Алёна Комарова – Интервью… в тумане (страница 59)

Подобного рода активные действия высасывали энергию, поэтому Рита была рада встретиться с новой подругой. Отдохнуть. Выдохнуть. Расслабиться. Собраться с мыслями. И наконец позвонить Сергею. План был прост в исполнении, но не исполнялся. Сергею она звонить боялась, пришлось бы признать, что все её неприятности — издержки профессии. И в сотый раз за это утро она подумывала всё бросить и стать затворницей, на худой конец, фанаткой деревенской жизни. Как ни крути, ей нужна была перезагрузка. Сколько она продлится — год или десять минут, Рита не знала. Плохо сказывалась усталость, мысли были пессимистичными.

Совсем недавно Рита потеряла двух своих подруг². Ладно бы если они поссорились и перестали общаться, но их убили. Рита остро переживала утрату, потому что считала себя виновной. Нет, прямого обвинения не было, а вот от косвенного она не могла избавиться. Долгое время винила себя, ведь могла предотвратить беду. Иногда ей приходилось договариваться с собой и утихомиривать шторм, поднимающий грязный осадок страшного преступления.

Наверное, поэтому она с открытой душой приняла дружбу Виолетты. Да, у них разница в возрасте, не было общих знакомых, не было общих интересов, все намекало, что общение долго не продержится, скоро лечение Лизы закончится, и они уедут домой. А ещё Рита подозревала, что общение продолжается только потому, что аферист на спорткаре до сих пор не сидит на скамье подсудимых.

Встречи с Виолеттой вошли в привычку. Ершова ей нравилась, она оказалась настолько простой в общении, невозмутимой в эмоциях, доброй с детьми, щедрой и мудрой. Когда у неё возникала возможность — а возможность у неё возникала, когда она оставляла Лизу с няней — она звонила Рите и предлагала сходить в кафе. Рита никогда не отказывалась. В последнее время она стала свободно летающей птицей, хоть и с ужасом понимала, что так жить нельзя. У людей должны быть такие обязательства, которые не дают праздно шататься и бездельничать.

Может хобби завести? — думала Рита, — а какое? Лепить глиняные вазы. А может спортом заняться? Без кардио нагрузок много шансов схлопотать инфаркт. А может делом заняться? Найти родственников. Бабушка будет против. А я ей не скажу. Но так нельзя. Нужно сказать. Нужно её подготовить. Убедить, что без родственников папы мне сложно. «Что сложно? — Скажет бабушка — жила столько лет без них и нормально». Бабушку понять можно. Она трепетно относится к памяти дочки и зятя, но они погибли давно. Даже если у отца были причины не общаться с родственниками, они давно забыты, время имеет волшебное свойство стирать обиды прошлого.

Рита задумчиво смотрела в окно, наблюдая за старушкой. Она сидела на парапете и кидала крупу голубям.

Одинокая старость. А вдруг мама отца, её бабушка, сейчас в таком же состоянии. Вдруг она ждет единственную внучку. Вдруг она бедствует, но все же выносит последние крохи со стола во двор, подкармливая бездомных кошек и бесстрашных голубей.

А может у неё десять внуков и сорок правнуков, но она с печалью смотрит в окно, жалея, что когда-то давно не нашла нужных слов, пошла на поводу злости и обиды, выкрикивая оскорбления в лицо сыну. Вдруг поняла на следующее утро, что стоит извиниться, но каменная гордость не горстка соли — в волне любви не растает.

Но извиниться было поздно. Куда ушел её мальчик? Уехал. Скрылся. Пропал. Сбежал.

Искала ли она его? Кто знает. Может и нашла. Но было уже поздно. Родители погибли, когда Рита ещё в школу не ходила.

— Привет, Рита, — бодрым голосом поприветствовала Виолетта. — Ты чего такая грустная?

— Задумалась.

— У тебя наверное куча поводов для грусти — предположила Виолетта, устраиваясь рядом с Ритой.

— На самом деле — нет. Хотя, да. Бабушка в больницу попала. А ещё попала в передрягу, меня чуть не убили. Хорошо, что Богатырёв решил за мной следить. Я все чаще задумываюсь о том, чтоб поискать своих родственников.

— За тобой следили? — задумчиво повела бровью Виолетта.

— Хорошо, что следили — Рита усмехнулась. — Он думал, что я дружу с киллером.

— Какая интересная у тебя жизнь. А ты дружишь с киллером?

— Конечно же нет.

— А что с родственниками? — вспомнила Виолетта. — Расскажи мне о них.

Рита грустно улыбнулась и рассказала все, что знала. Знала она мало, поэтому рассказ не занял и десяти минут. За это время им приготовили кофе и они успели его выпить.

— У меня есть пару часов, пока няня с Лизой. Давай походим по магазинам. Хочу купить себе пальто. Здесь цены ниже, чем у нас.

— Чем у вас?

— В Москве — усмехнулась Виолетта и добавила — коренная москвичка.

— А я коренная крымчанка.

— Я знаю. А ещё я знаю, что крымчанка, как море, поволнуется и успокоится. Ну так что?

— Я не тороплюсь. Могу помочь тебе с выбором.

Пальто они нашли быстро. Иногда отсутствие выбора уменьшает время на примерку и увеличивает время на прогулку. Прогулявшись по бутикам, Рита с Виолеттой вернулись в кафе. Оказывается они обе любительницы кофе, не знающие его нормы.

