Алла Мостинская – Капицы. Отец и сын (страница 3)
Мы много с ним говорили, он рассказывал о своих проектах на будущий год. Рассказывал про своих учеников, кому какую работу он хочет дать, как поставить работу и пр., пр. У него такой ясный и хороший взгляд на все. Я очень [рад], что у меня такой учитель и руководитель. В нем так удачно сочетался хороший педагог, глубокий ученый и чуткий человек. <..>
О моей работе тоже говорили, и мы вполне сошлись на тех вопросах, которые теперь возникли. Это тоже было мне приятно. <..>
Планы на будущий год приблизительно у нас таковы: это – организовать у нас в институте свою маленькую рабочую коллегию. Она будет состоять из 6–7 человек и должна дружно работать по физике. У нас в России так мало распространена коллективная работа, а теперь, в особенности в науке, совместная работа почти необходима. Давай Бог, чтобы это нам удалось…
Надежда – Петру
Шанхай, конец мая 1916 г.
…Я все время думаю, что трудно тебе выбраться из Петрограда, не лучше ли и проще мне приехать? С такой радостью я бы сейчас села на пароход. Я помню, когда я от тебя получила письмо с предположением призыва и плакала, Киря (брат Надежды Кирилловны, Кирилл Кириллович Черносвитов. –
Вот я бы это и сделала сейчас. Тогда мы поедем в Приютное (имение К. К. Черносвитова, отца Надежды Кирилловны, в Ярославской губернии. –
Только, Петя, не откладывай, а реши сразу: мне ехать или ты приедешь, и соответственно телеграфируй. Я не могу дольше тебя не видеть, понимаешь – совсем не могу. <..>
24 июля 1916 года Петр Леонидович Капица женился на Надежде Кирилловне Черносвитовой – свадьба прошла после возвращения из поездки в Китай и Японию в имении родителей невесты Приютном. И в августе уже поступил на работу.
А. Ф. Иоффе – жене
Петроград, 19 августа 1916 г.
…Работаю я много, но поневоле приходится много разговаривать перед началом работы с Капицей (кстати, он женился в Китае и привез мне статуэтку) <..> Капица уже работает в лаборатории…
П. Л. Капица – К. В. Чибисову[2]
Петроград, 23 октября 1916 г.
…Занятия уже почти наладились, и работа начинает развиваться. Вам, конечно, интересно знать, как идут занятия в лаборатории Абр. Федор. Дело в том, что эти занятия очень изменились с прошлого года. Самое главное нововведение – это то, что, помимо своей работы в лаборатории, каждый из нас работает в семинарии. Этот семинарий состоит исключительно из студентов, работающих у Абр. Федор. Собирается он каждую неделю по средам, и на заседаниях нас всего 12 человек и Абр. Федор., который руководит. Занятия заключаются в чтении рефератов по очереди и главным образом касающихся строения атома по электронной теории. Мне жалко, что Вас нет, т. к. эти заседания обыкновенно очень оживленные и интересные. Абр. Федор. очень занят, т. к. он теперь и в университете, хотя это только до Рождества, т. к. его не выбрали, это, конечно, большое свинство.
Жму Вашу руку.
22 июня 1917 года у Петра Леонидовича и Надежды Кирилловны родился сын Иероним.
В переписке 1918 года, которую ведут молодые муж и жена – ведь Петру необходимо было уехать в Петроград, чтобы продолжать работать в лаборатории Иоффе, – уже отражаются реалии нового жизненного уклада. Нежная забота и беспокойство супругов друг за друга, рассказы о трогательном лепете полуторагодовалого Нимки – все это уже на фоне жестокой Гражданской войны, интервенции и… голода, который охватывает страну, и простой нехватки дров.
Петр – Надежде
Череповец, 10 октября 1918 г.
Сижу на вокзале и жду поезда, который, конечно, опаздывает по крайней мере на 2 часа. Доехал я относительно благополучно. Переночевал у Ливанова, где меня напоили чаем. Пароход сильно опоздал. Мы ждали его с 1 часу до 8 утра. Поэтому в Череповец мы приехали только в 2 часа дня. Тут я первым делом пошел в комиссариат, где получил разрешение на въезд в Петроград без всяких хлопот. Далее пошел в общественную столовую и пообедал за 4 рубля. Чемодан свой, который два раза подвергался тщательному осмотру, я перетащил на собственной спине, на чем сэкономил 20 рублей. Утром закусывал хлебом и пил чаек. После каждого глотка вспоминал свою жинку.
Смотри, жинка, не скучай и пиши своему старому коту нежные письма.
