Алла Нестерова – Без права на слабость (страница 3)

Но договорённость, оказывается, соблюдала только я.

Николай прав. Уйти сейчас - значит уйти ни с чем. В никуда, с ребёнком на руках и пустым резюме. Суд - это отдельная история, и я понятия не имела, чем он мог обернуться. Сергей человек обстоятельный, не любящий спешки, всегда просчитывает на несколько ходов вперёд. Как он поведёт себя при разводе, неизвестно. Может отпустит с миром, а может, из принципа, решит оставить Митьку с собой. Надо очень постараться, чтобы обыграть его.

А я?

Я думала, что у нас семья.

Злость поднялась короткой, острой волной - и схлынула. На злость у меня сейчас не было времени. На слёзы тоже.

Мне нужна была работа. Любая, для начала, потом будет видно. Мне нужен был счёт в банке, желательно открытый на другого человека, которому я могу полностью доверять и о котором не знает Сергей, и деньги на этом счету. Марина! Что если обратиться к ней? Мне кажется, она хороший человек. Но могу ли я ей настолько доверится?

Или всё же обратиться к маме? Нет, нельзя. Она обязательно расскажет обо всём папе, и родители не смогут притворяться при виде Сергея, что ни о чём не знают, обязательно выскажут ему всё в глаза, весь мой план пойдёт на с марку.

Мне нужно было время – несколько месяцев, три, может меньше. И мне нужно было за это время не сломаться, продолжать жить как ни в чём не бывало, целовать его в щёку по утрам и спрашивать, что приготовить на ужин.

Я посмотрела на свои руки – они дрожали.

Смогу ли?

За окном шумел двор. Хлопнула чья-то дверь. По лестнице протопали шаги и звучали детские голоса - соседские дети возвращались из школы.

Скоро идти за Митей.

Я встала, вылила холодный чай в раковину, оделась, взяла сумку и вышла из квартиры. На улице было прохладно, пахло сырой землёй и прошлогодними листьями - весна только-только нащупывала дорогу, неуверенно, с оглядкой.

Шла пешком. До гимназии двадцать минут, и я была рада этим двадцати минутам - можно было идти и не думать, просто идти, смотреть под ноги на мокрый асфальт.

Но мысли, конечно, шли следом.

Во дворе гимназии уже собирались мамы и бабушки - знакомые лица, привычные разговоры про оценки и кружки, про погоду и ремонт. Я кивнула Оксане Геннадьевне, маме Митиного одноклассника Стёпы, улыбнулась автоматически и отошла чуть в сторону, к старой липе у ограды. Не хотелось разговаривать. Боялась, что скажу что-нибудь лишнее или, наоборот, не смогу сказать вообще ничего.

Двери гимназии распахнулись, и двор сразу наполнился шумом - голосами, топотом, хлопаньем рюкзаков.

Митю я увидела раньше, чем он увидел меня.

Он бежал - как всегда, сломя голову, рюкзак подскакивал на спине, шнурок на левом кроссовке болтался развязанный. Увидел меня, и лицо его озарилось радостной улыбкой - такой, как умеют улыбаться только дети, без всякого лукавства и притворства.

- Мама! - он налетел на меня, обхватил руками, ткнулся носом куда-то в район пупка. - А я думал, ты опоздаешь!

Я прижала его к себе крепче, чем обычно, зарылась лицом в его тёплые, чуть спутанные волосы. Он пах школой - мелками, резиной и чем-то неуловимо своим, родным, с рождения знакомым.

- Разве я когда-нибудь опаздывала? - сказала я в его макушку.

- Вчера опоздала, - немедленно сообщил он и отлепился, посмотрев на меня снизу вверх. Серьёзно, с той основательностью, которую он, кажется, унаследовал от отца. - На целых семь минут!

- Неправда. Пять.

- Семь, - настаивал он. - Я засекал.

