Альманах колокол – Альманах «Российский колокол» №3 2024 (страница 26)
В 2016 году стал лауреатом Международной московской литературной премии Интернационального Союза писателей.
В 2017-м награждён медалью имени Адама Мицкевича, учреждённой Фестивалем славянской литературы, организованным в Варшаве при поддержке Организации Объединённых Наций по вопросам образования, науки и культуры (UNESCO).
В 2018 году получил звание золотого лауреата III Международного литературного фестиваля фестивалей «ЛиФФТ».
Билет на ночной рейс
(документальный роман)
Вышел из дома, попрощавшись с Соной и детьми. У дверей его ждала служебная машина ЗИМ. Обернувшись, Муса увидел, как жена смотрит на него с любовью; она наморщила нос и улыбнулась. Он ответил тем же.
В период, когда Муса Алиев возглавлял Плановый комитет, он первым делом решил вопрос строительства Бакинского метрополитена. Ещё в 1932 году было решено после Москвы и Ленинграда построить метро и в Баку, но потом началась война, проектные работы затянулись – короче, метро существовало только на бумаге. Муса Алиев приступил к строительным работам. По его же инициативе было начато строительство республиканской библиотеки, драматического театра, академгородка, астрофизической обсерватории, украсивших облик столицы и принёсших огромную пользу её жителям. Он радовался каждому успеху как ребёнок. Получить средства из Москвы на столь масштабное строительство было невероятно сложно. В то же время он взвалил на себя тяжёлое бремя решения одной из самых судьбоносных проблем для Азербайджана. Он подготовил грандиозный проект – организация Морского нефтяного управления и эксплуатация Нефтяных Камней. Отправившись в Министерство нефти в Москве, он заявил о своей цели, а когда столкнулся с препятствиями, достаточно чётко разъяснил тезисы. Проект был одобрен. Так началась история Нефтяных Камней – это был «золотой проект века», автором которого стал он, Муса Алиев.
Как только вернулся в Баку, приступил к реализации проекта. Был осуществлён первый десант в море, старые корабли стали первым убежищем для нефтяников, начали строить стальные эстакады. Это имело невероятный успех. Вскоре вошла в эксплуатацию первая двадцатипятиметровая эстакада. Первый нефтяной танкер доставил первую нефть. Муса буквально плакал от радости. Что ещё может сделать человек для своего народа и страны? О нём писали газеты, выходили очерки, по радио шли передачи.
Но несправедливость не дремала. Муса Алиев – основоположник морской нефтеразведки – не увидел своего имени в списке удостоенных награды за первую добычу нефти в море. Более того, Багиров привёл к руководству учреждением своего родственника. Это была очередная месть диктатора. Из-за этой несправедливости у Мусы до утра болело сердце, он принимал таблетки. В отдельные моменты ему хотелось оставить всё и уйти, он боялся, что не выдержит такой несправедливости. В ту ночь этот страх достиг апогея.
В 1950 году произошло ещё одно неожиданное назначение. Его пригласили в Академию наук Азербайджанской ССР. Действительно, он так много работал, его так любили, что он был нужен во всех сферах. В том числе и академики хотели видеть его в своих рядах, чтобы восстановить утраченный престиж учреждения. В полном составе президиум побывал на приёме у Багирова с просьбой: «Отдайте нам Алиева». Таким образом, будучи кандидатом наук, Муса вдруг получил статус академика. И вскоре после этого его назначили президентом академии. Он нисколько не удивился такому неожиданному назначению. Потому что за короткий промежуток времени успел поработать практически во всех сферах. В народе даже ходила шутка, что Мусу Алиева отправят возрождать футбольный клуб «Нефтчи», который был зачислен в Высшую лигу СССР по футболу.
Академия располагалась в здании «Исмаилия», одном из красивейших сооружений в Баку. Прежде чем войти во дворец, он стоял перед ним и долго любовался великолепной архитектурой. Воспоминания увели его далеко, в 1918 год. Ровно тридцать два года назад, когда они переехали из Ашхабада в Баку, одноклассники привели его сюда посмотреть на здание. И, естественно, Муса мечтал о том, что настанет время, когда он войдёт в него как руководитель.
Не переставайте мечтать. Мечтайте о самом большом, желайте самого недостижимого. То, о чём вы мечтаете и чего желаете, записывается в ваше подсознание и передаётся Вселенной как сигнал. Мистические силы постоянно контролируют их. Вы сами, даже не подозревая, попадаете под влияние этого и следуете за мечтами и желаниями. И наступает день, когда мечты становятся реальностью.
Есть пословица: «Куда река пошла, там и русло будет». Она сложена не зря.
