Аллаида Дюкова – Шантаж в цифрах (страница 8)

Войдя в спальню, выдержанную в том же стиле, Ришар внимательно огляделась. В центре – большая мягкая кровать, утопающая в коричневых подушках и покрывале. На фоне – зеленая стена, украшенная вертикальными деревянными панелями. Окно затянуто светлыми шторами, скрывающими вид, ради которого и была куплена эта квартира. Проведя босыми ногами по светло-бежевому ковру, женщина подошла к шкафу. Распахнув дверцы, она внимательно оглядела содержимое. Пара минут раздумий – и, наплевав на все варианты, Франческа сбросила с себя платье-футляр и чулки. Она дома, и ей не нужно прятаться за слоями одежды, чтобы почувствовать себя в безопасности. Оставшись в нижнем белье, она уверенно направилась из спальни.

Маленькая, но светлая кухня встретила ее все теми же оливковыми оттенками. В центре – обеденный стол, окруженный стульями с мягкими сиденьями разных оттенков зеленого и бежевого. Над столом – оригинальная подвесная лампа с абажуром из натуральных материалов. Франческе пришлось потрудиться, чтобы доставить ее сюда в целости. Сама кухня выполнена в современном стиле: нижние фасады – зеленые, верхние – из светлого дерева. Ришар редко готовила, поэтому не было нужды загромождать пространство. Несколько шкафов, встроенный винный шкаф, плита, холодильник и раковина. Кухня получилась уютной, стильной и умиротворенной. Пол, имитирующий мрамор, встретил босые ноги приятной прохладой.

Но главной гордостью этой квартиры был балкон, дверь в который находилась именно здесь. Уютная терраса с диваном, усыпанным бежевыми подушками и накрытым оливковым пледом. Перед диваном – круглый столик с вазой все тех же сухоцветов. Прикрыв глаза, Франческа откинулась на диван, полусонно оглядывая вид. Городской пейзаж, богатый зеленью и расположенный на берегу моря, – один из самых тщательно охраняемых секретов Неаполя. Этот жилой квартал, где она не задумываясь купила квартиру, простирается от моря до холмов, откуда открывается вид на залив, Везувий и набережную. Вечерами, когда набережная освещается теплым светом и доносятся звуки оживленного города, ей кажется, что она снова во Франции.

Теперь, когда она вернулась в свою обитель, время словно замедлило бег, давая возможность досконально воспроизвести события последних суток, проанализировать каждый мимолетный взгляд и оброненное слово. Как и обещала, едва забрезжил рассвет, она вызвала полицию, сухо продиктовала адрес и молча проводила взглядом уходящих гостей из проклятого особняка, словно выпроваживая кошмар. Леонардо, словно громом пораженный, утром объявил о смерти Дианы Каполла в оранжерее, мгновенно оборвав шквал невысказанных вопросов. Он пообещал, что как только отчет патологоанатомов прольет свет на произошедшее, он сам все сообщит. Сейчас же даже он пребывал в неведении. Франческа оценила его отчаянную попытку скрыть факт аллергии Дианы. Возможно, между ними и существовали тайны, но он старался сохранить ее имя чистым даже после смерти. Такое объяснение, казалось, удовлетворило всех, хотя Руссо и ворчал, словно старый медведь, о том, что Фарини что-то скрывает, возможно, сам приложил руку к кончине подруги. Леонардо в ответ лишь прорычал, что будь Диана такой же, как его пассия, он бы и дня не стал тратить на эту историю. Оставив свой номер и попросив Ришар связаться с ним после визита полиции, владелец холдинга одним из первых покинул особняк.

Первичная экспертиза подтвердила страшный диагноз: анафилактический шок. Асфиксия явилась лишь последствием, а не причиной. Офицер полиции, словно назойливый дятел, методично долбил ей в мозг вопросами о причинах ее нахождения здесь, о владельце дома и о том, почему из двух людей в этом доме один мертв, не давая и секунды собраться с мыслями. Ришар отвечала односложно, с ледяным спокойствием, которое, казалось, доводило представителя власти до белого каления. В конце концов, он сорвался на крик, грозясь запереть ее в участке, если она не объяснит мотивы своего присутствия.

