Алла Щербакова – Ищи её на Чёртовом кладбище (страница 5)
Черт, он ведь убъет невинного человека! Андрей вскочил и нанес Смирчуку резкий удар в шею ребром ладони. Обмякшее тело рухнуло на ковер. Хрипящий лысый мужчина, стоя на коленях, хватался за горло, а Риана тоненько скулила возле окна.
– Давайте сгрузим его что ли на диван, – предложил Андрей ошарашенной домоправительнице, указывая на Смирчука.
Та наконец захлопнула рот и без малейшего напряга подняла шефа подмышки и уложила на диване, зачем-то накрыла пледом до подбородка.
– Он живой? – с сомнением спросила она.
– Через пару минут очнется, – успокоил Андрей.
– Да вы мастер! – уважительно проговорила домоправительница.
Риана на дрожащих ногах подошла к лежащему без сознания мужу и присела возле него.
– Рома, – позвала она.
Под глазом у нее расплывался синяк, на ковре валялась вырванная прядь волос. На пороге переминался лысый.
– Вам лучше уйти, – посоветовал Андрей, – обращаясь одновременно к нему и Риане.
– Стоять.
Все замерли, как по команде. Смирчук приподнялся и с ненавистью уставился на Андрея. Риана встала и попятилась.
– Какого хера ты влез? Тебя просили?
– Вы неверно поняли ситуацию. Этот человек – ваш потенциальный деловой партнер. Риана Арнольдовна собиралась познакомить его с вами сегодня.
Слова «любовник» и «измена» Андрей благоразумно не стал употреблять, хотя в эту минуту Смирчук вряд ли вообще понимал смысл человеческой речи. Бешенство никуда не делось, оно окутывало шефа ореолом, как магнитное поле. Казалось, прикоснись, к нему, и полетят искры. Андрей пожалел, что у него нет с собой транквилизатора. Всадить бы ампулу в шею Смирчуку!
Помолчав, Смирчук смиренно ответил.
– Конечно. Я понял. Партнер. Рианочка, помоги мне встать.
«Нет!» Андрей не успел даже крикнуть. Смирчук вскочил с дивана, словно подброшенный батутом, и набросился на жену. Он успел ударить ее всего два раза, Риана упала, рука ее вывернулась под очень неудобным углом, изо рта стекала струйка крови.
Это явный перебор! Ведь Смирчук явно понял, что жена не виновата. И все равно измордовал ее. Как же, ведь уже настроился на драку. Что зря задору пропадать!
Андрей подлетел к шефу, развернул его и со всей силы впечатал кулак в перекошенную рожу. А потом еще раз. И еще. Это подействует лучше фармы!
Смирчук осел на пол, схаркнул кровь на ковер и поднял глаза на Андрея.
– Много на себя берешь…
– Ты придурок, – членораздельно, чтобы дошло, проговорил Андрей, – безмозглое говно, твоя жена беременна. От тебя. Хотя на ее месте я бы сделал аборт. И это не любовник.
Лысый мужик, сжавшийся в углу гостиной, поднял голову.
– Риана Арнольдовна хотела тебе, говнюку, помочь. Нашла выход на поставщика золота из Индии.
– Индия? – тупо переспросил шеф и тяжело поднялся. Налитые кровью глаза остановились на лысине гостя.
Достав из бара бутылку Курвуазье, Смирчук налил полный стакан и выпил, утер рот рукавом, размазав кровь. Исподлобья взглянул на Андрея.
– Вали отсюда. Навсегда. И скажи спасибо, что живым уйдешь. А ты, – он наставил палец на лысого, – выпьешь со мной. За эту вон! За беременную жену!
Он засмеялся, икая и кашляя одновременно. Андрей давно подозревал у шефа расстройство личности. Но теперь он засомневался. Никакое это не расстройство. Самая настоящая шиза. Но агрессия сейчас пошла на убыль, можно спокойно оставить Риану в одном доме с мужем.
Перед уходом он уложил стонущую женщину на диван, где до нее валялся Смирчук и накрыл тем же пледом. Погладив ее по волосам, Андрей вызвал скорую, предупредил домоправительницу. Подумал было, что стоит позвонить еще 02, но глянул в сторону кухни и передумал. Там уже бывший шеф с расквашенной рожей опрокидывал в себя полный стакан коньяка. Полупустая бутылка стояла на полу, на столе валялись три куска хлеба. Лысый сидел напротив, уронив голову на руки. Сцена напоминала пир алкашей на помойке.
Пусть Риана сама решает, сообщать ли в полицию о побоях. Впрочем, это наверняка сделает врач скорой.
Вроде бы все. А, ключи от Майбаха. Небрежно швырнув их на стол, Андрей вышел и вдохнул прозрачный вечерний воздух. С набережной доносились веселые голоса, тянуло сыростью. В голове все еще звенело от злости. Надо пройтись.
И все же стало немного легче от того, что он высказал придурку-Смирчуку все, что о нем думает. Как груз с души упал!
Народ, шедший навстречу, расступался, словно отталкиваемый невидимым электрическим полем. После сегодняшнего дня тянуло только в одно место. Бар. Желательно многолюдный, с орущей музыкой и отвратительной кухней, чтобы заглушить душевное настроение.
