Алишер Таксанов – Дэв (страница 5)
Он налил себе еще водки и залпом выпил, закусывая соленым огурцом, который оставлял на губах соленый привкус. Он чмокал от удовольствия, будто наслаждаясь каждым глотком.
Светлана насмешливо смотрела на него и спросила:
– А доктор Менгеле что смотрит? Он же часто сюда приходит…
Имя доктора Менгеле было страшным даже в этих стенах. Это не просто врач – это человек, которого боится сама Смерть. Его эксперименты на людях в концлагерях навсегда остались в памяти человечества как символ ужаса и неописуемой жестокости. Но дело в том, что в Узбекистане был свой доктор Менгеле – человек, настоящее имя которого знал ограниченный круг лиц во власти. Где он появлялся – там приходила смерть.
Эшмат вздрагивает, оглядывается по сторонам, потом нехотя отвечает:
– Ну… больше про зомби и мертвецов. Он любит работать с трупами, а не с живыми людьми. Не зря начинал как патологоанатом… Иногда мне кажется, что он рассматривает мои кишки…
Эта мысль заставила его невольно дернуться в страхе, и он взглянул на стол, как будто надеялся, что там не окажется его сердца.
Светлана засмеялась. Она любила щекотать нервы, и Эшмат попался на удочку.
Тем временем на плацу лежал труп одного заключенного – он не выдержал двухчасовой муштры по холодному плацу. Два африканца, по приказу надзирателей, поднимали его тело и несли в морг. Лица других заключенных были отрешенными, безразличными, каждый понимал, что такая же участь может ждать и их. В их взглядах читалось смирение и страх – они знали, что в этой системе жизни нет ни справедливости, ни милосердия, и каждый день может стать последним.
Часть 1.3. Санджар Умаров
1.3.1. Проблемы
Ташкентский аэропорт, с его современными стеклянными фасадами и просторными залами, служит визитной карточкой Узбекистана. При входе пассажиров встречает величественный холл, оформленный в светлых тонах с элементами традиционного узбекского декора: яркие плитки и витражи, создающие атмосферу восточного гостеприимства. Ожидающие своей очереди люди с нетерпением обсуждают предстоящие поездки и воссоединения с родными. Прилетает самолет из Нью-Йорка, и среди пассажиров можно увидеть как иностранцев, так и бывших узбекистанцев, ностальгирующих по родным местам. Для одних это путешествие в новую жизнь, для других – возвращение в знакомый мир, наполненный воспоминаниями о детстве и юности.
Среди встречающих на терминале выделяется Санджар Умаров – мужчина средних лет. Он высокий и стройный, его черные волосы немного поседели, придавая ему солидность. С добрым взглядом и мягкой походкой он производит впечатление интеллигентного человека. Умаров из семьи ученых, и это наложило отпечаток на его восприятие мира и отношений в обществе.
В автомобиле, который везет его в офис, трафик на улицах Ташкента плотный. Авто движется медленно, и Санджар внимательно наблюдает за городской жизнью. Везде развешены транспаранты с изображением Ислама Каримова и цитатами его речей, призывающими к единству и патриотизму. На каждом перекрестке стоят милицейские посты, следящие за порядком. По радио звучат восторженные отзывы о президенте – как народ благодарит Каримова за мирное небо и благополучие. Эти голоса вызывают у Санджара недовольство, и он морщится, прося выключить радио.
– Я не хочу слышать этот бред – отвык от такого в Штатах, – говорит он. В его сознании многие аспекты восточного образа жизни представляются ему странными, особенно культ деспота, который считается высшим эталоном морали, чести и законности. Западная жизнь сделала Санджара несколько иным: он полюбил свободу, демократические ценности и права человека, которых ему не хватало в Узбекистане.
Шофер послушно отключает радио, и они продолжают ехать в тишине. Дорога ведет их через шумный город, где повсюду слышны гудки автомобилей, а пешеходы спешат по тротуарам, не замечая друг друга.
Наконец, они подъезжают к офису Profinance – компании, занимающейся экспортно-импортными операциями с углеводородным сырьем. Здание выглядит внушительно: современная архитектура с большими стеклянными окнами, отражающими солнечный свет. Внутри царит атмосфера профессионализма и деловой строгости.
Когда Санджар поднимается в кабинет, его уже ожидают сотрудники – профессиональные менеджеры, каждый из которых понимает важность дисциплины, порядка и качества работы. Именно таких он сам готовил и воспитывал в своем деле.
Садясь за стол, он просит доложить, как идут дела с проектом. Один из менеджеров, сдерживая волнение, осторожно сообщает о возникших проблемах.
– Ага, поясни, – говорит Санджар, откидываясь на спинку кресла.
