Аллегра Геллер – На языке огня (страница 11)

– Трикстер, – шепнул Алан, взявшись обеими руками за бокал. От прикосновения к холодному стеклу зуд стихал.

– Вижу, – ответила Хонер. – Давай позовем его и пообщаемся. Наверняка он что-то слышал о смерти… хм… коллег.

Алан кивнул, и что-то произошло. Кожа Хонер мягко засияла, в глазах вспыхнули искры, а запах лилий, удушливый запах смерти, вдруг стал похож на запах ландышей и весны. Алан моргнул, и сияние исчезло. Он хотел было задать вопрос, но Хонер взглядом показала на что-то за его спиной. Улыбающийся до ушей дилер катился к ним сквозь толпу.

– Чем могу помочь? – сказал он, завороженно глядя на Хонер.

– Действительно, чем?.. – протянула она.

Мужчина многозначительно вскинул брови, провел рукой по набриолиненным волосам и уставился на Хонер в ожидании продолжения.

– Ну, например, нам нужна уютная приватная комната, – подсказала она. – Где никто нас не услышит, чем бы мы ни занимались.

– О, с этим проблем нет! – Трикстер поднялся на цыпочки и пощелкал пальцами. Через пару секунд рядом с ним появилась миниатюрная девушка с алебастровой кожей и яркими, напитанными кровью губами.

– Четвертая свободна?

– Да, – ответила девушка и обернулась к Алану. – Давайте я вас провожу?

Хонер изящно спрыгнула со стула, взяла дилера под руку и улыбнулась ему.

Они зашли в кабинку, обитую бархатом. Внутри, несмотря на все старания кондиционера, сильно пахло сигаретным дымом. Девушка усадила Алана, тут же приземлилась ему на колени и прошептала на ухо:

– А спутница для тебя не старовата, сладкий?

Волоски на коже поднялись от воздушного потока, руки Алана заскользили от ее талии к бедрам, но интим разрушил голос Хонер:

– Дорогая, я моложе тебя лет на двести. Выметайся.

Девушка оскалилась, блеснула неоново-синими глазами суккуба и исчезла, захлопнув за собой дверь. В кабинете сразу стало значительно тише.

Дилер все еще пребывал в расслабленном состоянии, и Алан негромко заметил:

– Ты влезла в мозг мелкому трикстеру, хотя никакой угрозы не было. Это превышение полномочий.

– А ты посмотри на след.

Алан нахмурился и сосредоточился на трикстере, но признаков ментальной магии не увидел. Рядом с его собственными ногами трепетало сумеречное пламя, вокруг Хонер пушилось светлое сияние, но ничего больше.

– Хм, – сказал он. Комментарий Миры относительно Хонер, похоже, был обоснованным. Оказывается, можно влиять на сознание, не оставляя следов…

Хонер снова обратилась к дилеру:

– У тебя такая опасная профессия!

– Опасная… – повторил он. На его лбу выступили крупные капли пота. – Да, опасная. Некоторые клиенты бывают очень придирчивы: не тот, видите ли, эффект. Галлюциногенные грибы им подавай! А у меня товар – высшего качества, понимаешь? Не то, что в подворотнях!

– Не то, что в подворотнях?..

– А если я говорю, что не надо мешать с алкоголем, то это точно никто не слышит…

– Конечно, обидно, когда тебя никто не ценит, – поцокала языком Хонер. – А ты ведь поднялся с самых низов?

– Да, с самых дерьмовых портовых баров начинал. А теперь я уважаемый человек с уважаемым товаром, не то что эти…

– Не то, что эти? – эхом повторила Хонер.

Алан не вмешивался и старался прикинуться элементом интерьера. Дилер становился все эмоциональнее и потел все сильнее.

– Эти, человеческое отродье, на улицах. Разбавляют черти что черти чем, а потом продают. Тараканы проклятые!

– Верно, тараканы. Их и убивают, как тараканов. Хлоп! – Хонер тихонько коснулась стола. – И только мокрое место.

Трикстер вытер пот ладонью, потер влажными пальцами друг о друга и повеселел:

– И мокрое место! Ну точно! И мокрое место…

– А убивают только тех, кто на улицах торгует?

