Алёна Дмитриевна – Сказка четвертая. Про детей Кощеевых (страница 72)

— Мне нравится сладкое, — не понял ее Яша.

— Отличный способ пересмотреть свои предпочтения, — вздохнула Злата. — Все, идем.

Она дошла до своей сумки и подняла ее, но когда он подошел ближе, неуверенно взяла его под руку, глянула вопросительно. Яша накрыл ее ладонь, лежащую у него на руке, своей. Злата улыбнулась и прижалась щекой к его плечу. Правда, когда они миновали аллею и подошли к людной улице, она отстранилась, но это уже никак не могло испортить ему вечер.

Если бы Яков был меньше занят их неожиданным воссоединением и соизволил бы оглянуться, когда они отходили от библиотеки, то, возможно, заметил бы, что на месте, где они целовались, образовалась проталинка, и посреди нее приподнялся из-под земли и расцвел маленький одинокий подснежник. Впрочем, его все равно очень быстро занесло снегом.

Глава 19

От звука удара чего-то тяжелого об пол Демьян проснулся, однако сил открыть глаза не нашлось.

— Твою мать, — простонала лежащая рядом Юля, сползла с кровати и пошла разбираться.

Демьян спрятал голову под подушку и понадеялся, что, чтобы там ни произошло, в его убежище его никто не найдет.

— Ну твою же мать! — раздался гневный Юлин крик из гостиной. А потом случилось нечто совсем уж вопиющее: на Демьяна просыпался дождь из котов. Последним на кровать с диким воем приземлился Гамлет. Половина его немалого веса пришлась Демьяну на ногу, отчего он взвыл, не сдержался и выругался. И все-таки выбрался из-под подушки и открыл глаза.

Растрепанная со сна Юля стояла в дверях и имела вид крайне недовольный. Она откинула с лица несколько косичек из тех, в которые месяц назад заплела волосы, и пояснила:

— Кто-то из них сбил горшок с папоротником с подоконника. Там в земле все, включая ковер. Посиди с ними, пока я убираюсь.

И закрыла дверь, без всякой жалости оставив его один на один с тремя законченными асоциальными элементами. Демьян не сомневался, что падение растения было запланированной акцией, в которой по предварительному сговору принимали участие все члены этой банды.

Он перевернулся на спину, кинул взгляд на часы — начало девятого! несусветная рань! можно было еще спать и спать! — и хмуро посмотрел на котов. Чума и Гамлет в ответ хмуро посмотрели на него, и один только Маркиз запрыгнул ему на грудь, заурчал и принялся его мять.

— Когти, — рыкнул Демьян и скинул кота с себя.

Свесил ноги и сел на кровать, пытаясь окончательно проснуться.

Недоброе утро перерастало в небодрое утро. Из гостиной послышался вой пылесоса. Демьян потер лицо руками. Да, не так он себе представлял совместную жизнь с Юлей. А все потому, что ее шерстяные любимцы, судя по всему, их совместную жизнь вообще в гробу видели.

Он снова повернулся к котам. Чума глядела единственным глазом с таким видом, будто вопрошала: тащить ему чемодан прямо сейчас, или он предпочтет сначала подавиться своим утренним кофе.

— Ребят, я здесь надолго, — уверенно сказал Демьян. — И лучше вам смириться с этим прямо сейчас, а то придется нам поговорить серьезно.

Чума насмешливо дернула усами. Демьян поморщился. Ему было очень интересно, что случится, если он при ней обратится в собаку. Но все же лучше это было проверить в отсутствии Юли. Он протянул руку и погладил Маркиза. Тот перевернулся на спину, подставляя пузо. Гамлет с отвращением фыркнул и принялся вылизываться, Чума демонстративно отвернулась и улеглась. В гостиной замолчал пылесос. Через минуту дверь снова открылась, и в проеме вновь возникла Юля. Она вошла в спальню, скрестила на груди руки и поинтересовалась:

— Ну, и кто из вас, кони, это сделал?

Демьян готов был поклясться, что если бы коты могли, они бы указали на него. Все, кроме Маркиза, который растекся лужицей под его рукой.

— Ладно, неважно, — к великому недовольству Демьяна простила их Юля, тем самым сведя на нет весь воспитательный эффект, широко зевнула и сунула ноги в плюшевые тапки-панды, стоящие рядом с дверью. Идея совать ноги в чьи-то пусть и плюшевые тела казалось Демьяну странной, но в чужой монастырь, как известно, со своим уставом не лезут. — Дем, завтракать будешь?

— Ага.

— Жду на кухне.

— А поцеловать? — крикнул Демьян ей вдогонку.

Из коридора послышался смех, а потом Юля вбежала обратно в комнату, прыгнула на кровать, обняла его сзади за плечи и принялась покрывать поцелуями затылок. Демьян резко крутанулся, опрокинул ее и прижал к постели.

— Времени у нас благодаря твоим коням вагон, — сообщил он. — А у меня утро.

