Алла Раимбекова – Стрела Агды (страница 2)
Но у переезда был и положительный момент: путь до работы сократился до пары километров, и Инна могла идти пешком, вдыхая утренний холодный воздух города, который бодрил лучше любого кофе.
Первые низкие лучи солнца разрезали туман и ложились полосами на мокрый асфальт. Инна плотнее закуталась в длинный шерстяной шарф и ускорила шаг, каблуками отмеряя тротуар, скользкий от росы и редких осенних луж.
Люди спешили, не поднимая глаз, мешали друг другу на узких дорожках, торопливо перебирая ногами и размахивая яркими пакетами.
— Отстаньте, шпана мелкая!
— Дед заткнись, хуже будет!
У перекрёстка толпа вдруг сомкнулась плотнее. Инна ускорила шаг и молнией вынырнула из людского потока к источнику криков, дёрнутая за внутренний нерв, натянутый уже не первый месяц.
У облезлого газетного киоска старик прижимал к груди свежую стопку газет, а двое подростков пытались вырвать из его рук пару пачек сигарет. Один шипел, другой, пониже, с острым подбородком, дерзко толкнул старика плечом. Тот едва удержался на ногах. Инна уловила нервный шелест голосов в толпе, но никто не вмешивался. Все делали вид, что очень заняты своим утром. Инна почувствовала, как по спине проходит тонкая струйка злости.
— Эй! — её голос легко разрезал уличный гул.
Мальчишки замерли. Их лица на миг стали плоскими, хищными.
— Тёть, шла бы ты!
Инна шагнула ближе. Внутри кармана пальцы уже коснулись металла. Она достала значок, и холод блеснул в влажном воздухе.
— Следственный комитет. Немедленно отпустили.
Старший ухмыльнулся, но уголок губ дрогнул. Взгляд у него стал стеклянным, как у дворовой собаки, решившей не связываться со слишком уверенным человеком. Он бросил добычу и рванул прочь, второй метнулся следом, оглядываясь, ожидая, что Инна бросится за ними.
Она не стала. Эти двое всё равно исчезнут в переулке, где утренний туман подбирается к стенам и жмётся к мусорным бакам.
Она запомнила их лица. Она невольно запоминала всех, кто мелькал на периферии её дел: подростков, женщин с усталыми взглядами, мужчин, которые ещё вчера работали на станках, а сегодня стояли в очередях за гуманитаркой.
Она прекрасно понимала, что виновата система, что мальчишки — не прирождённые хищники, а люди, которых выдавило из нормальной жизни: закрытые цеха, пустые заводские дворы, откуда ушли начальники и сбережения, школы, не успевшие вернуть порядок, отцы с продавленным взглядом и бутылкой вместо совета. Эти улицы кормят и одновременно ломают людей, и для многих мелкая кража это просто способ пережить утро.
— Всё на людях делается, — выдохнул дед, тяжело опускаясь на складной стул у киоска.
Левый рукав его куртки был разорван, под тонкой кожей дрожали напряжённые жилы. Он подобрал мятую пачку сигарет и попытался выровнять край.
— Никому дела нет. А раньше как-то… не позволяли.
Инна молча кивнула. В его словах не было тоски по «былым временам», о которых принято сегодня вздыхать; скорее усталость от того, что право на спокойное утро теперь приходится выбивать каждым таким вмешательством.
Убедившись, что старик цел и невредим, Инна шагнула назад, к бесконечному потоку людей. Ветер играл с краями шарфа и пальто, а Инна ловила на себе взгляды случайных прохожих, но ей это было совершенно не важно — её больше раздражала несправедливость, ставшая нормой жизни, чем назойливые взгляды посторонних. И чем ближе был отдел, тем отчётливее в ней крепло желание докопаться до правды в своём деле. Хотя бы там вернуть миру немного порядка, которого он так отчаянно просил.
— Инка, смотри, что творится! Новенький ваш, всю кучу мне разнёс, теперь опять всё собирать!— баб Тоня махала метлой, сердито стряхивая с неё последние остатки росы.
Инна подошла к воротам и улыбнулась:
— Баб Тонь, а Игорь Николаевич уже приехал?
— Не видала с утра. Только этого вашего… как его… — она махнула рукой в сторону двери.—Наехал машиной своей, торопился так! А я всё утро мету.
Инна невольно приподняла бровь. Новенький… Андрей кажется. Не приятный экземпляр. В глаза бросалась какая-то чрезмерная уверенность, которая раздражала. Слишком ровный голос и слишком прямой взгляд. И отчего-то хотелось сразу держать дистанцию.
В этот момент из здания выбежал сам Андрей. Он оглянулся и заметив бабу Тоню улыбнулся:
— Прошу прощения… — пафосно произнёс, протягивая ей шоколадную конфетку.
Баб Тоня, не раздумывая, накинулась на него с размахом:
— Ты меня с утра чуть с ума не свёл, а теперь конфетка?!
Андрей не смутился, слегка поклонился, пытаясь выйти из поля её атаки и бросил взгляд на Инну:
— Привет, Аня.
— Я Инна, — сухо ответила она, немного отступив в сторону.
