Алла Щербакова – Проклятие Святой Софии (страница 2)

Дама и впрямь поражала обильными формами, а цветастое платье-балахон с глубоким декольте делало ее похожей на ведьму Урсулу из мультфильма Русалочка.

– Не жирная, друг мой, а бодипозитивная. Учись говорить оскорбительные вещи тактично! – назидательно заметил Эдуард.

В очередном городишке с звучным названием Нгокома водитель притормозил около обветшалого здания, в котором располагался местный магазинчик и вышел. К машине тут же ринулась ватага ребятни в возрасте от трех до десяти лет. Они окружили автомобиль со всех сторон и, заглядывая в окна, начали что-то лопотать. Один мальчик, самый старший по виду, молча остановился напротив двери, за которой сидел Эдуард, и поднял правую руку. Под болтающимися длинными рукавами его грязной рубахи мужчина не сразу заметил, что рука мальчика какая-то слишком уж короткая. И только когда тот задрал рукав, Эдуард с ужасом обнаружил, что под одеждой скрыта культя. Какой-то изверг отрубил ребенку руку чуть ниже локтя. За спиной раздался вздох, Глеб тоже увидел парнишку и теперь с ужасом взирал на него. Второй, здоровой рукой мальчик провел по стеклу и выставил ее ладонью вверх, с мольбой вглядываясь в лица мужчин.

– Господи ты боже ж мой, кто с ним такое сотворил? Это явно не медицинская ампутация, ты видел края культи? Какой-то мясник орудовал! И чего он хочет от нас? – Глеб никак не мог прийти в себя, его бормотание сливалось в голове Эдуарда в неясный гул.

– Денег, – раздался неожиданный ответ в переднего сиденья.

Джек опустил стекло и выставил руку из окна. Ребятня отпрянула от машины раньше, чем раздался выстрел. Мужчины синхронно вздрогнули, а Джек убрал пистолет обратно за ремень брюк. Люсинда спокойно смотрела в окно, словно происходящее было в порядке вещей, за всю дорогу она не сказала ни слова. Вернулся водитель с тремя бутылками воды и подал одну Глебу. Тот с благодарностью кивнул и припал к живительной жидкости, затем передал бутыль Эдуарду. Лишь когда они отъехали от магазинчика, Глеб внезапно осознал, что ответил им Джек по-английски, хотя между собой они говорили по-русски. Это открытие ему очень не понравилось, но мужчина предпочел сделать вид, что не обратил внимания на этот факт.

Магазинчик исчез за поворотом, детей словно сдуло ветром, лишь вялая от жары собака лениво проводила глазами автомобиль.

– Сколько нам еще ехать? – поинтересовался Эдуард.

– Не очень долго, – расплывчато ответил Джек.

Те же слова он произнес перед отъездом из аэропорта, а прошел уже час. Дорога казалась бесконечной, хорошо еще, что кондиционер в автомобиле работал на полную, иначе русским мужчинам пришлось бы туго.

«Не долго» в представлении Джека растянулось почти на три часа, и, когда они наконец прибыли в Бо, солнце почти скрылось за горизонтом. Город оказался вполне современным, по крайней мере тот район, через который они проезжали, правда в нем задерживаться не стали, а дальше потянулись унылые невразумительные постройки, будто жители сколотили свои убогие домишки из того, что было под рукой. Мимо проезжали моторикши, и Джек коротко пояснил:

– Кеке.

Женщины катили тачки, нагруженные разной всячиной, тащили на головах корзины. Вообще мало кто таскал вещи в руках, и Глебу было совершенно непонятно, как неустойчивая конструкция из двух, а то и более коробок или корзин удерживается на макушках. На замусоренных улицах продавали нехитрые товары, разложенные на деревянных мостках или просто на земле.

Миновав очередную улочку, машина выехала из города, и русские мужчины забеспокоились.

– Вы же сказали, мы едем в Бо! – воскликнул Глеб.

– Умару уже уехал из Бо, у него много дел, мы едем к нему, не волнуйтесь, – отозвался Джек.

Еще полчаса они провели в молчании, как вдруг водитель свернул с трассы, и автомобиль затрясся на ухабах. Эдуард успел заметить указатель, но труднопроизносимое название населенного пункта ни о чем ему не говорило. Дорожное покрытие здесь представляло собой мешанину кусков асфальта, булыжников и песка, густая растительность вмиг обступила их со всех сторон, ветви царапали гладкие бока машины.

Спустя десять минут тряски дорога более-менее выровнялась и расширилась, начали встречаться одиночные хижины, обмазанные глиной и покрытые тростником. Вскоре среди зеленой массы впереди появился просвет, и они выехали на берег реки.

– Река Сева, – прокомментировал Джек, – а вот и Умару!

Впереди высился дом, рядом с хижинами смотревшийся дворцом. Арочные окна и башенка на крыше придавали ему видимость постройки в викторианском стиле, но покосившийся сарай из гнилых досок, примостившийся сбоку, портил все впечатление. В дверях стоял, улыбаясь, высокий мужчина в черной рубашке и брюках, его кожа по цвету практически сливалась с одеждой, только глаза и белоснежные зубы резко выделялись на лице. Он легко сбежал со ступеней и направился к автомобилю.

