Алла Нестерова – Жена по расчёту (страница 3)

Внутри дом был именно таким, каким я его представляла: уютный, тёплый, с вышитыми занавесками, самоткаными половиками и старинной иконой в углу. На стенах – фотографии. Молодые баба Зина с дедом, их сыновья, внуки… И маленький Костя – пухлый карапуз с озорными глазами и растрёпанной чёлкой.

Баба Зина заметила мой взгляд и просияла:

– Вот, – баба Зина заметила мой взгляд, – наш Костя в три годика. Такой шалун был! Помню, залез однажды на яблоню, а слезть боится… Плачет, ножки свесил. Я чуть не поседела раньше времени!

– Бабушка, не надо, – Костя покраснел.

– А что такого? Пусть Ирочка знает, за кого замуж вышла! – Она подмигнула мне. – Расскажу потом, как он в пять лет решил курам крылья подстричь, чтоб не летали.

Я рассмеялась, представив маленького Костю с ножницами в руках.

– Обязательно расскажите!

Мы сели за стол, накрытый с деревенским размахом: борщ со сметаной, котлеты, солёные огурчики, квашеная капуста, пироги с картошкой, с капустой, с яблоками… Я смотрела на это изобилие и понимала – отказываться нельзя.

– Ирочка, а ты кем работаешь? – спросила баба Зина, накладывая мне третью котлету, несмотря на мои слабые протесты.

– Дизайнером. Мы вместе с Костей работаем, у нас небольшая фирма, зато своя.

– Вот и хорошо! Вместе работаете, вместе домой. Правильно! А то знаешь, как бывает – он туда, она сюда, и начинаются всякие…

Она осеклась, и я невольно вспомнила утренний звонок. Василиса. «Котик». Я постаралась отогнать эти мысли, но они липли, как репейник.

– Бабушка, а как у вас с урожаем в этом году? – Костя явно пытался сменить тему.

– Ой, не спрашивай! Жара такая, помидоры все поспели разом. Завтра будем закатывать, Ира, поможешь?

– Конечно, – я улыбнулась.

– Вот и славно! А ты, Костя, с Толей в сарай сходите, он тебе новый верстак покажет. Да, надо ещё забор подлатать, совсем завалился.

Дядя Толя кивнул и впервые за обед заговорил:

– После обеда пойдём. И насос посмотрим, что-то барахлит.

Разговор потёк своим чередом – про огород, про соседей, про то, как в прошлом году град весь урожай побил. Я слушала, кивала, отвечала на вопросы, но мысли то и дело возвращались к утреннему инциденту.

Почему Костя так побледнел, увидев, кто звонит? Почему хотел сразу сбросить? И эта запись в телефоне – «Васька» … Слишком фамильярно для просто сотрудницы. Никогда до этого, я не видела, как она записана в телефоне мужа. И не припомню, чтобы она ему хоть раз звонила.

– Ириша, ты чего призадумалась? – Баба Зина смотрела на меня с беспокойством. – Устала с дороги?

– Немного, – я встряхнулась. – Но борщ потрясающий! Научите готовить такой же?

– Ой, милая, конечно, научу! Секрет в том, что свёклу надо отдельно тушить, с уксусом…

Она увлечённо начала рассказывать рецепт, а я старалась сосредоточиться на её словах. В конце концов, Василиса объяснила всё. Перепутала контакты. Бывает. У неё есть любовник Кирилл, которого она зовёт Котиком.

Но червячок сомнения уже поселился где-то глубоко внутри и грыз, грыз, грыз…

После обеда мужчины ушли в сарай, а мы с бабой Зиной остались на кухне. Она мыла посуду, я вытирала, и на какое-то время повисла уютная тишина.

– Хороший у тебя муж, – сказала она вдруг. – Костя у нас добрый, работящий. Только…

Она замолчала, и я напряглась.

– Что только?

– Да так, к слову, пришлось. Мужики, они все… Им глаз да глаз нужен. Но ты не переживай! Костя не из таких. Он если полюбит, то навсегда. Как и дед его. Муж меня всю жизнь любил, других женщин и не видел. У меня оба сына в него, тоже однолюбы, старший мой, Алексей, отец Кости всю жизнь любил одну женщину, маму его, Наталью, а Толя.... Эх! Не сложилось у них. Она другого предпочла, и ведь сама замуж не вышла, ребёнка родила, одна воспитывала. Ну а Толя всю жизнь бобылём живёт, никого не видит вокруг. Так и не женился, детей не родил. Оставил меня без внуков. Только Костя у меня и есть, одна радость на старости лет.