Андрей словно и не заметил её тона. Он быстро подмигнул и лёгким движением кинул Инне вторую конфетку. Та описала дугу в холодном воздухе и Инна на автомате поймала её, внутри тут же кольнуло раздражающее чувство, что она стала соучастницей дешёвого трюка.
Андрей направился к машине. Старый тёмный опель кашлянул мотором, урча, как сонный пёс. Он захлопнул дверь, бросил ещё один взгляд в сторону Инны и коротко моргнул ей дальним светом. Затем рванул с места и укатил по двору, оставив на асфальте полоску влажных листьев.
Инна спрятала конфету в карман и быстрым шагом направилась в здание. Шум двора сразу оборвался, в фойе было тихо. За столом у проходной сидел дежурный капитан Рыжков. Он медленно поднял глаза от газеты.
— Опять вы, Инна Эдуардовна, как штык, — пробурчал он, переворачивая страницу. — Время только семь сорок пять, нормальные люди в такое время ещё спят.
— Виктор Борисыч, ну давайте сделаем вид, что мы с вами тоже нормальные люди?
— А хотите кофе? Ещё горячий.— отозвался он и кивнул на термос у своих ног.
— Боюсь, не доживу до обеда после вашего кофе, — легонько усмехнулась она и пошла дальше, стараясь стряхнуть остатки раздражения.
Пара сотрудников уже была на местах: бухгалтерша Людмила раскладывала папки, слушая тихие новости в маленьком приёмнике, а молодой оперативник Лёша пытался починить скрипучий стул, встретив Инну виноватой улыбкой.
Она лишь кивнула и свернула к кабинету Игоря Николаевича.
Дверь оказалась закрыта. Инна прижала ладонь к холодной ручке, немного подумала и вздохнула. Конечно, его ещё не было. Инна оглянулась на пустой коридор и направилась в свой кабинет, готовясь разобрать бумаги, которые перед выходными отложила «на минуту».
К полудню появился Игорь Николаевич. Инна ждала его с лёгким волнением. Он прошёл мимо сотрудников, коротко кивнув Людмиле и Лёше, и тихо позвал её:
— Сафонова, пройдём ко мне.
Она быстро последовала за ним в кабинет. Дверь закрылась и Игорь Николаевич, не теряя привычной строгости, сел за стол, пригласив Инну к креслу напротив. Он разложил перед ней несколько карт и схем, указал на пометки, оставленные предыдущими проверками.
— Слушай внимательно, — перешёл он сразу к делу,— Ты остановишься в посёлке Тура. Небольшое, тихое место, но с местными жителями лучше не спорить. Я договорился с хозяином небольшого гостевого дома, тебе выделена комната на втором этаже. Всё просто: ключ оставят на стойке, имя на брони записано.
Игорь Николаевич слегка наклонился к карте, взглядом окидывая её лицо и замечая как приподнимаются её брови, как она кивает, это позволяло ему понять, что информация усвоена.
— Связь держи через стационарный телефон в доме, — продолжил он, — Просто звони, отмечай, что всё в порядке. Подробности не передавай: разговор могут прослушивать. Для серьёзного доклада используем проверенный канал — через районный центр либо короткие радиосообщения.
Он посмотрел на неё серьёзно.
— Здесь дороги размыты, —продолжил, возвращаясь к карте,—проехать можно только на УАЗе, который тебе выделили, с водителем. А здесь стоят местные, с которыми придётся говорить осторожно. Запомни: тайга скрывает не только деревья. Люди тоже бывают непредсказуемы.
Инна кивала, прослеживая линии на карте и стараясь удерживать все детали в голове. Она прекрасно понимала, что каждая мелочь здесь как кусочек пазла, который нельзя упустить.
— Важно, — продолжал Игорь Николаевич, — сохранять видимость обычной проверки. Не привлекай лишнего внимания.
Инна сделала пометки в блокноте, она уже мысленно прокладывала маршруты, продумывала возможные контакты и способы добраться до самых труднодоступных мест.
Игорь Николаевич встал со своего места, подошёл к креслу Инны и присел на край стола рядом с ней.
— И самое главное. Сафонова, если почувствуешь угрозу или что-то пойдёт не по плану, сразу сообщай.
— Хорошо, — сказала она наконец. — Я всё учту.
Игорь Николаевич слегка откинулся на стол, скрестив руки, и внимательно посмотрел на Инну.
— Ещё одно. С тобой поедет Андрей Самойлов, — сказал он спокойно, оценивая её реакцию. — Он поможет на месте, особенно с местными и транспортом. Считай его твоей опорой, но помни: всё, что касается проверок и контактов, решаешь ты.
— Новенький? — Инна опешила. — Я его совсем не знаю.
— Там и познакомитесь, — быстро ответил он.
— Но почему именно он? — настороженно спросила она.
— Круг тех, кому можно доверять, стал очень узким, — Игорь Николаевич упёрся ладонями в стол, фиксируя положение. — Самойлов не связан ни с местной администрацией, ни с теми, кто сидит в коммерции. Я его проверил. Он пришёл из другого ведомства, и его не успели «пригреть». Это делает его подходящим человеком.