Алёна Чащина – Озеро встречает реку (страница 4)

Ода моей семье

Девушки совершили последний за поездку перевал, освежились, взяли ещё кофе и поехали дальше. До пункта назначения оставалось два с половиной часа пути. Настала очередь Тамары вести машину, и она очень серьёзно подошла к своей задаче – так же, как и подруга до этого, убрала волосы в тугой хвост, держала спину прямо и не отводила глаз от дороги.

По правде говоря, она ни разу не садилась за руль с момента получения прав, так что чувствовала себя ужасно неуверенно, даже несмотря на то, что погода значительно улучшилась. Ноябрьский серый день, влажный и наполненный запахом мокрой гниющей травы, пришёл на смену недавней буре.

Ника разложила на коленях свою массивную косметичку и накладывала макияж. Можно было лишь восхититься её навыкам и твёрдой руке, которая без промаха проводила чёткие стрелки и тушевала румяна, потому что движущаяся машина ей была явно не помеха.

“Какая же она всё-таки красивая! – подумала Тома, – Такая изысканная, уверенная в себе и яркая. Невероятное сочетание удачных генов, персонального стиля и ухоженности. Мне кажется, уже лет в десять Ника начала увлекаться макияжем и модной одеждой. Она всегда привлекала внимание. Интересно, как выглядел в последнее время Рома? Он тоже стал красавчиком? Надо будет попросить его свежую фотографию”.

Спустя час или полтора поездки девушки послушали музыку, прогноз погоды и Ника поспрашивала Тамару о её столичной жизни. Рассказывать особенно было нечего – она работала по 12 часов четыре дня в неделю и в свободное время читала и ходила в кино. Искала любовь, но не активно, а так, походя, просматривая иногда приложения знакомств и поглядывая на красавчиков в книжном. Она снимала небольшую уютную комнату рядом с работой и находилась в довольно дружественных отношениях с одной из соседок. Рассказывая всё это, Тамара заметно расстроилась. Разве это жизнь? Изнутри ей казалось, что она ведёт увлекательную, взрослую, самостоятельную жизнь, а сейчас, тасуя всё и пересказывая Нике, она будто бы жалуется, а не хвастается. Она несчастлива?

Ника, почувствовав дискомфорт попутчицы решила перевести тему и продолжить допрос в следующий раз. Она достала из бардачка блокнот с динозавром и пролистала страницы.

– Всё-таки это как-то странно: самой задавать себе вопросы, самой отвечать и самой же записывать, – недовольно проворчала Ника.

– Нет, вопросы тебе задаю я. Ведь это я их записала в блокнот. И отвечаешь на них ты мне, вслух. Тебе просто нужно их записать, чтобы потом мы могли к ним вернуться и изучить. Это ужасно просто, и я уверена, что ты справишься.

– Окей… Я попробую. Но если мне станет совсем странно, то мы закончим уже дома. Всё равно сегодня мы не сможем выбраться из отеля – мама нас забаррикадирует своим гостеприимством. Так… Сейчас: «Кто и где последний раз контактировал с Ромой?» Ну, наверное, он… Тут вот записано, что он был в школе… Ага… После школы, в общем-то, странная вещь. Мама говорит, что он был у одноклассника, Максима. Мальчик это подтверждает, но Рому там никто не видел. А ещё я не понимаю, почему он вообще мог там оказаться. Они с этим парнем не общались и не дружили. У них нет вообще ничего общего, он вроде из плохой семьи…

Тамара облизала губы. Ну вот, уже множество направлений для расследования. Этого Максима наверняка опросили вдоль и поперёк, и он оказался чист, раз уж полиция им не заинтересовалась. Но они могли что-то пропустить. А уж она-то точно ничего не упустит.

– Отлично. У тебя на самом деле получается, Ника. Ты всё это записала?

– Ну да. Я написала: «Максим. Его дом».

– Лаконично. Но вполне сойдёт. Дальше про конфликты, да?

– Да, «Были ли у него с кем-либо конфликты». Мм… С мамой? Но это безумно – добавлять её в список подозреваемых только из-за этого. Ведь буквально каждый подросток ругается с матерью. Из-за учёбы, грязной одежды, денег, уборки в комнате… Этому просто нет конца. Мама и меня в детстве выводила, так что я стараюсь всегда быть миротворцем в их ссорах. И они никогда не бывают особо серьёзными. Так что нет… Я пишу, что у него не было конфликтов? Ну, таких, о которых бы я знала, точно нет.

– Окей. Пока что сойдёт. Может быть, от одноклассников мы узнаем больше. Следующий вопрос вроде про то, чем он занимался накануне пропажи. Хотя, честно говоря, не знаю, что именно я подразумевала… Слушай, это что, Нева? Мы уже так близко?

Они посмотрели на навигатор. Ехать оставалось семь минут.

Аккуратный красный автомобиль стремительно заехал на мост, потоком ветра сметая опавшие бурые листья. Широкая и старая река невозмутимо пропустила девушек, оставаясь безразличной к их путешествию. Тома, как заворожённая, смотрела на родные края, подъезжая всё ближе и ближе к городу. Ника убрала блокнот обратно в бардачок и стала что-то печатать в телефоне.

