Альманах колокол – Альманах «Российский колокол» №3 2024 (страница 39)
Тут он отчётливо понял, что если ещё какое-то время останется в таком состоянии, то непременно погибнет. Байсарин решил: придётся отрезать ногу и выбраться отсюда поскорей. Иначе или взорвётся, или задохнётся в ядовитом дыму. Галим достал складной нож из кармана и потянулся к ноге. Кабина наполнилась нестерпимо вонючим дымом, стало очень жарко и трудно дышать. Байсарин почувствовал, что теряет сознание, встряхнул головой, матюгнулся, затем надрезал кожу на ноге и тут услышал голоса:
– Сгорит же человек! Гриша, на кабину! Пошустрей! Открой дверь сверху! – громко скомандовал незнакомец. Через миг открыли настежь дверь машины и стали заливать кабину и Галима пеной из огнетушителя.
– Эй, там, наверху, какого чёрта вы меня поливаете? Откройте капот, двигатель же горит! Отсоедините кабель от аккумулятора и лейте сколько хотите эту гадость! – заорал Байсарин, пытаясь откашляться от дыма и отряхнуться от противной масляной пены, заполнившей уши, нос, карманы куртки. А душа его запела и возрадовалась: «Значит, живём! И нога ещё мне понадобится, чтоб плясать на свадьбах дочерей и танцевать с любимой женой!» Галим спрятал нож обратно в карман.
Скоро огонь потух, и снаружи послышалась команда:
– Ребята, ГАИ, уматываем!
– Друг, братишка, прости! Нам ГАИ не нужна, едем издалека, и впереди у нас ещё путь дальний! Держись, братан! Гриша, Ваня, по машинам! Нам ещё Уральские горы преодолеть, после доехать до Челябинска, а оттуда ещё к чёрту на кулички добираться! У нас груз особый, братишка! Его гаишникам видеть не нужно! Страна и жизнь дурные стали, брат. Но огонь потушили, как приказал! А ты что не вылезаешь? А-а, ногу прижало! Ты держись, друг. А вот и люди идут. Их много, тебе помогут! Удача и Бог в помощь тебе!
– Эй, вы куда? Стойте! – закричал Галим. Но послышался шум отьезжавшего гружёного КамАЗа.
Когда Байсарин стал терять сознание, услышал голос:
– Халимыч в машине! Ребята, бегом, открываем верхнюю дверь, вытаскиваем тело!
Галим узнал знакомый голос и радостно закричал:
– Зиновьич, я тебя узнал! Остановись, не убегай, выйду – разберусь! Не тяните вверх, нога защемлена форточкой, машину ставьте на колёса, чёртовы спасатели! Выйду и точно разберусь, только не убегайте, друзья! Я и на одной ноге вас догоню! – пытался шутить сквозь боль Байсарин, затем по привычке скомандовал: – Внизу шофёр задавлен автомашиной, сначала достаньте его!
Спасатели забе́гали, шлёпая по луже, затем стали дружно приподнимать машину. И тут водитель Рафит разразился многоэтажным сибирским матом: его достали из-под машины.
– Айдате все сюда, будем ставить машину на колёса! – скомандовал знакомый Галима из райцентра, директор гимназии Зиновьич.
– Раз-два, взяли! Раз-два, подняли! Молодцы!
Машину дружно поставили на колёса. Галим вышел из кабины, на одной ноге запрыгал на сухое место и расположился возле лужи.
– Ничего, ребята, крови нет, значит, закрытый перелом. Наложите вот эту палку как шину к ноге и перевяжите, а то сейчас потеряю сознание, – попросил Байсарин. Увидев знакомого, поинтересовался: – Зиновьич, а где шофёр мой, живой?
– Вот он, сидит, живой, только рука сломана!
– Надо же, я видел, когда летели в воздухе, он выпал из кабины и на него упала машина!
Из райцентра подъехали гаишники, осмотрели автомобиль, сделали замеры на месте ДТП и начали заполнять протокол.
– Вот это да! Пролетели семнадцать метров! Машине каюк, восстановлению не подлежит, пойдёт только на металлолом, – громко изумлялся капитан-гаишник, посматривая на Байсарина. – Считайте, что вы родились заново! Это просто чудо! На этом месте уже случилось восемь автокатастроф. Плохое место, очень плохое. Здесь что-то нечисто…
Из райцентра подъехала машина скорой помощи, когда Галим в очередной раз начал терять сознание. Тут он заметил метрах в тридцати от себя новенький автомобиль «москвич» с капотом, разбитым всмятку. Около легковушки лежали четыре человека.
– Я ещё ничего, просто дайте мне антишок и окажите помощь вон тем лежащим, если они живы, – попросил Галим прибежавшего к нему с чемоданчиком фельдшера.
Медики погрузили тех четверых в неотложку и повезли в больницу. Когда потемнело в глазах, Байсарин успел вколоть в себя антишок через брюки. Вскоре в ноге ощутил очень сильную боль. «Ничего, боль можно перетерпеть, самое главное – жив…», – подумал Галим.
– Да, если бы не вляпались в лужу, взорвался бы бензобак и взлетели бы на воздух! – резюмировал Зиновьич.