– Да, мелких сошек все. Раньше они бегали по всему порту, сейчас, пожалуй, между «Авантюрой» и «Черной курицей» стоят постоянно. Боятся. И правильно. Мокрое место.

– Мокрое место, – улыбнулась Хонер.

Технология, которую она использовала, была известна как «эхо-разговор». Просто повторяешь слова собеседника с вопросительной интонацией, и, если выбирать правильно, непременно найдешь золотую жилу. Не придумывай, ничего не поясняй сам – только спрашивай и демонстрируй искренний интерес. Все разумные существа любят говорить, если им это позволить. Единственное условие – они должны ощущать, что их слушают. Желательно – с восторгом.

– А тебе не страшно? – продолжила Хонер.

– Не, – замахал рукой дилер и снова вытер пот. – Я честный, под старейшиной хожу, мзду плачу… Отличная штука – следовать правилам.

– Ага, отличная, – согласилась Хонер. – А почему у «Черной курицы» не страшно?

– Там агентские тусят, – пожал плечами трикстер. Его внешность начала плавиться, как шоколад от огня: лоб стал больше, нос увеличивался и сползал к подбородку, который уже закрывал короткую шею. – Знаете же, как маги не любят, когда рядом кого-то убивают.

– О-о-о, да, – согласилась Хонер. Алану показалось, что в ее интонации стало слишком много сарказма. – Спасибо тебе большое. Так интересно поговорили!

Трикстер с трудом вытащил из-за стола свой живот и поднялся. К нему с каждой секундой возвращалась человеческая внешность. Похоже, общение с Хонер не проходило даром: он выглядел похудевшим.

Дилер залез во внутренний карман пиджака и положил на стол две ярко-розовые таблетки в пакетике.

– Это вам на пробу. Чтобы не скучать вдвоем. В подворотне такого не купишь!

– Пока-пока, – ласково сказала Хонер.

Трикстер засуетился и наконец покинул кабинет. Потерянные килограммы он быстро восстановит: в таких местах много эмоций, которыми питаются трикстеры. Страх, отчаяние, желание запретного… Трикстеры любили одиночек: делая вид, что помогают им, тащили на дно.

– А ты не могла сказать ему что-то вроде «иди и не греши»? – поинтересовался Алан. – Вроде, так хорошо поговорили, можно было и на путь истинный наставить.

– А вот это было бы нарушение правил. Применение магии на нейтральной территории, – сообщила Хонер. Она взяла пакетик с таблетками и покрутила в руках. – Не думаю, что у «Авантюры» безопасно. Скорее, твой Джерри еще до туда не добрался.

– Почему это «мой» Джерри? – возмутился Алан.

– Ну, потому что ты придумал ему имя Джерри. Я бы звала его Прессовщиком. У маньяков не должно быть человеческих имен.

Она бросила пакетик на стол и посмотрела на Алана:

– А ты можешь изящно спалить эту штуку?

Металл и какая-то химия. Лучше бы сразу сделать температуру под тысячу градусов, но сложно локализовать такое пламя на маленьком объекте без гальдрастава. Сложно – но не невозможно.

Пакетик вспыхнул и исчез.

– Круто, – сказала Хонер и провела рукой по поверхности стола, уголки ее губ оттянулись вниз, и она покивала с уважением.

– И никакого нарушения правил, замечу, – косо усмехнулся Алан.

– Ага, а все потому, что когда правила создавали, огненных элементалистов уже списали со счета. Кто бы мог подумать, что я такое увижу.

– Взаимно, – ответил он. – Пойдем? Я вызову такси.

На улице было темно. Не просто темно – небо заволокли тяжелые тучи, а освещение в районе порта никогда не было хорошим: местные власти просто не успевали менять разбитые лампы. Ветер раскачивал два декоративных фонаря у входа в заведение, и тени танцевали на стенах. Лицо Хонер постоянно менялось, и Алан отвел глаза.

– Я вот подумала, а полиция не хочет сюда наведаться?

– Ты же знаешь, трикстер просто отведет им глаза. – Алан неудачно вдохнул – очередной резкий порыв холодного ветра попал в нос и стек в горло, вызвав спазм.

– Ну, в ближайший вечер ему будет сложно, очень сложно это сделать.

Подъехало такси.