- Ладно, - согласилась я. - Пусть будет семь. Но сегодня то, я вовремя.

Митя пристроился рядом, мы пошли в сторону выхода. Он тут же начал рассказывать - быстро, перескакивая с одного на другое, как он всегда делал после школы, словно за день внутри него что-то накапливалось и теперь рвалось наружу.

- Мам, мы сегодня на математике решали задачи про поезда, - сообщил он. - Ну, знаешь, из пункта А в пункт Б. И Матвей Сергеевич сказал, что я решил правильно, но записал неправильно, и поставил четыре. Это честно вообще?

- Смотря как ты записал.

- Ну, я ответ написал, а решение не полностью показал. Ну и что? Ответ же правильный!

- Матвей Сергеевич хочет видеть, как ты думаешь, как пришёл к такому решению. Ответ можно и списать.

Митя засопел.

- Я не списывал.

- Я знаю, что не списывал. Но учитель этого не знает. Вот поэтому и просит записывать решение.

Он подумал секунду.

- Логично, - признал он нехотя. - Но всё равно обидно.

- Обидно, согласна, - сказала я. - В следующий раз запишешь как надо, и будет пять.

Мы вышли за ворота гимназии. Митя поддел ногой камешек, тот прыгнул по асфальту и нырнул в лужу.

- Мам, - он немного помолчал. - Ты сегодня странная.

Я покосилась на него.

- Это как?

- Ну, - он пожал плечами, подбирая слово. - Тихая. Ты обычно сама спрашиваешь про школу, а сегодня я сам рассказываю, а ты просто идёшь.

Девять лет. И уже всё замечает.

- Просто устала немного, - сказала я. - Голова побаливает.

- Выпей таблетку, - деловито посоветовал он. - Или чай с лимоном. Бабушка всегда так говорит.

- Так и сделаю.

- Мам, - снова сказал он, и в голосе что-то изменилось. Стало тише, чуть неуверенней. - А папа сегодня во сколько придёт?

Я несколько секунд молчала.

- Папа придёт поздно. Ты уже спать будешь.

- Он вчера тоже поздно пришёл.

- У него много работы.

Митя снова поддел камешек. Промолчал. Потом сказал, глядя под ноги:

- Стёпкин папа тоже много работает. Но они на выходных ездят на рыбалку.

Я взяла его за руку.

- Слушай, - сказала я. - Давай на этой неделе придумаем что-нибудь интересное с тобой вдвоём. Ты чего хочешь? Боулинг? Кино?

Он немного оживился.

- В кино! Там новый мультик вышел про роботов. Артём говорит, что там круто.

- Договорились. В субботу идём на мультик, а в воскресенье я отвезу тебя к бабушке с дедушкой на дачу. У тебя же с понедельника неделя каникул. Ты как? Не против провести неделю с бабушкой и дедушкой?

- Ура! Там же кот Барсик и Кузька. – закричал Митька. – Но сначала в кино. Обещаешь?

Я сжала его ладонь.

- Обещаю.

Он кивнул удовлетворённо и снова что-то затараторил - теперь про Артёма и роботов, про то, что хотел бы сам его собрать, и что для этого нужен специальный конструктор, который стоит, кажется, дорого, но он посмотрит.

Я слушала его голос и шла рядом, держа его тёплую руку в своей. Моё сердце трепетало от любви и нежности к сыну. Идя рядом с Митей и держа его за руку, я думала, мне есть ради кого жить и ради кого бороться и стать независимой, так что, мне придётся наступить на горло собственной песне и играть роль любящей, наивной дуры-жены, которая ни о чём не знает и ни о чём не догадывается некоторое время.

ГЛАВА 4

Придя домой, я первым делом отправила Митю мыть руки, а сама занялась обедом. Холодильник, к счастью, был полон - с утра я успела сделать всё по привычному распорядку, ещё тогда, когда жизнь была другой. Всего несколько часов назад. Казалось - другая эпоха.