— Да, я чувствую…

— Так что…

Юля запрокинула голову, подставляя шею, Демьян потянулся к ней и наткнулся взглядом на котов. Все трое наблюдали за ними, не мигая. Он с удовольствием бы вышвырнул их за дверь, но после памятного первого раза, во время которого дверь сильно пострадала, Юля больше не разрешала ему проворачивать подобные фокусы.

— Давай сегодня переночуем у меня, — предложил Демьян, все-таки дотянувшись до ее шеи. — Безо всяких соглядатаев…

Это должно было прозвучать с намеком на секс, но вышло с намеком на чью-то скорую смерть. Наверное, потому что пока он говорил, Чума подобралась ближе и принялась вылизывать Юле лицо. Юля расхохоталась и... оттолкнула не кошку, а его.

— Посмотрим, — неопределенно ответила она. — Прости, Дем, но свой овощной смузи я сейчас хочу сильнее, чем секс.

— Ужас, — вздохнул Демьян, но Юлю отпустил. Впрочем, провал не стал для него неожиданностью, тащить ее в постель с утра оказалось занятием бесперспективным, Юлино либидо просыпалось не раньше обеда.

С кухни донеслось жужжание блендера. Демьян снова потер лицо руками. Он уже очень много лет предпочитал вставать не раньше половины десятого, да и Юля была отнюдь не жаворонком. На работу она обычно убегала к одиннадцати или двенадцати, зато возвращалась очень поздно. В принципе, Демьяна это устраивало, они оба ложились за полночь. Не устраивали его коты, некоторая Юлина неряшливость и необходимость обитать в ее квартире, к которой у него никак не получалось проникнуться любовью или хотя бы пониманием. Он предложил ей переехать к нему, но Юля наотрез отказалась. «У тебя кожаный диван», — улыбнулась она. «И как это нам мешает?» — не понял он. «Нам — никак, — ответила Юля и почесала подбородок запрыгнувшей ей на колени Чумы. — Но через неделю мне придется оплатить тебе покупку нового, а на эту зарплату у меня уже есть планы». При этом предложения переехать окончательно к ней далее не последовало. С одной стороны, это было не так уж и плохо, потому что на самом деле Демьян не представлял, как здесь устроится. С другой же выходило, что Юля поставила его в один ряд со всеми своими бывшими и вовсе не считала, что их отношения — это всерьез и надолго. Такой вариант его не устраивал, но спросить прямо он не рискнул. Решил для себя, что ей просто нужно время.

Вообще же у Демьяна уже накопился целый список того, о чем надо было бы спросить, а он никак не мог набраться храбрости это сделать. И первым пунктом в его списке значился вопрос о том, знает ли Юля, что ему нельзя иметь детей. Да, они встречались всего полтора месяца. И с одной стороны говорить об этом было слишком рано, а вот с другой — слишком поздно. Этот вопрос нужно было задать до того, как он в первый раз ее поцеловал. Насколько странным был бы этот разговор? Кто вообще говорит о детях до того, как начать отношения? Но они сами уже не дети, и это ему отмерено непонятно сколько, а Юля вовсе не бессмертна. Да и Демьяна никак не оставляло ощущение, что они вместе не чуть больше месяца, а почти все последние двенадцать лет, к тому же Юля никогда не скрывала, что родить ребенка все же планирует, даже если и придется растить его без отца. И Демьян очень хотел надеяться, что Юля знала обо всех сторонах проблемы, когда говорила, что главное, что он не умрет. Но чем больше он об этом размышлял, тем меньше в это верилось. И все же он продолжал молчать.

Демьян прекрасно понимал, что все его доводы против этого разговора — всего лишь оправдания, а на самом деле он просто боится, что им все и закончится. За ним уже расстилался шлейф из жирных косяков, за которые нельзя было просто извиниться, а затем сделать вид, что ничего не было. И не было никаких гарантий, что Юля простит ему еще и это замалчивание.

Юля между тем вернулась в спальню, попивая из высокого стакана нечто явно крайне полезное, но больше всего напоминающее Демьяну его самые первые попытки варить зелья, достала из шкафа небольшую спортивную сумку и принялась складывать в нее вещи.

— У меня сегодня младшая группа, потом старшая, — поделилась она. — И еще нам с Мариной надо к конкурсу подготовиться, так что рано не вернусь. Я тебе бутерброды сделала. Позавтракай.

На краткий миг Юля пропала в недрах шкафа, а потом вынырнула оттуда, держа в руках длинное черное облегающее платье с открытой спиной и вырезом от начала бедра. Помахала им перед Демьяном.

— Жутко хочу на милонгу. Тысячу лет не танцевала. Давай сходим в январе?

Демьян представил ее в этом платье и смирился со своей судьбой. В принципе, базу он помнил и, кажется, впервые был благодарен отцу за год мучений в зале.

— Но только в том случае, если ты потратишь на меня вечер, чтобы я потом не позорился на паркете, — выдвинул свое условие он.