Тут же внимание Андрея привлекла моргающая вывеска «Поющая килька». Караоке вполне подойдет, известные песни в исполнении нетрезвых людей с отсутствием вокальных данных. То, что надо!
Телефон затрезвонил совсем некстати. Номер незнакомый… Наверное, опять предложение взять кредит, погасить долги или пройти курс депиляции, первый сеанс бесплатно. Но в трубке прозвучал хорошо поставленный женский голос:
– Алло! Андрей? Это Мила, то есть Людмила. Администратор из клиники.
Он резко остановился на пороге заведения. Так еще лучше! Для этого вечера найдутся более приятные занятия.
И… перезагрузка
Предпочитаю быть пять минут трусом, чем всю жизнь – трупом.
Лев Ландау
От нехватки воздуха побелело в глазах. Андрей силился вдохнуть, но горло словно сжалось, в голове гулко отдавался пульс. Невозможно было пошевелить даже пальцем, тело не слушалось, словно больше не принадлежало ему.
В какое-то мгновение спазм исчез, и он шумно вздохнул, резко сев на кровати.
– Как ты меня напугал! – раздалось из-под одеяла, – с тобой все нормально?
Показалась взлохмаченная голова Милы, она протирала глаза. В темноте ее волосы казались совершенно белыми, словно светящимися.
– Я в порядке, – пытаясь отдышаться ответил Андрей, – просто плохой сон.
«Просто плохой сон!» – повторил он про себя, снова откинувшись на подушку. Если бы все, что с ним случилось, действительно было сновидением! Может, действительно стоит сходить к психологу? Или как его там… психотерапевту. Вдруг поможет? Мальвина совсем недавно упоминала, что ее бывший ухажер художник Фалолей ходит к какому-то супер-мега-крутому спецу, чудодейственному мастеру-мозгоправу. Хотя, Фалолею вряд ли кто-то поможет, медицина в его случае бессильна. Чего только стоит его последняя выходка, когда он заявился к ним домой голым! В парадной что ли разделся? Ну, Мальвина любит эпатажных поклонников…
Незаметно подкрался сон, мысли растворились, словно капли акварельной краски в прозрачной воде. Тихое сопение девушки, лежащей рядом, капающий кран в ванной, все навевало дремоту. Сердце замедлило свой бешеный галоп, и… резко наступило утро. Солнечный лучик щекотал веки, и Андрей едва смог открыть глаза. Вот его рубануло! Уже почти одиннадцать.
Он повернул голову, девушка испарилась. И к лучшему, кормить ее завтраком, слушать болтовню и вызывать такси не хотелось.
Какое сегодня число? Конец года, срок подошел. В приложении банка Андрей открыл вкладку с платежами и зашел в шаблоны операций. Тридцать девять шаблонов. Каждый на сто тысяч рублей. По очереди он стал отправлять деньги, с каждым разом смехотворность суммы неприятно покалывала. Что такое сто тысяч за смерть сына? Семенов, Казаркин, Шмелькин, Карасев, Малдин, Иванов, Гришин… Если бы он мог, отправлял бы больше.
Пару раз платежи возвращались назад, получатели не принимали деньги, считая это каким-то мошенничеством. Андрей через некоторое время отправлял снова. Наконец, список подошел к концу. «Баланс карты 16752,39 рублей» – пискнуло последнее уведомление. Вот и хорошо. Денег хватило.
– Проснулся? – в дверь просунулась голова Мальвины, – девица твоя свинтила, так что вставай смело.
– Ммм… Щас…
– Тебе разве на работу не надо? Скоро обед, а ты все дрыхнешь!
Андрей сел на кровати и потер ноющую кисть.
– Мне теперь никуда не надо. Я официально безработный. Все расспросы потом, – предупредил он, видя зажегшееся любопытство в глазах женщины, – свари кофейку что ли…
Проигнорировав его слова, Мальвина просочилась в комнату целиком, и в глазах у Андрея заплясали искры. Сегодня на ней красовались ярко-синие джинсы со стразами, дико сверкающими на солнце, и какая-то летящая блузка. Халатов и тапочек Мальвина не признавала, считая их нарядом старух. В свои почти пятьдесят она иногда одевалась как подросток. И странным образом ей это шло!
– Шикарно! Надо помочь кое-кому, – Мальвина уселась на диван и сложила руки на груди в умоляющем жесте.
Еще лучше! «Помочь кое-кому» в ее устах обычно означало «сделать что-то бесплатно для нужд великого господина адвоката Бережковского».
– Опять кошку с рыжим пятном искать? Или нарядиться в желтые штаны, как дурак? Знаешь, даже для такой любимой родственницы, как ты, я не готов больше строить из себя дебила.
– Это было для алиби клиента! А кошка определенного окраса – это вообще гениальная задумка. Ветеринары ведь обычно не запоминают хозяев, а вот животных – да. И ты гениально изобразил эксцентричного немецкого туриста, босс был очень доволен! Когда тебе понадобится адвокат, лучше Бережковского не найдешь.
А что, вполне может быть такое. Если Смирчук надумает мстить…
– Боюсь, сейчас расценки вашего гениального адвоката мне не по карману. Зарплата должна была быть завтра. Кстати, не одолжишь пару штук?