Аллен Леви – Тео из Голдена (страница 6)

Но она пришла.

Тео сразу узнал миссис Прентисс, ведь он тщательно изучил ее портрет. Увидев ее, он собрался было встать и пойти навстречу, как того требовала глубоко укоренившаяся в нем учтивость, но не покинул своего места: боялся, что кто-нибудь займет скамейку, если он далеко от нее отойдет. В этот час у фонтана обычно гуляло много народу.

Когда Мина была почти рядом, он поднялся, в знак почтения снял кепку и шагнул ей навстречу.

Одет он был по последней моде: элегантный кашемировый блейзер, брюки оливкового цвета, кремовая льняная сорочка. Мина ожидала увидеть хилого согбенного старика с тусклыми сонными глазами, который без трости шагу ступить не может. А ее встречал энергичный мужчина с ясным живым взглядом. Он был среднего роста, плотного телосложения и уверенно стоял на ногах. Правда, чуть сутулился, но никаких других признаков глубоко преклонных лет она не заметила.

Голову его покрывала редеющая шевелюра поседевших до белизны волос, которые были небрежно зачесаны назад, что наделяло старика аурой аристократизма. Он был чисто выбрит.

Судя по здоровой загорелой коже, он много времени проводил на свежем воздухе. Кончики густых ухоженных бровей утопали в сеточке морщинок в уголках глаз. От него исходил слабый аромат дорогого одеколона, который учуяла бы только женщина, и вообще Тео производил впечатление человека, который следит за собой, но не зациклен на собственной внешности. Вне сомнения, он был стар, но ему отлично подошло бы определение «моложавый старик». Наверное, многие в его возрасте хотели бы так выглядеть.

Мина протянула ему руку для рукопожатия, и ее поразило, как мгновенно преобразилось лицо старика: оно потеплело, на губах заиграла робкая улыбка, а пронизывающие голубые глаза смотрели на нее пристально, даже с обожанием. И у нее возникло некое странное необъяснимое чувство, что он предвосхищал встречу с ней и теперь несказанно рад, что встреча состоялась.

«Да, определенно это она», – снова подумал Тео.

При ее приближении он снял кепку и чуть склонил голову, пожимая ее правую руку, которую она ему протянула властно, как всегда здоровалась с участниками деловых встреч, – скорее по привычке, нежели с неким умыслом. Что интересно, на ее рукопожатие он ответил левой рукой, причем непринужденно, что тоже указывало на давнюю привычку.

Мина не обиделась. Уголки губ старика были чуть приподняты в улыбке, застывшей на его лице, и он неотрывно смотрел ей в глаза.

– Значит, вы – мистер Тео? – нерешительно произнесла Мина и, словно подчиняясь некоему закону взаимодействия, тоже улыбнулась.

– А вы – Мина. Спасибо, что пришли. Я не был уверен, что увижу вас здесь. Но я вам очень признателен. – Он усмехнулся. – Я немного нервничаю. Вы уж простите меня за это. Я боялся, что в семь часов сюда придет полицейский, меня закуют в наручники и отправят куда-нибудь далеко и надолго. А я, на свое счастье, имею честь лицезреть ангела. Безмерно рад нашей встрече!

«Ужасно старомодный, – подумала Мина. – И потрясающе удивительный».

Она различила в его речи акцент.

– И я очень рада знакомству, мистер Тео. – Всякое беспокойство, которое Мина испытывала по поводу этой встречи, уже рассеялось, и теперь она переживала, что сам Тео опасался неприятного исхода. – Прошу вас, мистер Тео, объясните, зачем вы это делаете? Не хочу показаться грубой, но мне непонятно, зачем мы здесь.

Мина не собиралась быть столь прямолинейной, но этот вопрос мучил ее с тех самых пор, как она получила письмо старика.

– Да, – кивнул Тео, глубоко вздохнув, – охотно допускаю, что вам это кажется странным. Если у вас найдется пара минут, я мог бы все объяснить. Но, если вы торопитесь, задерживать вас я не стану. Вот ваш портрет.

Он показал на завернутый в бумагу рисунок.

– Да, объясните, пожалуйста! Я не тороплюсь.

Они подошли к скамейке. Тео дождался, когда сядет Мина, потом опустился на скамейку рядом с ней. Они сидели, чуть повернувшись друг к другу. Серебристая дымка, поднимавшаяся от фонтана, окутывала их, словно волшебная пыль. И в этой почти сказочной атмосфере Тео сделал свое первое подношение.

Первое из многих.

Глава 7

Деррик наконец-то улизнул от Тони (а это было непросто, когда Тони пребывал в болтливом настроении) и поспешил из магазина. Было уже почти семь, и он знал, что Мине не терпится пойти к фонтану.

Выйдя на улицу, он не увидел Мину там, где ее оставил, – у входа в книжную лавку. И нигде поблизости ее тоже не было.

