Алёна Комарова – Мечта жизни, или Наследство отменяется (страница 16)
Но это-то совсем не удивительно. В мире цифровых фотографий только ленивый и полугодовалый бутуз не знает о цифровых фотографиях, пикселях, мегабайтах и килобайтах.
А наш садовник – не ленивый и не бутуз.
– А Беата где? Не знаете? – быстро перевела она тему.
– Нет.
– Пойду, поищу ее.
– Посмотрите ее в кухне – предложил садовник.
А кто у нас садовник? Садовник у нас – симпатичный молодой человек.
Марта не знала – уместно ли сказать ему «до свидания» все-таки, еще не вечер, поэтому сказала «До встречи» и вернулась из открытого окна в комнату.
Решив, то мысли о садовнике тире симпатичном молодом компьютерном консультанте ни к чему не приведут, она пошла на поиски сводной сестры.
Ох, как она влюбилась в эту лестницу, так бы и стояла на ней, так бы и ходила по ней – вверх, вниз. Даже с удовольствием посидела на ступеньках. Бесподобная. Прекрасная. Огромная. Широкая. Мраморная. Прохладная. Богатая.
«Главное не поскользнуться» – дала себе указания Марта.
Сколько раз по ней ходит, а никак не может привыкнуть к чувствам и ощущениям при виде ее. И каждый раз замедляет свой ход, каждый раз идет медленней обычного. Каждый раз трогает перила. Каждый раз останавливается на середине с ощущением, как будто камень дает ей энергию. Говорят у каждого человека – свой камень. По гороскопу. Надо будет глянуть в умные статьи, прочитать какой у нее камень по знаку зодиака. Скорей всего мрамор. Раз он так ей нравится. Конечно, ей не только мрамор понравился, а именно лестница из него.
Марта опять остановилась на середине лестницы, трогая перила и впитывая мраморную энергию.
Она слышала голоса. Два голоса. Оба женские. Один она узнала. Это была Алисия. Она говорила спокойно. Прям королева Саксонская. Женщина в ответ ей говорила громко, но для Марты непонятно.
Конечно, она и не собиралась подслушивать, не любила, боялась, стеснялась и мучилась совестью, так же как, если ей приходилось врать.
Будет мучиться угрызениями совести за два тяжелый проступка.
Хотя сегодня нельзя сказать, что она подслушивала, ведь она ничего не понимает в их быстром эмоциональном говоре по-польски.
Поэтому Марта с чистой совестью стала спускаться по лестнице, когда по коридору, через холл мимо нее быстро прошла женщина.
Марта на всякий случай поздоровалась с ней:
– Добрый день.
Та опешила, остановилась, развернулась. Секунду постояла, рассматривая девушку, возмущенно закричала, размахивая руками. В руке у нее было запечатанное письмо в конверте, она потрясла им перед лицом Марты, возмущаясь и крича. Пару раз чуть не задела письмом Марту по лицу, что ей пришлось отпрянуть и выгнуться назад, придерживаясь руками за перила. Женщина говорила быстро и непонятно. Внимательно и оценивающе посмотрела на девушку, осознала, что та не собирается поддерживать с ней разговор, махнула рукой, развернулась и также быстро вышла из замка.
Марта похлопала глазами и пошла по своим делам – искать Беату. Обращать внимание на странную громко и быстро говорливую женщину, ей не хотелось. Обращать внимание и задумываться, что женщина ей сказала (толи поздоровалась, толи отругала), она не хотела. Зачем? Для чего? Чтобы испортить себе настроение окончательно и бесповоротно? Не хотелось. Подсознательно, на уровне подкорки головного мозга, Марта догадывалась, что женщина с ней не поздоровалась. А значит, разговаривать в таком тоне, можно тогда, когда выкрикиваешь оскорбления и ругань.
«Хотя, – задумалась Марта – этот непонятный язык, для меня загадка номер один. Слишком громкий, слишком эмоциональный, слишком быстрый, чтобы понять, где заканчивается первое слово и начинается следующее, все на одной ноте припева. Непонятно. Все-таки русский язык – самый красивый».
Встреча с незнакомой женщиной оставила след, который хотелось быстренько стереть. Но почему-то вид женщины ее заинтересовал и не выходил из головы. Наверное, это из-за ее громкой эмоционально реакции на обращение Марты. Хотя, эта женщина так же, на этой же ноте разговаривала и с Алисией. Может, она со всеми так разговаривает, может у нее проблемы со слухом, и она привыкла кричать, или у нее проблемы с… просто проблемы, и она кричит и ругается.
Как Марта не хотела забыть об этой встречи с незнакомой женщиной, так она и стала о ней думать и размышлять.
И ее лицо…
– Привет – протянула весело Беата, подходя к Марте – у нас уже все готово. Осталось дождаться гостей.
– Кто эта женщина? – задумчиво спросила Марта.
– Не знаю – пожала плечами девушка – наверное, помогала на кухне. Мы сделали закуску. Такую…
– На один укус. Я помню. Я хотела помочь, но заснула.
