Аля Миронова – Охота на Хищника (страница 30)
Погода мягко говоря, лютует. Олег, словно мамка, кутает меня во множество слоев одежды, а у самого выхода из больницы – вообще подхватывает на руки, мало ли – скользко.
Домой доезжаем быстро: повезло – до пробок еще часа два. Квартира встречает свежестью и чистотой. На кухне даже сделан косметический ремонт. Должно быть, Рус неплохо так повредил стену…
Олег снова удивляет меня, когда накрывает на стол. Оказывается, у меня полный холодильник ДОМАШНЕЙ еды и фермерских продуктов, экологично же… А вкусно-то как! Нет-нет, Пономарев и в больницу таскал всякие приятности на зависть девчонкам. Но ложечка румяного плова из индейки не сравнится ни с чем.
– Боже, Олег! Ммммм, – не могу сдержать блаженных стонов.
– Ооооо, милая, давненько я не слышал от тебя таких звуков, – как-то двусмысленно отзывается Пономарев. Низкий голос с хрипотцой добавляет соли в наше застолье. Как-то слишком интимно получается.
Лицо заливает румянцем. Нет-нет, мне было очень хорошо с Олегом, но все мои мысли занимает совсем другой мужчина. На остальных, как говорится, не стоит.
– Ты бы лучше о себе рассказал, а то два месяца со мной возишься, а я так и не знаю, что в твоей жизни происходит.
Пономарев лишь поджимает губы. Странно, раньше за ним подобной черты не водилось – мы могли все откровенно обсудить. Повисает неловкая тишина, которую разбавляет мое довольное чавканье. Как ни крути, а не накормить пузеньку свою я не могу. Тем более, такой вкуснятиной.
– Помощь какая-то нужна? – после обеда интересуется Олег.
– Ты итак очень помог, спасибо, – искренне отвечаю, неопределенно пожимая плечами.
Пономарев несколько жмется, словно бы уходить не хочет, но, в конце концов, оставляет меня одну.
Даю себе десять минут на отдых и приступаю к разбору вещей. Не успеваю закончить, как раздается звонок в дверь. Олег ушел минут двадцать назад, но мало ли, может что-то забыл? Обещал мне, что не будет пользоваться ключами, пока я живу в этой квартире. Думаю, так будет правильно. Мы ведь бывшие.
Нехотя плетусь к двери, и снова не глядя открываю. Ошибка номер один: нельзя открывать дверь не глядя.
– Здравствуйте, Эльвира Алексеевна, – произносит незнакомый баритон.
Поднимаю глаза и утыкаюсь взглядом в неизвестного мужчину. Высокий, широкоплечий, с короткой модной стрижкой, в строгом костюме и пронзительным взглядом. Этакий агент Кей, только молодой и красивый. Навскидку ему и тридцати нет.
– Здравствуйте, а… – очень хочется спросить, кто это такой и откуда он меня знает, но я не успеваю.
Ошибка номер два: нельзя вступать в диалог с незнакомцами.
– Меня зовут Макс, – коротко кивает этот “агент Мэ”. – Я здесь по поручению господина Хишанова.
Господи! Хишанов! Что же ему от меня нужно?! Я ведь уже не работаю в холдинге и…
– Рустам Дамирович очень просит об аудиенции с вами, – с нажимом продолжает баритон. – Вы позволите вас сопроводить?
– Как будто у меня есть выбор, – сквозь зубы бурчу в ответ. – Собраться дадите?
– Я пройду? – вероломно отодвигая меня в сторону, протискивается этот Макс и достает телефон. Ошибка номер три: нельзя впускать незнакомца в свой дом. – Рустам Дамирович, да, нашел. Через час подъедем. Понял.
И я тоже отчетливо понимаю, что, теперь уж точно никуда не денусь. Может, стоит позвонить в полицию? Или Олегу? Черт! Похоже, я попала конкретно. Хорошие положительные эмоции, ничего не скажешь.
– Эльвира Алексеевна, я вас жду, – с нажимом напоминает о своем присутствии «агент Мэ».
Вот так наглость! Может еще и кофейку тебе подать, пес ты охотничий?! Рука непроизвольно тянется к телефону. Разгадав мой маневр, Макс легким движение руки приоткрывает пиджак, представляя моему взору кобуру. Прекрасно, мне еще и угрожают.
– Разрешение имеется, давайте, барышня, без глупостей, – ухмыляясь, уведомляет меня этот «перец». – Я ведь могу вас и в халате забрать. Хотите?
Руки непроизвольно опускаются на живот, закрывая его от всяких ищеек. Милая, никаких стрессов. Не нервничай. Все непременно будет хорошо.
– Кофе? – только и выдавливаю из себя.
– Я сам, а вы – собирайтесь. Пять минут.
