Аля Кьют – Самое ужасное свидание (страница 1)

Аля Кьют

Самое ужасное свидание

Свидание 1. Таня и Миша

Около ресторана стоит парень. Высокий, симпатичный, с цветами. Похож на того, с кем у меня встреча. Даже немного лучше, чем на фото.

Он пришел с цветами, а я с презрительной улыбкой.

- Миша? - спрашиваю его, надеясь, что ошиблась.

Он кивает слишком радостно и уточняет в ответ:

- Таня?

Я не отвечаю, потому что и так очевидно, что это я. Мы топчемся у дверей. Он со своим букетом роз, слегка помятых, потому что всю дорогу сжимал их слишком крепко. Я с телефоном в руке и выражением лица человека, который заранее готов к разочарованию.

-

Это тебе, - Миша протягивает цветы.

Моя сучья натура не постеснялась напомнить:

- Я же написала, что не люблю цветы.

Миша ухмыляется.

- Я подумал, что это часть образа.

- Образа? - я приподняла бровь.

- Циничной женщины, которая не верит в любовь и ненавидит розы.

- Ты рассчитывал на секс за розы и салат? - цинично уточняю я в ответ на его колкое замечание.

Наехать на парня, когда не успели даже войти в кафе, - это мощно. Странно, что он до сих пор здесь. Миша не продолжает дуэль, а сдается.

- Это просто растения, Таня. Без обязательств.

Мое имя слишком хорошо звучит в его исполнении, и я сдаюсь на этом этапе тоже. Беру букет.

- Хорошо. Пусть будут растения без обязательств. Звучит как идеальная модель отношений.

- Кстати, алые розы идеально подходят к твоим ногам.

Миша косится вниз. Я довольно улыбаюсь.

- Ты заметил мои колготки, - чуть кокетничаю я.

- Их и из космоса легко заметить.

Мои красные колготки - как красный флаг. На такие клюют коммунисты и тематики. Обычных мужчин они пугают. Что ж… Миша не обычный и вроде не похож на адепта Маркса. Про БДСМ стоит уточнить.

Я ставлю ему еще один плюс и почти прощаю цветы.

Мы проходим внутрь. Миша предусмотрительно придерживает дверь, помогает мне раздеться и сразу просит принести вазу для цветов. Ни одного промаха.

Нас сажают за стол у окна. Миша благодарит хостесс, и я понимаю, что он бронировал именно это место. Хорошее.

К нам подходит официант, и я прошу бокал вина. Есть совсем не хочется.

- Не стоит пить без закуски, - замечает Миша, когда официант нас оставляет. - Мы же договорились, что еда тебя ни к чему не обязывает.

- Я не голодна, и сама могу заплатить за еду.

- Не сомневаюсь.

Мне не нравится его понимающая улыбочка, и я смотрю в окно. За стеклом парень и девушка целуются под фонарём, слишком демонстративно.

Я киваю в их сторону, чтобы Миша тоже обратил внимание на это безобразие.

- Очень мило, - прокомментировал он.

- Спорим на косарь, что через полгода они будут делить микроволновку.

- Отвечаю на две, что через год они будут выбирать обои в детскую.

Я фыркнула, но подыграла.

- Да, с таким рвением он заделает ей малыша прямо под фонарем.

Миша не мог не заметить моего сарказма.

- Ты всегда так категорична? - спросил он.

- Только когда речь о любви.

Официант принёс наши напитки. Мы оба не спешили сделать глоток.

- Я верю в любовь, - говорит Миша, разрывая напряженное молчание.

- А я - нет.

Он сказал это так, будто признался в неуплате налогов, а я будто уточнила время отправления поезда.

Это не было новостью для нас обоих. У него в статусе на страничке так и было написано: «Верю в любовь».

У меня: «Любовь - это гормональный сбой». Почему алгоритмы в приложении знакомств решили, что мы друг другу подходим?

Я не знаю.

-

Неужели ты веришь? - спросила я, опираясь локтями на стол. - В «ценить и уважать, в болезни и здравии, и пока смерть не разлучит»?

- Верю, - спокойно ответил Миша. - Только не в клише. Любовь - это когда выбираешь одного человека каждый день.

- Как зубную пасту?

- Если зубная паста делает тебя счастливым, почему нет?

Я рассмеялась коротко и сухо. Мне захотелось осадить его, разбить глупые хрустальные иллюзии.

- Любовь - это гормоны, Михаил. Окситоцин, дофамин, немного иллюзий и хорошее освещение. Через три года всё проходит.

- А если не проходит?

- Тогда кто-то врёт.

Он чуть наклонился вперёд:

- Ты не допускаешь, что просто боишься?

- Чего?

- Что может не пройти.

Я сглотнула. Он угадал. Или знал?

Нет, ничего он не мог знать. Какая глупость.