Аллан Кардек – Евангелие от Спиритизма. Редакция, составление, предисловие и приложение Йога Раманантаты. (страница 51)
Растрачивать своё состояние — это не значит отрекаться от благ земных, это только беспечность и небрежность; человек, хранитель богатств, не имеет права их разбрасывать так же, как и сберегать для своей только выгоды. Расточительность не есть щедрость, это часто только известный род эгоизма: бросающий золото полными горстями, чтобы удовлетворить фантазии, не даёт копейки, чтобы оказать услугу. Отречение от благ земных заключается в том, чтобы ценить богатство по его значению, уметь пользоваться им для других, а не для себя самого, не жертвовать ради него выгодами будущей жизни, терять его без ропота, если Богу угодно отнять его. Если, вследствие непредвиденных превратностей, вы станете вторым Иовом, то, как и он, скажите: "Господи! Ты мне дал; Ты же и отнял; да будет воля Твоя!". Вот истинное отречение. Будьте покорны, имейте веру в Того, Кто вам дал, отнял от вас и может снова вам возвратить; мужественно противостойте унынию, отчаянию, парализующим ваши силы, не забывайте никогда, что рядом с самым большим несчастьем, постигающим вас, Он даёт всегда утешение. Особенно же думайте о том, что есть богатство несравненно драгоценнее, чем земное, и эта мысль поможет вам отречься от этого последнего. Лёгкость, с которой отказываются от какого-нибудь предмета, делает потерю его нечувствительной. Человек, привязывающийся к земным благам, подобен ребёнку, видящему только настоящее; не придающий же им значения подобен взрослому, видящему предметы более важные, так как он понимает пророческие слова Спасителя: "Царство Моё не от мира сего!"
Господь вовсе не приказывает лишать себя того, чем владеешь, с целью довести себя до добровольного нищенства, так как тогда становишься в тягость обществу; поступать так, значило бы дурно понимать отречение от земных благ; это эгоизм другого рода, так как всё это — освобождение себя от ответственности, налагаемой богатством на обладающего им. Бог даёт богатство тому, кому желает, чтобы он расходовал его на пользу всем; богатый, значит, имеет определённую миссию, миссию, которую он может сделать прекрасной и плодотворной для себя. Устранять богатство, когда Бог вам его даёт, это значит отказываться от пользы, которую можно принести, распоряжаясь им умно. Уметь обходиться без богатства, если им не обладаешь, уметь употреблять его с пользой, если его имеешь, уметь жертвовать им, если нужно, это значит поступать согласно с предначертаниями Бога. Пусть же тот, на которого свалилось, как говорят, неожиданное счастье, воскликнет: "Боже мой! Ты посылаешь мне новую обязанность, дай же мне силы исполнить её согласно Твоей святой воле".
Вот, друзья мои, что я подразумевал, поучая вас отречению от благ земных; повторю вам вкратце: умейте довольствоваться малым. Если вы бедны, не завидуйте богатым, так как богатство не необходимо для счастья; если вы богаты, не забывайте, что эти богатства вам доверены и что в употреблении их вы должны будете дать отчёт, как по опеке. Не будьте неверным хранителем, допуская, чтобы богатства служили удовлетворению вашей гордыни и чувственности; не считайте себя вправе распоряжаться исключительно в свою пользу тем, что является только ссудой, а не подарком. Если вы не умеете отдавать долги, то вы не имеете более права просить, и помните, что дающий бедному, рассчитывается с долгом по отношению к Богу".
§ 250. Принцип, в силу которого человек является только хранителем богатства, коим Бог позволяет ему пользоваться при жизни, лишает ли его права передать своё состояние наследникам?
— "Человек может смело передать после смерти то, чем он пользовался при жизни, так как исполнение этого права всегда подчинено воле Бога, который может, если пожелает, помешать наследникам воспользоваться состоянием; вот почему мы видим, как расстраиваются имущества, кажущиеся вполне обеспеченными. Стало быть, желание человека сохранить состояние в своём роде бессильно, но это не лишает его права передать ссуду, полученную им, так как Бог отнимет её, если найдёт нужным".
Глава Семнадцатая
БУДЬТЕ СОВЕРШЕННЫ
Признаки совершенства — Человек добродетельный — Хорошие спириты — Притча о сеятеле — Долг — Добродетель — Высшие и низшие — Человек в свете — Заботьтесь о теле и о духе
Признаки совершенства
§ 251. А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас. Ибо, если вы будете любить любящих вас, какая вам награда? Не то же ли делают и мытари? И если вы приветствуете только братьев ваших, что особенного делаете? Не так же ли поступают и язычники? Итак, будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный. ("Еванг. от Матф"., гл. V, ст. 44, 46–48.)