Баба Зина, ушла в комнату и оттуда сказала:

– Ты, Ира, иди приляг, отдохни, постелила вам. Знаю я, как на вас городских свежий воздух действует. А я пока пойду в огород, прополоть грядки надо, а вечером покажу тебе наше хозяйство, да и полить мне поможешь в парниках.

Я кивнула, стараясь выглядеть спокойной. Но слова бабы Зины только добавили масла в огонь моих сомнений. Прошла в комнату, там было прохладно – большая кровать, с кованным замысловатым узором изголовьем кровати, железной решёткой на которой лежал матрас и железными ножками, окно, задёрнутое кружевным тюлем, быстро разделась, легла с наслаждением вытянулась на хрустящих простынях и не заметив, как, уснула.

Проснулась я, когда солнце начало клониться к закату, посмотрела на часы, девятый час, вышла во двор. Костя с дядей Толей всё ещё возились около забора, то и дело раздавался стук молотка, а баба Зина ходила с лейкой, увидев меня, сказала:

–Долго же ты спала. Я уже почти всё полила, пойдём со мной, покажу тебе моё хозяйство, а потом ты мне поможешь полить оставшиеся грядки. – и повела меня показывать пристройки – кур, грядки, яблони.

Вручив мне лейку, баба Зина сказала:

– Там осталось пять грядок. – и она махнула рукой, показывая в глубь огорода. – А я пойду пока на ужин, что-нибудь соберу. Скромненько посидим.

Я взяла лейку и направилась к бочке с водой. Воздух здесь был совсем другой – свежий, пахнущий травой и цветами. Никакого городского смога, никакой суеты.

Вот бы здесь остаться подольше, – подумала я, зачерпывая воду. Отпустить все тревоги. Забыть про тот дурацкий звонок. Просто жить.

Я глубоко вдохнула, зачерпнула воды из бочки и пытаясь отпустить все тревоги, направилась к грядкам.

Глава 4

Я подошла к Косте, когда закончила поливать огород. Он стоял у забора – весь взмокший, с голым торсом, молоток в руке. Волосы прилипли ко лбу, и я невольно залюбовалась. Мой муж. Красивый, сильный, мой.

– Ну что, строители? – я улыбнулась. – Скоро закончите?

Костя обернулся и просиял:

– Иринка! Выспалась? Мы тут почти всё сделали. Смотри, какой забор теперь!

Он гордо показал на свежеокрашенные доски. Дядя Толя молча собирал инструменты. Я попыталась завязать с ним разговор:

– Дядя Толя, а вы всему этому Костю в детстве учили?

Он поднял на меня взгляд, кивнул и коротко ответил:

– Учил.

И снова занялся своим делом. Я поняла, что больше из него слова не вытянешь.

– Ужинать! – раздался голос бабы Зины. – Мужики, мойтесь и за стол!

Пока Костя и дядя Толя приводили себя в порядок, я помогла бабе Зине накрыть во дворе, стол стоял под старой грушей – она решила, что в такой вечер грех сидеть в доме. На столе снова было царское изобилие: холодец, который, оказывается, дядя Толя больше всего любит, жареная картошка с луком, малосольные огурчики, помидоры прямо с куста, сало с чесноком, черный хлеб, квашеная капуста с клюквой, и ещё какие-то соленья в банках.

– А это что? – я показала на тарелку с чем-то незнакомым.

– Грибы маринованные, маслята. В этом году собирали, – баба Зина гордо поставила в центр стола пузатую бутылку. – А вот это – наша гордость! Самогон домашний, на травах настоянный. Толя делает, лучше любой водки!

Мужчины вернулись – умытые, переодетые, довольные собой. Костя сел рядом со мной и незаметно сжал мою руку под столом.

– За встречу! – баба Зина разлила самогон по рюмкам. – И за то, чтобы почаще приезжали!

Все подняли рюмки. Я покачала головой:

– Спасибо, я не буду. Не пью, совсем ничего не пью и никогда.

– Ну что ты, Иринка, – сказал Костя. – Абсолютно чистый продукт, не отравишься, попробуй.

– Всё равно пить не буду. – я улыбнулась. – Мне и так хорошо. Простите дядя Толя.

Повернувшись к нему, сказала я. Он, ничего не сказав, молча кивнул.

Баба Зина понимающе кивнула:

– Правильно, милая. Не пьёшь – и не надо. Вот молоко парное или морс?

– Морс, пожалуйста.

Мужчины выпили, крякнули, закусили огурчиком. Баба Зина начала рассказывать деревенские новости – у кого корова отелилась, кто дом новый строит, как молодёжь вся в город разъехалась. Дядя Толя молчал, только иногда кивал или коротко что-то добавлял.