– Везет тебе, а я провалялась в кровати и глаз не сомкнула.
Марта ничего не смогла ответить сестре, чтоб не обидеть ее, все больше обидное на языке крутилось «Я думала, ты делаешь закуску на один укус, а ты в кровати валялась». Марта разозлилась на себя за свою вредность. Надо гасить вредность и зависть на начальной стадии развития. Как сорняк на огороде.
Это в росте растения есть стадии – первая – пророст зерна, потом зернышко проклюнулось, пробилось из земли, пустило росток, выросло в травинку и так далее. Так вот зависть, ревность и вредность нужно уничтожать до первой фазы – в момент, когда семечко еще не долетело до земли.
– Надо, чтоб ты привела себя в порядок.
– Я в порядке. – Строптиво ответила Марта – Только платье нарядное надену. Скажи мне во сколько нужно спуститься на празднование вашего дня рождения, а я пока пойду приводить себя… в «порядок».
Беата не обратила внимание на тон Марты, ответила и пошла искать мать.
Марта вернулась в свою комнату и выглянула в окно, в надежде, что садовник еще там. Она хотела поинтересоваться о женщине, которую встретила в холле, может он знает, кто она такая и почему так ярко реагирует на приветствия. Но его уже не было. Марта недолго повисела полуторсом в открытом окне и вернулась в помещение.
Делать нечего, пора приводить себя в «порядок». Она стала разбирать и перебирать вещи, удивляясь, для чего она взяла столько нарядных костюмов и платьев. Выбрав на вечер сиреневое прямое платье с узором по бокам, она повесила его на спинку стула, сама устроилась на кровати, мечтая о том, что скоро, совсем скоро ( часом через пять!) ляжет спать. Это, конечно не дело пять часов гулять на празднике! И не спать! Поэтому она решила «сбежать», вернее, «незаметно улизнуть» часа через два. Два часа – она выдержит. Так строя планы по быстрому праздничному времяпровождению, по скромному и техничному исчезновению (да так, чтоб никто не спохватился и не паниковал и не просил остаться), она к назначенному времени спустилась в холл. Алисия подошла к Марте, что-то сказала и осталась стоять с девушкой. Марте стало приятно: с ней считаются. Алисия не бросила ее стоять в уголочке, в сторонке, с незнакомыми людьми.
Беата и Кристиан стояли посередине, встречали гостей, знакомили друг с другом. Алисия, мило улыбалась, они переговаривались на родном польском языке. Марта ничего не понимала в их разговорах, но то, что она рядом с Алисией придавало ей спокойствия и уверенности в незнакомом обществе. Поздоровавшись и поздравив брата с сестрой, гости подходили к матери, исполняли «обряд» поздравления. Алисия представляла Марту гостям и наоборот. Та естественно ничего не понимала, но мило улыбалась, а что ей еще делать. Только иногда повторяла:
– Никого не запоминаю. Ничего не понимаю.
Алисия удивленно на нее смотрела – она тоже не понимала.
Дядю Януша с фотографии Марта узнала сразу. Кажется, не было двадцати с лишнем лет между сегодня и тогда, когда он встречал вместе со Святославом Раславовичем Алисию с двойняшками из роддома. Он как будто спустился с черно белого фото в реальный мир, раскрасив себя в цвета и краски.
Он поздравил двойняшек, притащив в холл огромную коробку с бантом, вручил Беате, и подошел к Алисии, поцеловал руку ей и Марте, вручил матери именинникам букет цветов. Алисия с ним поговорила и переключилась на следующего пришедшего гостя. А Януш сказал, обращаясь к Марте:
– Святослав в последнее время только о вас и говорил, Марта.
Марта обрадовалась, наконец-то она услышала знакомые слова:
– Как хорошо, что вы говорите по-русски.
– А как же. Я учился вместе с вашим отцом –он сложил руку, предлагая – пойдемте, отойдем. Я же вижу, вам здесь скучно.
– Не то, чтобы скучно. Просто я не понимаю польский язык.
Марта взяла его под руку. И он повел ее во внутренний двор, куда уходили все гости, прошедшие ритуал поздравления и преподношения подарков.
– Алисия сказала, что праздновать будем возле бассейна.
– Да – подтвердила Марта -
Они вышли на открытую празднично украшенную площадку, в середине нее бассейн. Марта удивилась красоте и шику и своей нерасторопности: почему она еще ни разу не заходила на эту зону замка? Все только по парку гуляет. А тут такая красота. Бассейн подсвечивается разными цветами, оранжевый плавно переходил в зеленый, потом в желтый, красный, фиолетовый, синий горел дольше всего и медленно переключался на салатовый и опять по кругу – в оранжевый. Периметр бассейна тоже подсвечивался нежным неоновым светом. Марта засмотрелась. От воды шел пар. Видимо вода была теплее, чем воздух. Надо будет пощупать воду – подумала Марта. Вокруг бассейна стояли круглые столики на три персоны, все они были накрыты белоснежными скатерками, на них стояли бокалы с шампанским и тарелочки с закусочками «на один укус».