§ 252. Так как Бог обладает бесконечным совершенством во всём, то и положение будьте совершенны, как Отец ваш Небесный совершенен, понятое буквально, допускает возможность достичь абсолютного совершенства. Если бы созданию дано было стать столь же совершенным, как и его Творец, то оно стало бы Ему равным, что совершенно недопустимо. Но люди, к которым обращался Иисус, и не могли придавать словам этим такого оттенка: Иисус ограничивается тем, что представляет им образец и говорит, что надо стараться достичь его.
Под этими словами, значит, надо подразумевать совершенство, относительно доступное человечеству и приближающее его к Божеству. В чём же заключается это совершенство? Иисус объясняет это словами: любить своих врагов, делать добро ненавидящим вас, молиться за обижающих вас. Этим он указывает, что суть совершенства — это милосердие в своём самом широком применении, так как оно заключает в себе все остальные добродетели.
Действительно, наблюдая результаты всех пороков и даже простых недостатков, надо признать, что все в большей или меньшей степени вредят милосердию, так как все они берут начало в эгоизме и гордыни, составляющих отрицание милосердия, и так как всё, чрезмерно возбуждающее чувство себялюбия, уничтожает или по меньшей мере ослабляет элементы истинного милосердия: доброжелательство, снисходительность, самоотвержение и самоотречение. Любовь к ближнему, до-ведённая до любви к врагам, не совместима ни с одним из недостатков, противоположных милосердию, и по этому самому служит всегда признаком большего или меньшего нравственного совершенства; отсюда следует, что степень совершенства согласуется со степенью этой любви. Вот почему Иисус, дав своим ученикам правила самого высокого милосердия, говорит им: будьте совершенны, как Отец ваш совершен.
Человек добродетельный
§ 253. Действительно добродетельным человеком является тот, кто применяет закон справедливости, любви и милосердия во всей чистоте. Проверяя собственные поступки своею совестью, он спрашивает себя, не нарушил ли он этого закона; не совершил ли зла; сделал ли всё добро, которое мог; не пренебрёг ли добровольно случаем быть полезным; не может ли кто-нибудь жаловаться на него; наконец, сделал ли другим всё то, чего сам желал бы от других для себя.
Добродетельный человек имеет веру в Бога, в Его доброту, правосудие и мудрость; он знает, что ничто не происходит без Его соизволения и во всём подчиняется Его воле. У него есть вера в будущее; вот почему он ставит блага духовные выше благ временных.
Он знает, что все превратности жизни, все страдания, все разочарования служат испытаниями или искуплениями, и он принимает их без ропота.
Человек, проникнутый чувством милосердия и любви к ближнему, делает добро ради добра, без надежды на отдачу, воздаёт добром за зло, защищает слабого против сильного и всегда жертвует своей выгодой ради справедливости.
Он находит удовлетворение в добрых деяниях, им совершаемых, в оказываемых услугах, в счастье других, им созданном, в осушаемых им слезах, в утешениях, даваемых огорчённым. Первым его побуждением является мысль о других, а не о себе, искание выгоды другого прежде, чем собственной. Эгоист же, наоборот, высчитывает выгоду и потерю от каждого великодушного поступка.
Он добр, человеколюбив и доброжелателен для всех без различия рас и верований, так как во всех он видит братьев.
Он уважает в каждом искреннее убеждение и не предаёт анафеме тех, кто не думает, как он.
При всех обстоятельствах милосердие руководит им; он говорит себе, что осуждающий другого недоброжелательными словами, задевающий чью-нибудь чувствительность своей гордыней и презрением, не останавливающийся перед мыслью причинить горе, даже самую ничтожную неприятность, при возможности не делать этого, не имеет достаточно любви к ближнему и не заслуживает снисходительности Бога.
В нём нет ни ненависти, ни злопамятства, ни мстительности: по примеру Иисуса он прощает и забывает обиды, а помнит только добро, так как знает, что ему простится так же, как он сам прощает.
Он снисходителен к слабостям других, так как знает, что сам нуждается в снисходительности, и помнит слова Христа: пусть тот, кто без греха, бросит в неё первый камень.
Он вовсе не находит удовольствия в выискивании недостатков у других и не ставит их на вид. Если необходимость вынуждает его, он ищет всегда хорошее, могущее заслонить дурное.