Затем, взглянув в сторону фонтана, он заметил их – старика и свою жену. Они уже о чем-то увлеченно беседовали. Мина сосредоточенно внимала незнакомцу. Прямо сцена из романа: величавый дуб, блеск воды, пастельные тона весны, разноцветные блики солнечного спектра. Деррик не стал к ним подходить, остановился на некотором удалении, чтобы они его не видели (правда, в этот момент ни старик, ни Мина не смотрели по сторонам), и пристально наблюдал за ними с расстояния тридцати ярдов. Несколько секунд спустя, не привлекая к себе внимания, он прошел на бульвар, присел на скамейку напротив с другой стороны от фонтана, рассыпавшегося мириадами брызг, и продолжил наблюдать. Теперь он был абсолютно убежден, что этот старик, кем бы он ни был, опасности не представляет.

– Итак, почему я это делаю? Резонный вопрос. Прежде ничем подобным я не занимался.

Тео беззвучно рассмеялся как бы про себя, над самим собой. Глядя на Мину, он широко улыбнулся, так что морщинки вокруг глаз, коих сразу заметно прибавилось, прорезались глубже.

– Пожалуй, точно даже не скажу, как и почему эта идея пришла мне в голову. Когда я увидел лица на тех портретах – а я рассматривал их часами, – у меня в груди что-то дрогнуло, словно я всех вас откуда-то знаю или хотел бы узнать. Такие чувства в человеке способен вызвать только очень хороший художник. Выставка в «Чаше», конечно, великолепна – вы ведь наверняка ее видели, да? – но портретам, мне кажется, там не место. Не в кофейне. Во всяком случае, долго там они висеть не должны. Я намерен купить все портреты один за другим и отослать туда, где их дом.

Тео умолк и посмотрел на свои руки, на завернутый портрет. Мина молчала.

– Вообще-то, честно говоря, – продолжал он тихим голосом, который едва пробивался сквозь уличный шум и плеск фонтана, – я был удивлен, что так много портретов не выкупили те, кому они должны принадлежать по праву. Как вы, например. Или, во всяком случае, те, кто вас любит.

Мина кивнула и усмехнулась, закатив глаза.

– Странно, что вы это говорите. Муж давно собирался купить мой портрет, да все откладывал и откладывал. Спасибо, что это сделали вы! Очень любезно с вашей стороны. Но, надо признать, ваше письмо меня несколько смутило.

– Я вас хорошо понимаю, – кивнул Тео. – И рад, что вы проявили храбрость. Быть может, таким вот образом я заведу в Голдене друзей.

– В письме говорится, вы у нас недавно. Надолго приехали? У вас здесь есть родственники?

Старик немного помолчал, отвел глаза, чуть наклонив голову.

– Не знаю, надолго ли. Но пока я всем доволен, мне очень нравится ваш городок. А вы живете здесь с рождения?

Позже Мина отметит, что Тео очень искусно уклонился от ответов и сосредоточил ход беседы на ней самой. Он задавал уйму вопросов, всегда вполне уместных, и в его голосе слышался неподдельный интерес. Он не мигая смотрел в глаза Мине, иногда чуть наклонялся к ней, проявляя искреннее участие. Она вкратце рассказала ему о своем детстве и учебе, о работе бухгалтером, о том, что пять лет назад вышла замуж за человека, которого полюбила еще в школе, немного поведала о своей жизни в местном сообществе. Ответы эти носили общий характер, но позволяли обрисовать картину ее мира.

– Значит, у вас счастливая жизнь, да? – подвел итог Тео.

– Пожалуй, – не очень уверенно ответила Мина. – Не идеальная, но в целом… довольно счастливая.

Тео понял, что она не открыла ему всей правды. В ее голосе слышались нотки сожаления, но расспрашивать он не решился. Он удовольствуется тем, что она предложит.

– Мистер Тео, вы уже кому-то подарили портреты?

– Нет, подарю вам первой, дорогая моя. – Лицо его осветила широкая улыбка.

– Вот как? Что ж, я польщена. Но почему именно мне? Почему вы начали с моего портрета?

Тео кивнул, довольный тем, что между ними так скоро установилось доверие.

– Да, так почему именно вам? – Он задумчиво вздохнул. – По двум причинам. Когда я рассматривал рисунки на стене в кофейне и мне пришла в голову идея найти изображенных на них людей, я подумал, что надо выбрать самое доброе, самое приветливое лицо и первым подарить этот портрет. Я понятия не имел, как воспримут мою идею. И я спросил себя: кто из этих людей с наибольшей вероятностью не откажется ублажить старика с его нелепой затеей? Знаете, там много добрых лиц, но это, – Тео указал на завернутый портрет, затем – на саму Мину, – это – самое доброе из всех. Я надеялся начать с человека, который меня простит, если я совершаю ошибку. Это во-первых.

Мина силилась сохранять невозмутимость, но в глазах ее заблестели слезы. Самое доброе лицо из всех?

Все, что происходило сейчас, было для нее неожиданно: почтение, с которым этот старик говорил с ней, мягкость его голоса, великодушный отзыв о ней. «Неужели он действительно видит все это во мне?»