Алла Матыченко – История со счастливым концом. Возвращение (страница 6)
– Санни, мальчик мой, ты даже не представляешь, что ты сегодня сделал для нас всех. Наш род был обречен на угасание, Многие из нас не смогли уйти за грань лишь потому, что не исполнили до конца своего долга перед родом. Сегодня ты спас не только лишенного души. Приняв его в наш род и наделив новым именем ты передал ему частичку души Брена Родера, погибшего в бою прочти две сотни лет назад. Теперь душа этого отважного воина сможет прожив сколько даст небо, завершить свой путь и уйти на перерождение.
А потом Аликс просто спал. Спал до тех пор, пока его весьма бесцеремонно не растолкали.
Глава 3. Степь да степь кругом, путь далек лежит….
Кажется что в мире есть только эта рыжевато-буровато-зеленоватая, абсолютно ровная и бескрайняя степь. Третий день пути и никаких изменений.
– Степь да степь кругом, путь далек лежит….
– Мой лорд….
Голос начальника охраны выдергивает Аликса из ставшего привычным оцепенения.
– Мой лорд, Песня в дороге сокращает путь на треть. Но нельзя ли следующие полдня петь что-то другое?
Аликс вынырнув из своих мыслей непонимающе уставился на Арика Сордена.
– Слова вашей песни про степь и далекий путь за те полдня, что вы их поете, выучили все лошади и верблюды в нашем караване. Может теперь еще о чем-то споете. Хотя, без обид, поверьте старому солдату, но эти вопли на песню похожи меньше всего…
На перепалку с тычками, хохотом и скачкой по степи все, состоящие в посольстве и примкнувшие к ним в пути караванщики внимания почти не обратили. Привыкли. Из Города всех дорог они вышли три дня назад. Позади осталось выматывающее силы судебное разбирательство и сам суд над похитителями людей и работорговцами, теми, кто приезжал в Яндогог за новыми рабами и теми, кто покупал их, живя в самом городе и его окрестностях. На сообщение Сордена из столицы всего через два дня с голубиной почтой пришел приказ – провести расследование, виновных судить. Наказание назначать в зависимости от степени вины – от высылки на поселения на Дальние рубежи до смертной казни. Глава разбирательства – Аликс Родер, четвертый граф Ивлис, чиновник по особым поручениям посольства Трансфена. Те дни слились для Аликса в безумный калейдоскоп с молниеносной сменой картинок. Он принимает в свой род бывших рабов. Одного, трех, девятерых… Его принимает градоправитель и растекаясь медом пытается вручить взятку. После встречи Аликс возвращается в гостиницу, а градоправитель отправляется в тюрьму, как пособник работорговцев. В гостиницу, ставшую на это время штаб-квартирой люди Сорден доставляют ящики документов о том кто, когда и за какую сумму «нанял» на торгах у милейшего господина Ваалилла Синови очередного «работника». Тех из лишенных душ, кому браслеты подчинения не были одеты, вернуть к жизни удалось почти без труда. Аликс принял их в свой род, наделив новыми именами и частичкой души своих предков. Пока шли судебные разбирательства эти люди и их семьи оставались жить под присмотром Храма Всех Богов. Заботу о них взяли на себя храмовые служители, под руководством Алифер. Ее авторитет среди как священников, так и простых горожан был в эти дни непререкаем. Потом прибыли судьи из столицы и все закрутилось еще быстрей. Вынырнув однажды из этой круговерти Аликс осознал себя главой рода, насчитывающего почти сорок человек. Кроме тех, кого он смог вернуть, наделив частичкой души рода Родер были и те, на кого уже были надеты браслеты подчинения. Поговорив с новыми родичами Аликс предложил им разобрать несчастных по семьям, переподчинив их старшему, как новому хозяину. Мыслить эти люди к сожалению уже не могли, но четко выполнять приказы были способны, а лишние руки нужны в каждой семье, особенно когда она обживается на новом месте. Суд признал Ваалилла Синови и его подельников виновными в похищении людей и работорговле и приговорил их к казни. Все их имущество перешло к Аликсу с условием, что часть полученного он потратит на обустройство жизни бывших рабов. Разместить их было решено в теперь уже его поместье, расположенном всего в половине дня пути от города.
К Аликсу в гостиницу приходили знатные горожане и сетовали, что, де они конечно работорговлю не приветствуют, но раз нет рабов, то за чем теперь сюда будут приходить караваны с Южных Земель? А раз их не будет и город не получит их товаров, то и купцы с Севера перестанут приводить в город свои караваны. А за ними и все остальные забудут сюда дорогу, торговля и городские ремесла зачахнут и город перестанет существовать.
