Аля Тафи – Отложенный развод (страница 19)
— Ох…, - мама выдохнула. — Живой?
— Да! Живой, мам. Живой… просто…
— Чего? Говори давай, Лен! Не томи.
— Зинаида Васильевна тоже в больнице. Сердце прихватило.
— Ох, беда, беда…,- запричитала мама. — А в какой она больнице то?
— Не знаю в какой. Я только узнала все. К Диме приехала. Мам… Мам, что делать мне? — жалобно всхлипнула я.
— Успокоится Лен. Это первое. Самое важное, это успокоится. — строго поговорила мама. — Я сейчас сама найду Зину, узнаю где она и как. Ты об этом не думай. О себе думай. Всё, давай дочь, потом позвоню.
Мама торопливо попрощалась и отключила телефон.
— Я все узнал, Лен. Поехали. — Серёжа вошёл в палату.
— А что узнал?
— Потом все, Лен, потом. Живой, самое главное. Поехали, документы поищем, вещи ему соберешь. Все постепенно Лен.
Возле входа в дом я чуть затормозила и в поисках поддержки взяла Серёжу за руку.
— Не трусь. — он сжал мою ладонь в своей.
Кивнув, достала ключи и открыла дверь. В нос тут же пахнуло гнилью.
— Он что, убил кого то здесь? — Серёжа отодвинул меня в сторону и первый прошёл в дом. — А нет… продукты стухли.
Я вошла в дом и едва не заплакала. Мой красивый, чистый дом сейчас выглядел просто ужасно. Грязно, пыльно и мусорно. На кухне, где сейчас хозяйничал Сергей было очень неприятно находиться. На столе, в контейнере стухла еда, которая и истончала не приятный запах. Вся плита была залита чем-то жирным, а раковина и посудомойка забиты посудой.
Мои красивые, белые шкафчики были замызганы и заляпаны.
— Какой ужас! — я смотрела на все что меня окружало в немом шоке и никак не могла придти в себя. Отвратительный запах протухшей еды вызвал тошноту и я резко дёрнулась в сторону туалета. На первом этаже, недалеко от входа у нас был так называемый гостевой туалет, вот в него я забежала.
— Лен, ты что? — Серёжа дернулся за мной и подхватил меня.
— Уф…, уйди! — едва успела пробормотать я и снова склонилась над унитазом.
Минут через пять, когда абсолютно обессиленная, едва не упала возле унитаза, Сергей бережно придерживая поднял меня и подвёл к умывальнику.
— Лен, ты пока полежи на диване. Я сейчас все там соберу и окно открою. Потом документы поищем. Хорошо?
Устроив меня на диване, он чмокнул меня в лоб.
— Лежи.
И я послушно лежала. Сил то все равно встать не было.
Документы мы нашли в прихожей, на полу. Они, скорее всего, свалились с тумбочки, а Дима почему-то их не подобрал.
— Торопился может?
— Может…, - я растерянно пожала плечами. — Хотя обычно он не такой растерянный. Может он узнал что мама в больнице, вот и рванул к ней?
— Скорее всего. — Сергей задумчиво повертел в руках найденный планшет с документами. — Это объяснит и то, что он потерял управление…
— Ты обещал мне рассказать все, что узнал. — тихо напомнила я ему.
— Обещал, да. — Сергей поднял на меня глаза. — Лен… Ты только не расстраивайся. Мы все решим, ладно?
— Ты меня пугаешь, Серёжа. — я сильнее закуталась в плед, стараясь согреться.
— В общем… есть большой риск, что он не сможет ходить. Я видел снимки. Два позвонка почти раскрошились и это плохо, но спиной мозг не поврежден. А это уже хорошо. Требуется операция, но это как он более менее придёт в себя. У него же ещё и сотрясение мозга, кровоизлияние…
— Но шанс есть? — с надеждой переспросила я.
— Есть. Я хочу связаться с коллегами из Москвы, показать им снимки. Шанс есть. Просто… — он снова внимательно посмотрел на меня. — Нужны деньги и длительная реабилитация.
— Ну слава богу! — выдохнула я с облегчением. — Если есть шанс, то справимся. Ты же поможешь, да?
— Да, помогу.
Глава 24
— Привет, Дим. — я осторожно дотронулась до него. — Это я, Лена.
— Угу…,- кивнул мне Дима.
Говорить он пока не мог. Весь окутанный проводами, с маской на лице, бледный он совершенно не был похож на того Диму с которым я прожила столько лет. Это было ужасно страшно. Как бы я не злилась на него, такой участи я ему не хотела.
Мы оба молчали глядя друг на друга. Слов не было. Вернее они были, но их так много и они все такие бестолковые, что я даже не знала что сказать ему.
«Сожалею»
«Прости»
«Мне жаль»
Что из этого сказать?
— Дим, мы справимся. Слышишь? Я… не оставлю тебя. Помогу. — наконец выдавливаю из себя.
При этих словах в глазах мужа зажигается огонёк надежды и мне становится так стыдно. Я не имела ввиду, что буду с ним, я имела ввиду, что помогу, что не брошу один на один с его трудностями. Все же мы столько лет прожили вместе, у нас общие дети… Он не чужой для меня человек.
Дима тянет ко мне руку и тихо сжимает её, а я малодушно молчу. Не поворачивается язык сказать, что между нами все так же, ничего не изменилось.
Пусть он поправится… хоть не много придёт в себя.
Ещё несколько дней муж лежит в реанимации, я езжу к нему каждый день. Поддержать, не более того.
Наконец, когда его состояние стабилизируется и врач принимает решение перевести его палату, я набираюсь смелости позвонить мальчишкам.
Телефон Димы так и не нашли. Мы с Серёжей съездили в банк и заблокировали карты, восстановили симку.
За целую неделю, что его не было, на работе у него начался хаос. У Сергея небольшой бизнес на строительных материалах. Сначала он были лишь продавцом, потом менеджером по продажам, а потом я предложила ему взяв кредит, выкупить помещение и самому заниматься этим. Теперь у Димы два склада на строительном рынке. Он торгует деревом. Доски, вагонка, плинтус…
Хорошо, что у Димы отличный бухгалтер. Строгая женщина, только лишь своим авторитетом держала в железной руке менеджеров и складских, иначе все растащили бы за время его отсутствия.
Евгений Владимирович помог оформить доверенность и подобрать надёжного исполнительного директора. Хоть теперь с этим разобрались.
— Алло, Илья?
— Да, мам, привет.
— Привет… сын…,- я замолчала не в силах продолжить. Все эти дни мы списывались с мальчишками, но писать это одно, а вот слышать и говорить, совсем другое.
— Мам, что? — напомнил о себе сын и я чуть улыбнулась. Илья не Алёша, он не настолько чувствительный, но именно поэтому я ему и звоню.
— Сын. Кое-что случилось… — переведя дыхание я продолжила. — Ваш отец попал в аварию и сейчас лежит в больнице. Он живой, Илья! — поторопилась добавить, слыша как шумно выдохнул сын. — Но поломанный весь…
— А когда попал?
— Десять дней назад. — тихо проговорила я, понимая что Илья будет ругаться.
— Десять дней назад? — крикнул он. — Мам!?