Командир блин! Да чтоб у тебя этот кофе носом вышел, а еще лучше – днище прорвало! Собака бешеная! Как говорил Сергей, отольются вам слезки беременных.
Однако, время я зря не теряю. Уж не знаю, пил ли кофе на моей кухне этот Макс, но в отведенные пять минут я укладываюсь. Ищейка уже стоит у двери квартиры.
– Вы действительно два месяца провели в больнице? – удивленно вскидывает брови, вглядываясь в мои документы.
Вырываю бумаги из рук.
– Достопочтенная Варвара, мне казалось, что нас ждет ваш хозяин.
Макс материт меня сквозь зубы. Точнее не так: я не понимаю, что именно он бубнит, но догадываюсь, глядя на эти бешеные глаза. Если и Хишанов такой же, то… Ой, мамочки!
У подъезда нас ожидает чудовище: огромная черная тонированная машина. Явно безумно дорогой джип. Макс помогает мне расположиться на заднем сидении и сам усаживается рядом. Понятно, поедем, как элита с водителем. И хоть на улице я провела считанные мгновенья, все равно успела продрогнуть, а потому – мои зубы активно выстукивают чечетку.
– Ром, включи печку, плиз, а то наша птичка, пока доедем, в замороженного бойлера превратится, – ржет рядом агент Мэ.
Уууу, козлина! Вроде бы и заботу проявил, но и обхамил зачетно. Курица я, значит, да?
– Любопытно узнать, Максимушка, – елейным голосом начинаю, когда машина плавно трогается, – где ж ты так нагрешил, что шеф тебя только на птичек и спускает? Или медведи таким псам не по зубам?
В машине раздается дружный гогот мужских басов. Надо же, оказывается, впереди еще один мужчинка восседает.
– Зубастая птичка попалась, да, Максимушка, – рокочет сквозь ржание тот, что “не Рома”.
– Гарик, в бубен хошь? – откликается Макс. – А птичку мы потом воспитаем. Как шеф отмашку даст.
– Ага, сообразим, на троих, – вклинивается Рома.
Они что… Они меня? Да как же это? Да я же… Мне ведь…
Меня почти мгновенно накрывает истерикой. Крепкие руки сразу прижимают к своей груди.
– Ну тише, птичка, ты чего? – поглаживая по голове шепчет Макс. – Мы просто пошутили. Солдафонский юмор. Мы ж не зеки, не маньяки. Никто из нас тебя не обидит. Я обещаю. Тише-тише.
Мэ продолжает меня поглаживать, бормочет что-то успокаивающее, а я все никак не могу взять себя в руки, пока не проваливаюсь в темноту.
Бывает так, что ты спишь, но при этом осознаешь сей факт. Вот и я сейчас. Казалось бы, только находилась в машине, а уже оказываюсь в центре того дома, где познакомилась с Орловыми. Рус! Боже! Как же я соскучилась! Ну точно, сплю. И даже во сне мой Халк не обращает никакого внимания на меня.
– Ты должен ей рассказать правду, – кричит на Руса Карина.
Халк падает на кресло и хватается за голову.
– Не могу. Мы должны довести дело до конца.
– Потом будет поздно! Она не простит тебя!
– Она использует меня. Так что плевать, все обоюдно, – зло выплевывает Рус, и пулей вылетает из дома. Хочу пойти за ним, но к блондинке приближается муж, обнимает ее со спины и тихо произносит:
– Мы с тобой сделали, что могли. Он сам еще не понимает, что теряет.
– Да, но ведь потом…
– Тшшш, родная, это будет потом. И если все взаимно, то они справятся.
Дальше пара замолкает, а я иду искать Руса.
– Уся, Уся, – бегает вокруг замершего по стойке смирно Халка, маленькая белокурая бестия.
Я не могу разобрать, что щебечет Маришка, но слышу ответ Руса, который повергает меня в шок.
– Доча у меня уже есть, это ты – Марин Евгеньевна. А я хочу сына.
– Тогда она точно простит, – слишком взрослым голосом отвечает маленькая блондиночка. – Потому что…
– Твою мааать! – басит чей-то голос, вырывая меня из сна. Почти сразу чувствую, как Макс вдавливает меня в сидение, подминая под себя, и через секунду раздается удар.
Не могу понять: то ли мы, то ли в нас… Кто-то кого-то поцеловал. Явно сильно. Спереди материться Гарик, а Ромина голова, похоже, лежит на руле, потому что машина истошно сигналит.
– Приехали, мля, – кажется, очухивается наш водитель.
– Эля, ты в порядке? – возвращает меня в сидячее положение Макс. Его глаза бегло осматривают мою тушку. – Нигде не болит? Очень испугалась? Может скорую вызвать?