Менеджер объясняет, что проект преобразования природного газа в жидкое сталкивается с трудностями реализации в Узбекистане. Люди в верхах советуют решать это через швейцарско-узбекский «Зеромакс».
«Зеромакс» стал монстром в национальной экономике, протянув щупальца в прибыльные отрасли, высасывая ресурсы страны. Основанная в Швейцарии, компания действовала в Узбекистане, находясь под прикрытием президентской семьи. Название фирмы стало нарицательным, вызывая ассоциации с рейдерскими захватами и нечестными сделками.
Санджар, наморщившись, произносит:
– Вот как? Но «Зеромакс» – это компания Гульнары Каримовой. Все, что проходит через нее, – имеет грязную репутацию. Там полная коррупция! Я знаю директора «Зеромакса» Мирадила Джалалова – он фактически отмывает деньги олигархов и мафии! Мы не можем себе позволить работать с нечистоплотными предпринимателями.
За окнами светит яркое солнце, зеленые кроны деревьев раскачиваются на ветру. Солнечный день создает особую ауру в столице, придавая ей жизнь и яркость. Санджар бы любовался из окна за ландшафтом города, но не может позволить себе отвлекаться от обсуждения серьезных проблем.
Менеджер соглашается:
– Да, так и есть, там сплошная коррупция. Господин Джалилов мне сказал, что выбор есть между выплатой 100 миллионов долларов другим интересам или 50 миллионами долларов тем, кого он, Мирадил, представляет. Представляет, естественно, Гульнару Каримову. Он также потребовал, чтобы «Зеромакс» получил долю в нашем проекте. По сути, чтобы получить одобрение, наша группа должна заплатить крупную взятку Гульнаре Каримовой, а через нее – президенту.
Санджар решительно отказывается:
– Никогда! Так и передайте господину Джалалову! Мы – узбекско-американская фирма, не работаем с криминалом! У нас есть ответственность и перед законами США.
В его голосе звучит уверенность, но в глазах сотрудников можно увидеть замешательство. Они прекрасно понимают реалии в республике, где все строится на коррупции и протекции. «Не подмазав – не поедешь далеко» – эти слова стали правилами игры государства с бизнесом, и те, кто этого не понимает, в итоге покидают местный рынок, оставаясь ни с чем.
Менеджер вздыхает:
– Хорошо, Санджар-ака. Но я уверен, что будут последствия!
Санджар сердится:
– Да, будут. Но это не худшее, чем то, что мы втянемся в черные схемы и сами криминализируемся. Тогда нами легко будет управлять чиновникам!
Умаров был уверен, что честность – это то, что делает лицо любой компании. Подковерные игры подводят любой бизнес в итоге к катастрофе, а сотрудников – к тюремному сроку. В Узбекистане и так ходят страшные разговоры о некой тюрьме, где правит зверь по имени Эшмат Мусаев, вызывающий страх и ужас у всех, кто с ним сталкивается.
1.3.2. Ташкентская область
Ташкентская область, раскинувшаяся на юге от столицы, представляет собой живописный регион, где в сочетании с традиционным узбекским бытом можно увидеть современные достижения. Здесь находятся просторы зелёных полей, окружённых горами и горами. На фоне яркого солнца вдоль дороги тянутся ряды фруктовых деревьев, а в воздухе витает аромат свежесобранных плодов. Однако помимо этой природной красоты, область также полна индустриальных зон, где расположены современные заводы и фабрики.
В одном из районов Ташкентской области расположен завод по переработке газа. Это мощное индустриальное предприятие, стоимость которого оценивается в десятки миллионов долларов. Здание завода выполнено в современном стиле, с большим количеством стеклянных фасадов и металлических конструкций. Внутри установлено самое современное оборудование, которое позволяет эффективно перерабатывать природный газ. По периметру завода расположены охраняемые посты, а на территории царит активная работа: грузовики везут сырьё, а работники в защитной одежде спешат выполнять свои обязанности.
Санджар, обойдя завод вместе с группой сотрудников, старается выяснить, что тормозит производство. Он внимательно слушает их жалобы. Сотрудники сообщают, что поставки оборудования и деталей задерживаются, а таможенные проверки мешают нормальному ходу работы. «Постоянные проверки отвлекают нас от основной работы», – сетуют они. «Требуют взяток или откатов», – добавляют они, и в их голосах слышна подавленность и отчаяние.
– Нет, никаких взяток! Все делаем по закону. Понятно? – резко отвечает Санджар, и в его голосе звучит уверенность.
Его слова встречают настороженные взгляды. Сотрудникам кажется, что их шеф – из иного мира, не понимающий реалий работы на заводе. Они переглядываются и тихо вздыхают, осознавая, что для них его идеалы о честности и законе звучат как мечты.