Глубоко вздохнув, Франческа открыла крышку ноутбука, который, словно верный пес, ждал ее на круглом столике в компании одинокого бокала, и запустила чистый документ. Ей необходимо было сопоставить факты, и ничто не помогало лучше, чем систематизация информации, представленная перед глазами в четкой иерархии. Пальцы уверенно застучали по клавишам, а глаза следили за тем, как на экране вырисовывались графы: имена, отношения между участниками, отношение каждого к Летиции. Даже несмотря на то, что, судя по обрывкам разговоров, Фарини и Монца имели довольно тесную связь с ее сестрой, очевидно, это были разные периоды. Альберто не питал к ней никаких чувств, кроме влечения, а Леонардо, похоже, наоборот, был искренне влюблен. Но после смерти Летиции Фарини как-то подозрительно быстро переключился на Диану. Свернув вкладку, женщина погрузилась в поисковую систему, жадно просматривая новостные ленты. Леонардо и Диана появлялись вместе довольно часто, и их первое появление в свете произошло незадолго до трагической кончины ее сестры. Новость об открытии выставки, на которой они были запечатлены, датировалась двенадцатым мая, всего за два месяца до похорон. Летиция либо намеренно оборвала все связи, либо Фарини специально появлялся в обществе с другой женщиной, чтобы отвести от себя подозрения. Хотя, глядя на фотографии, Франческа не была уверена в последнем.

Ходить вокруг да около не имело смысла. Поднявшись на ноги, владелица журнала вернулась в прихожую, извлекла из брошенной на пуф сумочки телефон, который, к ее величайшему сожалению, не был принесен в жертву информационным богам прошлой ночью, и набрала номер Леонардо. Гудки довольно быстро сменились хриплым мужским голосом, выдававшим, что звонок безжалостно вырвал его из объятий сна. Где-то в глубине души Ришар почувствовала укол вины за это вторжение, и теперь не знала, с чего начать.

– Есть новости? – Леонардо, казалось, кожей чувствовал ее состояние, и потому нарушил молчание первым.

В ответ Франческа лишь тяжело выдохнула.

– Я только вернулась. По предварительному заключению, причиной смерти стал шок. Более точный отчет будет после вскрытия – тело увезли в ближайшую флорентийскую больницу. Номер следователя вышлю позже, не думаю, что мне удастся вытянуть из них что-то.

– Получилось убедительно объяснить, что ты там делала?

Женщина усмехнулась и вновь вышла на балкон. Опершись на ажурные кованые перила, она прижала телефон к уху. Порыв свежего морского ветра трепал темные кудри, заставляя зябко поежиться.

– Я сказала, что пишу книгу, и мне понадобилась консультация специалиста по генеалогии. Очевидно, в местной полиции не слишком сильны в этом, потому что поверили. – Ришар приходилось импровизировать – фразе «Нас заставили сюда приехать» офицер поверил бы еще меньше. А если бы и поверил, то сначала попытался бы повесить на нее убийство Каполла, а потом отправил в психушку. – Ее аллергия довольно редкая, ты уверен, что о ней больше никто не знал?

В трубке повисла долгая пауза. Леонардо, казалось, перебирал в уме возможные ответы, прежде чем сдаться. В линии прозвучал нервный смешок.

– Ты же видела флешку. Я вообще теперь не уверен, что знал ее на самом деле.

Голос мужчины стал бесцветным. Франческа понимала его. Все, что он знал о Диане, теперь казалось тщательно сконструированной ложью. Информация, вырвавшаяся наружу, выбила у него почву из-под ног. Он не знал, как с этим жить. Как принять тот факт, что женщина, с которой он был близок, за его спиной соблазняла студента? И, судя по записям, делала это с завидным постоянством и удовольствием. Он и сам не был святым, ему тоже было что скрывать. Но он считал, что за время, проведенное вместе, заслужил правды в глаза. Пусть бы призналась, что предпочла другого. Моложе на двенадцать лет? Он спокойно воспринимал свой тридцатник, это никак не ущемило бы его самолюбие. Он не стал бы устраивать сцен, уподобляясь ревнивому подростку. Он бы молча принял ее выбор. Но Диана предпочла скрыть это. Продолжала делить постель с ним и со студентом, перед которым испытывала… вину? Боже, о чем он думает? Никакая вина не заставит человека ложиться в постель против воли. Очевидно, Каполла этого хотела.

– Кроме тебя, мне больше не у кого это узнать. Я даже не знаю, есть ли у нее родственники.

– До знакомства с тобой я тоже не знал, были ли они у Летиции.

Франческа не смогла сдержать улыбки. Она долго думала, как перевести разговор в это русло, а Леонардо сам подтолкнул ее. Теперь у нее была веская причина продолжить диалог. Оторвавшись от перил, брюнетка вернулась к дивану. Мягкие подушки встретили ее теплом, приятно щекоча обнаженную кожу.

– Ты ведь спал с ней?

В ответ раздался смех. Тихий, усталый, но не лишенный едкого сарказма. Казалось, сам вопрос был неуместен и абсурден. На языке вертелось желание выложить Франческе всю правду о ее сестре. О том, что она сделала с ним и с другими. По каким головам шла к своей цели и скольким перешла дорогу. Но не сейчас. Сейчас Фарини все еще не был уверен, что прибытие Ришар никак не связано со всем этим.

– Ты удивишься, узнав список тех, с кем она спала. Поверь, он обширный, и я в нем далеко не последний.