Пассажиры вышли, влажная жара обрушилась на них, не давая вздохнуть. Наступил вечер, но температура воздуха и не думала падать. Глеб неловко пытался размять затекшие ноги и вытирал мгновенно выступивший пот, рубашка противно липла к телу. Он с завистью взглянул на друга, Эдик выглядел куда лучше, хоть долгий перелет и дорога до этого места вымотали и его. Зато Люсинда словно вовсе не ощущала зноя, она бодро направилась к дому и скрылась в дверях, кивнув Умару. За ней потянулись сопровождающие, угрюмый водитель вошел, а Джек задержался, что-то коротко сказав хозяину.

– Добрый вечер, – на прекрасном английском приветствовал гостей тот, к кому они так долго добирались.

Пожав друг другу руки, мужчины втроем вошли в дом, и гости вздохнули с облегчением: внутри работал кондиционер. Рассевшись вокруг стола в ротанговых креслах, они с наслаждением потягивали какой-то коктейль прозрачно-молочного цвета и невнятного вкуса, но он был холодным!

– Итак, для начала поужинаем, затем поговорим о делах. Сегодня вы мои гости, чувствуйте себя, как дома. Люсинда и Мари покажут вам комнаты, располагайтесь. Жду вас через час.

С этими словами Умару поднялся, и в тот же момент в комнату вошла женщина, похожая на Люсинду, как близнец. Приглядевшись, Эдуард понял, что их лица не особенно похожи, но фигура, цвет кожи, прическа, одежда практически идентичны. Видимо, это и была Мари, потому что она поманила Эдуарда и отвела его в спальню. Помещение оказалось крошечным, но достаточно удобным, а главное – там имелся душ и туалет, что было весьма кстати, мочевой пузырь давно напоминал о себе.

После ухода женщины он осуществил заветное желание и залез под душ. Вода оказалась противно-теплой и отдавала тиной, но Эдуард был рад и этому. После водных процедур Эдуард почувствовал такую усталость, что упал на кровать, не одеваясь, и прикрыл веки. Хотелось спать, но еще больше – есть. Им обещали ужин, но час, наверное, еще не прошел…

Стук в дверь вырвал его из дремоты. На пороге стояла восхитительная Мари, одетая на этот раз в слепяще-алую тунику. Эдуард вскочил, неловко пытаясь нащупать чистое белье в сумке, женщина терпеливо ждала, и не думая отворачиваться, пока он одевался. У них здесь принято врываться к голым гостям?

Кое-как натянув шорты с рубашкой, Эдуард в сопровождении красавицы спустился вниз, за тем же столом сидел Умару, Глеба еще не было. Мари куда-то исчезла, а африканец пригласил Эдуарда:

– Присядьте, сейчас подадут ужин, а пока расскажите, откуда вы узнали обо мне и моей компании.

– От Глеба, моего друга, – растерянно ответил Эдуард.

– А он?

– У него есть какие-то знакомые, которые сотрудничают с вами. Или раньше сотрудничали. Да он вам, наверное, говорил? Вы же с ним договаривались и списывались, я просто хочу в долю.

Послышались легкие шаги, и вошла Люсинда. Она что-то сказала Умару, тот довольно улыбнулся и обратился к Эдуарду:

– Ваш друг скоро придет, а пока попробуйте арахисовый суп и стью.

С недоумением осмотрев пустой стол, Эдуард собрался поинтересоваться, где же эти неведомые блюда, как вошла Мари с подносом, источающим дивные ароматы. Она расставила тарелки и ушла, вскоре вернувшись с новой порцией еды. На этот раз это оказались фрукты, часть из которых Эдуард опознать не смог. Он взял банан, показавшийся ему наиболее безопасным. На вкус плод оказался куда насыщеннее, чем купленный в России.

Арахисовый суп Эдуарду не особенно понравился, сладковато-острый, без мяса, он скорее напоминал какой-то соус.

– А это что? – прежде, чем пробовать второе блюдо, он решил уточнить, съедобно ли оно.

– Стью. Рагу из овощей, маниоки и козлятины. Пробуйте, очень вкусно.

В дверях появился Глеб и направился к столу, Мари тут же внесла порцию еды для нового гостя. Рагу оказалось вполне съедобным, несмотря на непривычный состав, но голодные мужчины решили не капризничать, и подчистую уничтожили по две порции, запивая имбирным пивом.

– Есть виски, коньяк. Водка. – хозяин сделал знак Мари, и та скрылась за дверью.

– Что же ты раньше молчал, – пробормотал себе под нос по-русски Эдуард.

После первого бокала коньяка Умару пригласил мужчин в кабинет. Так гордо именовалась комната с крошечным окном, столом и двумя диванами. Глеб с Эдуардом подобрались, наконец-то Умару перешел к делу!

– А ты что так долго не спускался? – шепнул Эдуард товарищу, пока они шли за хозяином.