Теперь немного о деле. Я боюсь, что ты можешь остаться без денег, поэтому я тебе с этим письмом посылаю квитанцию на получение 100 рублей из щетинской почтовой конторы. Квитанция уже подписана, и там предупреждены, что ты придешь получить деньги. Если тебе деньги не будут нужны, то ты можешь и не беспокоиться. Итак, кот, если все благополучно, завтра [будет] в Петрограде. Но, конечно, где бы кот ни был, он все время будет вспоминать свою жинку, и единственная
Ну пока, целую тебя.
Надежда – Петру
Щетинское, 10–13 октября, 1918 г.
Четверг
Милый, дорогой мой Петя, сейчас ложусь спать и так захотелось сказать тебе несколько слов. Вот прошел первый день без тебя. Дорогой мой, так странно, что тебя нет. Нимка сегодня утром что-то ворковал насчет «папы», но потом уже не повторял. Сейчас он мирно похрапывает. Жизнь наша идет тихо и спокойно, и полно, т. к. Нимка заполняет все. <..>
Захаживали мои братья. <..> А Киря принес еще вчера с вечера такую большую охапку дров, что я ахнула. Видишь, как ко мне все добры.
Боюсь за тебя, как ты доехал. Сейчас ты в поезде, завтра утром – в городе, дай Бог, без препятствий.
Ну спокойной ночи, целую крепко-крепко.
Суббота
Милый, родной мой Петя, вот уже третий день как ты уехал, а от тебя все нет обещанной телеграммы. Мне становится жутко: уж не случилось ли чего, теперь ведь всего можно ждать. Два первых дня я чувствовала себя очень хорошо, я так была занята мыслью, что я справляюсь, и это давало мне бодрость. Вчера был дивный, летний почти день, и мы с Нимкой весь день просидели на крыльце, и я начала шить ему пальто. <..> Сегодня зато все не выходит из головы мысль, что от тебя нет вестей.
Воскресенье
Дорогой мой, сегодня от тебя письмо. Ты не можешь себе представить, как я рада. Хоть ты еще не доехал, но раз пропуск есть, значит, все хорошо. Сегодня опять жаркий солнечный день, твой сын с каждым днем становится все шаловливее. Играет он со своей мамашей чудесно в прятки. <..>
Родной мой, тебе сейчас, наверное, приходится решать, что делать, как жить нам эту зиму. Не бойся ничего, Петя. Делай так, как тебе подскажет сердце. Это самое верное. А нам с тобой, раз мы друг друга любим, всюду будет хорошо. <..>
Целую тебя, дорогой, любимый. Жду от тебя вестей. Скоро буду ждать тебя самого.
Петр – Надежде
Петроград, 14 октября 1918 г.
В пятницу вечером благополучно добрался до Питера. <..> На следующий день был в Политехническом институте. Видел Абрама Федоровича. Он был рад меня видеть, я тоже, конечно. Он сразу приступил к делу. Ему поручено организовать Рентгенологический научно-технический институт. Во главе будет стоять он, потом будут человек 8 руководителей работ и 12 научных сотрудников. Руководители будут все мне знакомые профессора, а научные сотрудники – это наша молодежь. Жалование – 1100 рублей в месяц. Работа моя будет заключаться в том, что я буду работать в лаборатории и продолжать свою прежнюю работу на звание инженера. Так, видишь, условия очень заманчивые. Получать 1100 рублей и заниматься любимым делом. Кроме того, можно будет взять приватное занятие, которое мне даст еще рублей 500–700.
Несмотря на всю заманчивость, я не сразу согласился. Но так как все единогласно советовали мне взять, то я согласился. Тебе тоже надо будет переезжать в Петроград и зарабатывать деньги. <..> Сейчас есть возможность тебя устроить в Информационное бюро какого-то комиссариата. Занятия каждый день с 10 до 4, близко от нас. Жалование – 700 р. Занятия заключаются в чтении английских, немецких и французских журналов и составлении резюме и сводок. Как видишь, это тебе очень подходит. Мы возьмем на это время приходящую няньку, которой будем платить. Таким образом, если нам удастся вывезти кое-что из Приютного на первый месяц, то мы можем довольно сносно существовать. <..>
Как ты, дорогая моя, живешь без меня, что поделываешь, как справляешься?
Ну пока, крепко-прекрепко целую вас обоих. <..>
В 1918 году был арестован отец Надежды – Кирилл Кириллович Черносвитов, один из руководителей партии кадетов. Он содержался в тюрьме в Москве. Надежда отправилась в столицу в марте 1919 года – хлопотать за отца.
Петр – Надежде
Петроград, 23 марта 1919 г.
…Наши дела идут удовлетворительно. Сейчас сижу дома, приехал на воскресенье, и скучно без тебя. Скоро ли приедешь? Смотри, только будь осторожна и питайся хорошенько. <..> Тебя Нимка вспоминает исправно. С каждым днем он становится все милее и милее. Конечно, когда вырастет большой, то станет более или менее нормальным человеком, а сейчас он прямо очарователен. Ко мне почему-то он сейчас весьма благоволит.