетовая тень. Придётся как-то разбираться. Подойдя к стене, Настя вдохнула поглубже и внимательно осмотрелась. Так. Пальцем нарисовала на старом камне круг. Потом пресекла его стрелкой. Мысленно обратилась к паутине ходов под городом. Пространство будто слегка вздохнуло. Значит, слышит. Что же за слово произносила Яна?