Взять Аликса «на жалость» им не удалось, но о судьбе города, как лицо, назначенное за ним пусть и временно, но присматривать от имени короны (не лишать же город статуса вольного, из-за такой мелочи, как торговля людьми), ему пришлось задуматься. И эта думка его не отпускала до того самого момента, пока он со своими телохранителями не завяз в толпе пропыленных и явно очень уставших, но упорно продвигающихся к центральной площади людей. Как оказалось все эти люди были паломниками. Сияющие от счастья служители Храма Всех Богов сообщили, что слух о великом чуде – воспылавшем в чаше Солнца неугасимом пламени разносится по свету и они надеются, что число паломников станет возрастать день ото дня. К сожалению их уже сейчас становится негде селить и почти нечем кормить. И это не смотря на то, что почти все они способны оплатить проживание и купить себе еды. В городе просто не хватает мест в гостиницах и постоялых дворах. Все трактиры и харчевни чуть ли не каждую свечу повышают цены, паломники готовы платить, но продовольствия скоро перестанет хватать и самим горожанам. В Яндороге назревает бунт.
Через полсвечи Аликс ворвался во временную штаб-квартиру и срочно затребовал собрать всю свою команду. Алифер пришла первой, за ней спустился из своего номера заспанный после ночного рейда Сорден. Здесь же оказались Берна и еще две женщины из новых родственников Аликса.
Рассадив их за столом он, пригласил присоединиться к ним и хозяина гостиницы (все равно будет подслушивать). К тому же тот стал первым, к кому он обратился с вопросом. А интересовало их светлость не много не мало, а все что уважаемый господин Живак мог рассказать о том как в городе принимают приезжих купцов, торговцев и других путников. Все оказалось просто: караванщики вставали табором у стен города, размещая на городских складах привезенные ими товары. Так как караваны приходят лишь в теплое время года им для ночлега хватало походных шатров. Так же поступала и их охрана. Еду они готовят сами там же, на кострах. Продукты привозят отчасти свои, но что-то прикупают и в городе. За много лет караванщики наперечет знают всех, у кого стоит покупать мясо, у кого муку и крупу, рыбу и все остальное, а у кого ничего брать не стоит. Лошадей и верблюдов отгоняют на выпасы на севере от города. Там в низине есть небольшой родник и трава неплохо растет даже в самое жаркое время. Нет, толпами караванщики не собираются, потому что караваны приходят в разное время и почти не встречаются, если только одни приходят, когда другие уже собираются идти дальше. – Верно, ваша милость, этот город не конечный пункт, а только место для отдыха, ну и прикупить чего по необходимости. Выгодно ли содержать гостиницу или трактир? Так это зависит от того, где они расположены. Если ближе к центру города, в чистых кварталах – так конечно выгодно. А если кого угораздит открыть заведение например в районе складов или рядом с бедными кварталами, то считай он останется и без прибыли и без заведения. Отчего? Так ведь прибыли нет, а налог на имущество все одно платить в магистратуру надо, вот и уходит такое заведение за долги. Только на днях с родственником толковали, о том, что сразу два трактира разорились и их выставляют на торги. Нет, ваша милость, там хозяева не лентяи и не пропойцы. Не повезло им просто – думали, раз ближе к воротам откроются, так приехавшие к ним первым и заходить станут. А нет бы подумать, что бедняку их еда не по карману, а человек с деньгами пойдет туда где уже не раз обедал – ужинал. Так и разорились. Довольный вниманием к своему рассказу папаша Живак ни на миг не задумавшись назвал и имена своих неудачливых конкурентов и адреса самих трактиров. Получив от их милости за рассказ целых пять серебряных монет и заказ на хороший ужин он радостно удалился. Удостоившись вопросительных взглядов от всех оставшихся в зале Аликс свой следующий вопрос задал Сордену. Теперь его интересовало сколько в его распоряжении на данный момент времени имеется денег. – Господин граф хочет купить этот город? – на шутку своего наставника Аликс ответил, что пока его интересуют те самые выставленные на продажу трактиры. При чем купить их надо сегодня, а лучше прямо сейчас. Осмотреть свои приобретения их светлость собирается не позже чем через три свечи. Поминая не в меру ретивую молодежь, Арикс Сорден отправился в магистратуру выкупать неясно зачем понадобившиеся его любимчику (да чего дам скрывать, тем более от самого себя, уже давным-давно любимчику), прогоревшие трактиры. Берину и ее товарок Аликс озадачил вопросом – не приходилось ли кому-либо из них готовить еду на большие отряды наемников или артели работников. Отозвалась одна из женщин по имени Олла. Ее семья владела небольшой гостиницей. Там она трудилась и после замужества. Почему уехали? Так родители умерли, гостиница отошла старшим братьям, а им с мужем предложили искать себе другой заработок. Тогда то их и нашел тот вербовщик, шушель его задери.