– Мама нас уже ждёт. Она очень рада, что ты едешь со мной. Пишет, что для меня это будет здорово. Тут я с ней согласна. Но она также очень скептически относится к тому, что мы хотим самостоятельно поискать Рому. Якобы это бесполезно. Я думаю, у неё депрессия, и она это скрывает. Даже не знаю, как мы будем у неё что-то спрашивать…

– Мы постараемся быть очень чуткими и осторожными, вот и всё. Не волнуйся за неё.

Ника отвернулась к окну и куснула длинный красный ноготь. Тома мысленно выругалась на себя – говорить «не волнуйся» подруге в такой ситуации… Что может быть глупее?

А за окном тем временем уже проплывал центр города. Церковь, аллея, магазины, причал с теплоходом – всё на месте. Машина проехала прямиком к набережной и остановилась на покрытой брусчаткой парковке перед отелем. На улицу вышла высокая энергичная женщина в приталенном спортивном костюме и, широко улыбаясь, подошла к подъехавшим. Девушки вышли, и она крепко обняла обеих.

– Девочки мои, дорогие, ну наконец-то, – целуя дочь в щёку, сказала Елена.

Жизнь в розовом цвете

Гостеприимный отель семьи Васнецовых встречал подруг очень радушно. Елена суетилась вокруг своей дочери, будто та отсутствовала не пару недель, а целый год. А Тому, которую она не видела несколько лет, женщина была готова буквально растереть в порошок своим вниманием и заботой.

Томе было велено пройти в отельную часть большого дома, найти свой номер, оставить вещи, немного освежиться после дороги и встретиться с мамой и дочерью в ресторане отеля на первом этаже. Девушка не испытывала особой необходимости во всех этих процедурах, но подумала, что Нике и Елене, наверное, захочется побыть хоть несколько мгновений наедине.

Она прошла мимо фойе и улыбчивой девушки-ресепшионистки, поднимаясь по лестнице. Весь интерьер отеля был оформлен в морском и рыбацком стиле. Якоря, картины с маяками, карта озера с большой крепостью, грубые канаты – всё соответствовало названию отеля «У причала». Ресторан, видимо, носил такое же название.

Приложив электронную карту-ключ к одной из одинаковых дверей в длинном коридоре, Тома зашла в своё временное жилище. Номер выглядел немного безлико – те же канаты и маяки, что и в фойе, – но при этом просторно и даже как-то уютно. Большая кровать в центре, балкон, закрытый синими шифоновыми шторами, письменный стол, стул, большое комфортное кресло, повёрнутое лицом к окну, – неплохо. А тот факт, что жить ей в отеле, скорее всего, придётся бесплатно (на самом деле они ещё не обсуждали этот вопрос), и вовсе поднял Томе настроение до небес.

Она бросила рюкзак на кровать и достала смену одежды. В ванной ополоснула лицо, расчесалась и сходила в туалет. На ужин она решила немного принарядиться – насколько это позволял её крайне ограниченный небольшим рюкзаком гардероб. Джинсовая юбка и чистый изумрудный свитшот. Явно не тот уровень нарядности, что ожидала бы от неё Ника, но вполне подходящий для случая.

Собравшись, она решила проверить телефон и села в кресло. Рабочий чат пестрил уведомлениями о прошедшей смене. Тома на автомате пролистала сообщения, а потом, опомнившись, поставила режим «не беспокоить» на все рабочие переписки. Ей будет совсем не до этого в ближайшие дни.

Она решила погуглить исчезновение Ромы и ввела: «Роман Васнецов Шлиссельбург». На нужную ей тему было всего три результата. Новостная заметка в местной газете, интервью с главным следователем по делу Вадимом Никифоровичем и самое популярное – пост в соцсетях Ники. Такой грандиозный охват её пост получил потому, что у Ники очень много подписчиков – они все с восхищением следят за её модельерской карьерой. Её страничка по совместительству магазин, где можно приобрести платья её фасонов. Они очень красивые. Но вот только после пропажи брата Ника совсем не делала новых постов и, кажется, полностью прекратила свою онлайн-жизнь. Пост про брата – самый последний, и в комментариях она пишет под каждым сообщением с соболезнованиями: «Пожалуйста, свяжитесь со мной, если вам известно что-либо о местонахождении Ромы».

К посту о пропаже Ника приложила его фотографию. Тома кликнула на неё, чтобы рассмотреть целиком. Да уж, это точно не одиннадцатилетний мальчик, которого она видела перед отъездом! Единственное, что осталось таким же – это волосы. Пшеничные и короткие, они торчали во все стороны, потому что он частенько их теребил. Скулы заострились, щёки лишились детской пухлости, а глаза потемнели. Это удивительно. Теперь он меньше похож на сестру. У Ники глаза голубые, а Ромины стали с возрастом почти карими. Она приблизила фото: да, вокруг зрачка у него теперь большой коричневый ободок с тёплыми лучиками. Удивительно! Но по красоте он соревнуется с сестрой ещё как. Его лицо выглядело дерзким, смелым и честным. Наверняка у него в школе было много поклонниц. Об этом тоже надо будет поспрашивать. Тома закрыла фото и ещё раз перечитала пост Ники.