За тридцать два года здание «Исмаилия» почти не изменилось. Лишь исчез текст, выгравированный на камнях. Надпись убрали большевики, вторгшиеся в Баку в 1920 году и решившие, что эти слова из Корана.
Дома с восторгом рассказал отцу и Соне, как тридцать два года спустя сбылась его мечта, то, о чём он думал, будучи десятилетним мальчиком. Но когда речь зашла о ситуации в академии, было видно его разочарование.
– Я понимаю, что академия в очень печальном состоянии. Её буквально разрывают раздоры и конфликты. У бывших президента и вице-президента шла вражда не на жизнь, а на смерть. Все институты разделились на два противоположных лагеря.
В первый же период своей работы в академии Муса Алиев получил ещё один удар от жизни. Вице-президентом академии был выдающийся философ Гейдар Гусейнов. Муса сразу подружился с этой яркой личностью, они наладили сотрудничество. Докторская диссертация Гусейнова была посвящена знаменитому герою Дагестана шейху Шамилю, который тридцать лет боролся против царского режима и хотел освободить свою родину от экспансии. Гусейнов пользовался большой симпатией в большинстве кругов. Институт истории АН СССР поддерживал позицию азербайджанского учёного и наградил его труд Сталинской премией. Гусейнов получил награду в 1950 году. Багиров пришёл в ярость, услышав эту новость. Как это, награда без его ведома? Пресса сразу же назвала шейха Шамиля врагом народа, а Гусейнова – антисоветским элементом, который написал ему оду. Багиров в очередной раз пригрозил Мусе Алиеву:
– Это самовольство вам дорого обойдётся.
Багиров не успокаивался, он заставлял Гусейнова отказаться от награды. В отчаянии Гусейнов выполнил его требование. Но Багирову и этого оказалось мало, он снял учёного с должности, хотя отстранять кого-либо из органа с избирательной функцией не входило в компетенцию секретаря ЦК. И тогда Гусейнов перерезал себе вены в своём кабинете в знак протеста.
Это был очень страшный день. Муса Алиев, услышав об этом, бросился в кабинет Гусейнова. Увидев своего заместителя лежащим на полу в крови, он не потерял самообладания, схватил его за запястье, чтобы остановить кровотечение, и сжал изо всех сил, крикнув, чтобы вызвали скорую помощь.
Он был потрясён, и тот факт, что он смог спасти Гусейнову жизнь, доставив его в больницу, стал лишь кратковременным утешением. Багиров, будучи жестоким деспотом, не отстал от Гусейнова, в день выписки из больницы позвонил ему домой и вызвал к себе на следующий день. А Гейдар Гусейнов – один из самых светлых сынов азербайджанского народа – ночью приехал на дачу и повесился.
Гейдар Гусейнов был выдающимся учёным, любимым своим народом. Его уход поверг десятки тысяч людей в глубокое горе; вера в государство и правительство была сломлена.
Муса Алиев ещё раз убедился, что находится в плену режима, который хочет сделать людей одинаковыми, словно из инкубатора, и уничтожает тех, кто отличается. Отношения между ним и Багировым ухудшились. «Твоё время истекло», – такие угрозы он получал от окружения Багирова. Однажды утром, посмотрев на себя в зеркало, он не поверил своим глазам: волосы стали совершенно седыми, белыми как снег. Даже Багиров, который на встрече в очередной раз угрожал Алиеву, обратил внимание на седину и сказал:
– Я принесу в жертву твою белую голову на Соловках.
Одним из названий тюремного лагеря, расположенного на острове Соловки в Белом море, который находился в Архангельской области, было СЛОН, это был самый жестокий в своё время лагерь: только в 1937 году там расстреляли две тысячи «преступников» и «врагов народа», считавшихся наиболее опасными для советской власти. Хотя тюрьма в тот момент прекратила свою деятельность, но угроза отправить туда по-прежнему звучала как «сослать на Соловки».
Муса подготовился к аресту. Тамошний режим, контингент, как общаться с людьми, как быть спокойным, чтобы не быть уничтоженным, как закалить себя – ко всему он подготовил себя.
Неправильно убегать от удара, даже самого сильного, потому что он настигнет тебя, где бы ты ни был. Лучше сначала принять меры, как его избежать, а если не получится, то понять, как выйти с минимальными потерями, используя знания и умения.
Он был полностью поглощён своей работой в академии, как и всем, чем занимался до сих пор. Но ему суждено было оставить академию и снова покинуть Азербайджан, на этот раз навсегда. Позже он напишет: «Иногда я задаюсь вопросом, правильно ли поступил, уехав из Баку? Если бы я остался в то время президентом Академии наук, сколько нужного и полезного я мог бы сделать для науки республики! С другой стороны, я считаю, что поступил правильно, уехав из Баку. Возможно, причина, по которой я сейчас жив, заключается в том, что я уехал».