– Зиновьич, я уже пролетел по воздуху семнадцать метров, мне хватит на сегодня, – отшутился Галим. – Я ведь в детстве мечтал стать лётчиком. А где Рафит?
– Его на неотложке уже отправили в райбольницу, у него только рука сломана, – ответил Зиновьич.
– Почему-то слышу странный шум, да и вокруг всё стало сине-зелёным. Гремит какая-то музыка…
– Это на тебя действует антишок, Халимыч.
– Фельдшер заиграл на гармошке, мне хочется плясать!
– Он снова приехал за тобой, сейчас тебя увезут в больницу, – объяснил Галиму Зиновьич.
– Мне уже полегчало, и нога не болит! О-о, как весело! – радовался Байсарин, пребывая под воздействием антишока.
Байсарин вскочил с земли и запрыгал на одной ноге к машине скорой помощи.
Проработавший семь лет в родном районе вторым секретарём райкома КПСС, а затем заместителем главы, Галим Байсарин обрадовался, когда услышал, что скоро к ним прибудет новый хозяин. Потому что о нём говорили, что он экономист по образованию и родом из этих мест. Значит, новый глава непременно поднимет экономику родного района и жизнь людей улучшится! Ведь на дворе середина девяностых годов, и такой начальник ой как нужен району!
Но оказалось, что Байсарин рано радовался. Новому главе очень не нравилось, что со всех концов района к Галиму Байсарину приходили люди с различными просьбами.
Кабинет главы и его заместителя Байсарина рядышком, напротив, у них общая приёмная и одна секретарша на двоих. Приёмная почти всегда полна посетителей. Новый глава выходит и кричит на людей:
– Вы почему собрались тут? У меня приёмный день – понедельник! А сегодня вторник! Расходитесь по домам!
Кто-то побойчей из посетителей отвечает:
– А мы не к вам пришли! Мы к Галиму Халимулловичу!
– Да, у нас дело к Байсарину, – подтверждает другой.
– Какого чёрта он здесь собирает толпу?! – ругается глава и со злостью хлопает дверью.
Да, новым главой района стал именно Васим Сатлыкович Кинзябаев, прозванный позже главой-танцором, а в студенческую пору – Шакалом Табаки, и жизненные пути его с Галимом Халимулловичем Байсариным тесно переплелись.
Через час он вызвал по внутренней связи Галима Халимулловича и взял быка за рога:
– Галим Халимыч, у вас уже достаточно практики в администрации – семь лет проработали удачно. При вашем кураторстве построены в районе более десятка школ, новый корпус райбольницы, отремонтировано здание отдела внутренних дел. К вам постоянно ходят просители. Одним словом, вам надо возглавить какое-нибудь хозяйство, потому что, сами понимаете, в одной администрации два авторитетных руководителя никак не сработаются!
– А вы почему сердитесь, что ко мне идут люди? Я же их специально не зазываю! – парировал Байсарин.
– В один казан две бараньи головы не поместятся! Подумайте об этом и дайте мне ответ через неделю! – попытался закончить разговор глава Кинзябаев. Но Байсарин забросал его жёсткими критическими замечаниями:
– Я имею два высших образования и серьёзный опыт работы. Поэтому мне один колхоз недостаточен, возьму два хозяйства. Вы тоже подумайте, почему люди к вам не идут. А причина проста: они пока не уважают вас, за глаза называют не главой, а танцором. Чтоб вас зауважали люди, нужны реальные дела. А вы только мастер плясать! Вот подхалимы и устраивают бесконечные застолья и праздники, чтоб вы смогли там поплясать. А большинству населения это не нравится, им результаты подавай. Может, вы займётесь экономикой района? Неужели вас не интересует положение наших хозяйств? Вы же экономист! Если пять дней в неделю будем праздновать, а в субботу – гонять футбол всей администрацией, согласно вашей установке, у нас в районе дела не пойдут! Я об этом говорю вам не первый раз, но вы не прислушиваетесь к моим словам, а смотрите в рот подхалимам. Вот хотите от меня избавиться. Я не чураюсь хозяйственной работы: трудился в совхозе бригадиром, а в колхозе – секретарём парткома. И людей я не кормлю пустыми обещаниями, а помогаю им реальными делами. Поэтому люди и тянутся ко мне.
– Хорошо, через неделю объединим два хозяйства и предложим вас на должность председателя колхоза, – сказал хозяин района, опустив голову.
В конце августа объединили два колхоза и назвали символическим именем «Дружба». Галима Байсарина единогласно избрали председателем хозяйства.
Завтра наступает сентябрь, а в колхозе нет ни стожка сена, ни грамма сенажа, озимые не засеяны, нет ни одного исправного трактора и комбайна, всё находится на грани разрушения и запустения. В результате у колхозников нет желания работать, потому что никто не верит, что можно каким-то чудом оживить это хозяйство.
Байсарина привезли в районную больницу после обеда. Тут же к нему в палату зашёл заведующий хирургическим отделением Александр Викторович. Они стали приятелями в пору работы Байсарина заместителем главы района.