Они устроились за тем же столиком, что и до прогулки по магазинам. Мимо них к выходу направлялся мужчина приятной наружности. Он уже прошел, но неожиданно притормозил, сделал шаг назад, присмотрелся и поздоровался:

— Здравствуйте.

Рита с Виолеттой удивленно уставились на мужчину. Он смотрел на Виолетту и улыбался:

— Тоже решили отдохнуть на курорте?

— Извините — пожала плечами Виолетта. — Вы меня с кем-то спутали.

— Ну как же, вы меня не помните? Мы с вами в больнице лежали.

— Мужчина, простите — раздраженно ответила Виолетта, — но я не лежала в больнице. Я вам ещё раз повторяю, вы меня с кем-то спутали.

— Ой, простите — смутился мужчина и отошел, задумчиво оглядываясь.

— Вот так, Риточка, слухи рождаются. Потом будут говорить, что я лежала в больнице, да ещё и с мужчиной, а может даже и при смерти. А я этого мужчину вообще первый раз вижу. Оказывается, как легко испортить репутацию бедной девушке. Кстати, о слухах, вы слышали, что тот мужик, который аварию устроил, машину угнал.

— Нет. Меня не вводят в курс дела.

— Вот, а мне сказали. Ну, этот следователь, который дело ведет.

— Марченко.

— Да, Эдуард Викторович.

Виолетта спохватилась, взглянув на часы:

— Ой, мне пора. Я всего на два часа няню наняла. — Она засуетилась, выискивая в сумочке кошелек.

— Ты беги, я расплачусь, не переживай.

— Да, хорошо. Встретимся?

— Обязательно.

Рита дождалась, когда Виолетта выйдет из зала, быстро достала деньги, прикинув, чтоб не обмануть (в очередной раз) официанта, положила под блюдце тысячную купюру, для двух кофе и чаевых хватит с головой. И вышла на улицу. Поискала взглядом, нашла.

Виолетта шла вдоль парапета, перед её ногами вспорхнули голуби. Сердобольная старушка, подставив лицо к небу, грелась на солнце. Дети на самокатах и велосипедах ловили радости жизни выходного дня. С громкими криками носились по аллеям парка, игнорируя спокойствие. Рита, стараясь лавировать между двухколесными всадниками, не спуская глаз с Виолетты.

Рита знала, что если внутри неё вселилась тревога, то она не пройдет самостоятельно, необходимы веские основания, чтобы она исчезла. Иногда её необходимо выкорчевывать железными инструментами, но для этого должен быть принципиальный повод. Однажды она почувствовала такой звоночек и пропустила мимо ушей. В итоге лучшая подруга была убита жестоким убийцей². С тех пор Рита зареклась прислушиваться к интуиции.

Она долго шла за Виолеттой, посматривая по сторонам. Обойдя парк вокруг водоема, они вышли к парковке. Виолетта прошла к красному бусику, но садиться в авто не торопилась. Она всматривалась в прохожих, выискивая кого-то. Рита быстро спряталась за дерево — укрытие сомнительное. Чтобы не привлекать любопытные взгляды прохожих, Рита перебазировалась на лавочку. Удивительно, но с этой позиции видно стало лучше, картинка оказалась объемная. Да и познавательная. Через минуту Рита заметила мужчину из кафе, он подошел к Виолетте, жестикулировал руками, его лицо выражало глубокое замешательство. По разыгравшейся пантомиме, Рита могла только догадываться, что мужчина извиняется. Виолетта благосклонно прощала и нетерпеливо прощалась. Когда мужчина ушел, Рита не могла решить бежать за ним, или остаться на посту наблюдения. Но следующее, что она увидела, помогло принять решение. Позже она поймет, что решение было не правильное и очень опасное.

Виолетта нетерпеливо ждала, но потом стала смотреть в одну сторону. Рита проследила за её взглядом и увидела: мужчина везет коляску с Лизой.

— Няня? — хмыкнула Рита. — Скорей нянь. Усатый нянь.

Мужчина показался ей знакомым, и Рита поймала себя на мысли, что общие знакомые оказывается есть. Где-то она его видела. Она судорожно пыталась вспомнить, выискивая в памяти нужного человека. Да точно она видела его, когда встречалась в кафе с Виолеттой через несколько дней после знакомства. Она шла через парк, а он сидел на лавочке. Они ещё разговаривали. Тогда Рита подумала, что в городе полно мест, где можно встретить знакомых. А ещё Рита подумала, что где-то тоже его видела, и тогда, как и сейчас не могла припомнить. Все это хорошо, если бы не некоторые обстоятельства, во-первых Виолетта москвичка, во-вторых, мужчина с Лизой не может быть няней. Или может? Все может быть, но что-то беспокоило Риту так, что она, не раздумывая, поймала такси и попросила водителя следовать за красным микроавтобусом. Ехали долго. Выехали из города. Одно село сменялось другим. Чем дальше от города, тем реже встречались машины. Иногда Рита просила водителя отстать от бусика, боясь, что выглядит это подозрительно. Но вскоре они въехали на территорию дачного поселка в пригорной местности. Живописные виды открывались с одной и другой стороны трассы. Манящие горы и цветочная равнина, за которой бескрайняя синева моря. Красный микроавтобус проехал по улице и завернул во двор. Таксист оказался сообразительным, но на всякий случай спросил: