Аля Кьют – Самое ужасное свидание (страница 4)
- Уже лучше.
- Так что? Теория про секс - это просто декларация независимости?
Я задумываюсь. Не потому, что не знаю ответ. А потому, что он мне нравится. А ему нравится меня провоцировать. Игра никак не кончится. Я точно не хочу проиграть.
- Тебе не светит, - успокаиваю я его либидо.
В Мишиных глазах мелькает что-то похожее на облегчение. Или разочарование. Сложно понять.
- Тогда предлагаю компромисс, - говорит он. - Я вызову тебе такси.
- Щедро, но необязательно. Я живу у черта на рогах.
- Тогда я поеду с тобой и провожу до двери.
Миша снова делится со мной мясом. Оно сочное и отлично сочетается с моим вином. Мы слишком быстро вместе уговариваем весь кусок.
Миша вытирает губы салфеткой и зовет официанта. Я никак не могу понять, он спешит от меня отделаться или морочит голову каким-то незаурядным способом.
Он сам оплачивает счет. Мои жалкие попытки поделить на двоих попросту игнорирует. Через десять минут мы уже в машине. Город плывёт за окном, жёлтые огни растекаются по стеклу.
Мы на заднем сидении. Между нами сантиметров двадцать воздуха и слишком много напряжения.
- Ты правда ищешь только секс? - спрашивает он тихо.
- А ты правда веришь, что любви нет? - парирую я.
Миша улыбается.
- Сегодня я точно верю в гормоны.
Он ерзает, намекая на неудобство, вызванное гормонами. Я закатываю глаза, но улыбаюсь.
Водитель резко тормозит, я заваливаюсь на Мишу. Он придерживает меня и не отпускает больше.
- Можно? - спрашивает он, сжимая мое плечо.
Я киваю.
Его пальцы касаются моего подбородка: легко, почти осторожно. Он целует меня.
Без напора. Без демонстрации силы. Его губы тёплые, медленные. Слишком внимательные, чтобы это было про «секс без обязательств».
Чёрт.
Я отвечаю. Сначала из принципа. Потом потому, что хочу.
Машина продолжает ехать, а я уже не помню, куда именно.
Его губы скользят к шее. Он не спешит. Это бесит. Это обезоруживает. Я точно не хочу ограничиваться поцелуями, но мои соседки по квартире вряд ли это оценят.
- Миша… - выдыхаю я.
- Мм?
- Смени адрес.
Он отстраняется на секунду, моргает озадаченно.
- На какой?
Я смотрю на него. Он правда не понимает.
- Боже, - стону я. - Поехали к тебе, тугодум.
В его взгляде на мгновение появляется то самое: смесь победы и удивления.
- Ты же сказала: не светит.
- Я передумала.
- Потому что любви нет?
- Потому что ты слишком хорошо целуешься.
Он наклоняется ближе, шепчет:
- Это тоже химия?
Я улыбаюсь ему в губы.
- Проверим.
Миша достает телефон и меняет точку назначения в приложении. Водитель тотчас это видит на своем телефоне и начинает возмущаться.
- Что за шутки, молодые люди! Вы уже половину пути проехали, - раздражённо бурчит таксист. - Я вас высажу сейчас.
Миша без лишних слов достаёт купюру и протягивает вперёд.
Раздражение таксиста тает быстрее, чем моя решимость ехать домой.
- Ну… если так, - говорит он уже почти дружелюбно. - Можно и развернуться.
Я смотрю на Мишу и чувствую странное щекочущее предвкушение. Будто мы только что договорились о маленьком преступлении.
Он снова целует меня. На этот раз увереннее. Его ладонь скользит по моей талии, притягивает ближе. Машина - плохое место для поцелуев: тесно, жарко, слишком много свидетелей в зеркале заднего вида.
Миша ведет губами по моей шее к уху медленно, с нажимом.
Я смеюсь.
- Миша…
- Что?
- Мы и так обидели таксиста.
- Я не обижаюсь, - доносится спереди. - Я еду.
Мы оба смеёмся. Смех снимает остатки напряжения, но не желание.
Миша снова целует меня, теперь глубже. И в этот раз я уже не думаю ни о родителях, ни о теориях, ни о том, кто во что верит.
У его дома темно. Подъезд пахнет чем-то нейтральным: краской и чужими жизнями. Лифт едет медленно, будто специально испытывает терпение.
В квартире Миша щёлкает выключателем, но свет не загорается.
- Чёрт. Лампочка перегорела.
- Очень романтично, - шепчу я.
Мы входим в темноту. Он закрывает дверь, и мир сужается до звуков дыхания. Я кое-как разуваюсь и следую за хозяином в квартиру.
Через секунду раздаётся глухой удар.
- Это что было? - спрашиваю я.
- Диван.