Алиса Жданова – Случайный отбор, или как выйти замуж за императора (страница 32)
— Нет! — с искренним возмущением отозвалась я. Однако, помявшись, вдруг сообразила, что он прав, и мрачно призналась: — Хотела сорвать выступление, но не конкурентки, а подруги. Не ожидала, что оно будет таким… смелым.
Ой… а не наделала ли я хуже своим признанием? Может, император до этого даже не обратил внимание на песню Касси? Ведь он тут, а значит, по крайней мере, половину ее выступления пропустил. А я тут напоминаю…
— Вы же ее не накажете? — я умоляюще сложила руки перед собой. — Это же просто песня, там не было никакого… подтекста!
С надеждой уставившись на мужчину, я закусила губу в напряженном ожидании. Ну же… Касси не сделала ничего плохого! Неужели он прикажет закрыть ее в тюрьме?
Взгляд императора скользнул по моим губам, и он вдруг, нервно втянув воздух, с явственным усилием отстранился.
— Я не накажу ее, — выпрямившись, мужчина деловито поправил манжеты рубашки. — Но она получит нулевые баллы за этот тур. Даже если ваша подруга Кассандра хочет эпатировать публику, нужно думать о том, что делаешь. Желательно заранее.
— Да! — охватившее меня облегчение было так велико, что я выдохнула и даже прикрыла глаза. — Спасибо.
— На за что, — отозвался мужчина с непонятной мне досадой.
Заслышав удаляющиеся шаги, я сообразила, что он уходит, и, подскочив, поспешно изобразила реверанс. А когда мужчина исчез за поворотом, понеслась обратно к залу выступлений, чуть ли не пританцовывая. Касси не накажут! Как здорово! И она сумеет покинуть отбор — если подруге поставят нулевые баллы, можно не сомневаться, что она займёт последнее место в рейтинге. Вздохнув, я постаралась подавить легкую зависть, что подруга уже смогла выбыть, и вышла на сцену, где уже стояли остальные участницы. Пора выслушать свой рейтинг. Везет же Касси…
10
Встав рядом с подругой, я смерила ее выразительным взглядом, пытаясь передать все, что думаю об этой выходке. Касси тут же виновато завздыхала, всем обликом показывая, что сожалеет. Но по расползающейся на ее лице улыбке я видела, что ничего она не жалеет. Наверное, радуется по поводу своих нулевых баллов…
— Первое место — Летиция Мэйвери! — вздрогнув, я обернулась к ведущей, которая как раз объявляла баллы. Опять первое место? Будет мне урок: на отборе не буду больше ничего готовить! — Второе — Генриетта Гирстайн! — заслышав свое имя, блондинка приосанилась и бросила надменный взгляд на стоящих рядом конкурсанток. — Третье… секундочку, — прижав ладонь к уху, Лавиния Прю сосредоточенно прислушалась. Если бы она могла, то, наверное, нахмурила бы лоб, но ее навеки замороженное заклинанием лицо не было способно на такую мимику. — Э-э-э… Это невероятно, — в ее голосе послышалась некая опаска, и женщина метнула быстрый взгляд в сторону стола жюри. Посмотрев туда же, я обнаружила, что «советник» уже сидит на своем месте. Интересно, а ведущая знает, что его величество самолично принимает участие в отборе невест? — Невероятно, но кандидатку, которая сегодня получила нулевые баллы от жюри, спасло зрительское голосование! За последние несколько минут мы получили миллионы сообщений с ее именем, и она обогнала других кандидаток! Итак, третье место — Кассандра Юсао!
Касси? Я обратила неверящий взгляд на подругу, которая буквально открыла рот от изумления. В глазах девушки медленно закипало возмущение, и я поспешно сжала ее руку. К счастью, Касси сдержалась и, выдохнув, даже смогла нацепить на лицо улыбку. Правда, больше похожую на оскал.
Какие места заняли другие кандидатки, я прослушала и встрепенулась лишь на объявлении последнего места — Ирэйн Севильи. Аристократка со слегка горбатым, породистым носом, чересчур гордящаяся древностью своего рода, во время выступления затронула весьма провокационные темы. Вспомнив, что девушка предложила раздельное обучение для аристократов и обычных людей, чтобы «не мешать классы», как она выразилась, я понятливо кивнула. Такое мировоззрение — шаг на сто лет назад. Неудивительно, что судьям и зрителям оно не понравилось. Все-таки у нас прогрессивная страна, и люди уже давно имеют равные права.
Ирэйн Севильи ничем не выразила своего несогласия с решением жюри и лишь презрительно скривила губы. Она ушла со сцены, не оглядываясь, а мы остались стоять, чтобы выслушать любимую речь Лавинии о том, что теперь нас всего восемь и скоро станет еще меньше. С каждым разом эта фраза звучала все более зловеще, как будто кандидаток собирались отстреливать.
Восемь. Все то время, что мы грузились в автобус, я раздумывала, что одна из нас станет будущей императрицей. Кто? Вряд ли модели-сестрички Лили и Рози — они, безусловно, симпатичные, но мне кажется, в них не хватает какого-то стержня.
Касси ни за что не согласится, даже если император вдруг выберет ее и пригрозит страшными карами за отказ. Я, конечно же, тоже не подхожу ввиду своей незаинтересованности. Мне кажется, император не тот человек, который будет умолять равнодушную к нему девушку остаться рядом.
Блэр — я украдкой покосилась на блогершу с цветными прядями — умеет работать с публикой, да и сегодня на выступлении держалась вполне уверенно, если не считать внезапно напавшей почесухи. Кстати, она и сейчас раздраженно скребла ногтями запястье.
Флора Брумвел? Темная лошадка. А Джадин Авейро меня как-то не впечатлила… Она уже сейчас начала подстраиваться под мнение Генриетты Гирстайн и делать все, что та попросит. Разве императрица не должна быть независимой и самодостаточной?
Значит… остается только Генриетта. Вздохнув, я подумала, что нужно держаться от нее подальше. У нас, конечно, правовое государство, и просто так пакостить она мне не сможет. Но даже в государстве, где главным является закон, а не прихоть монарха, неприязнь императрицы может сильно навредить моей карьере.
— Да что это такое! — взвизгнув так, что я вздрогнула, Блэр Клеменси вдруг вскочила и принялась срывать с себя вещи. — Почему так чешется… А-а-а!!!
Вопль был по поводу того, что, сорвав костюм и оставшись в белье — благо, стекла автобуса были затонированы — девушка увидела, что все ее тело, от кистей до коленей, то есть, там, где его касалась одежда, было покрыто красной сыпью.
— Рина Клеменси! — шокировано выкрикнула с задних кресел императорская фрейлина. — Что вы вытворяете!
— Меня заколдовали! — заверещала Блэр и принялась пробираться между сиденьями, чтобы показать рине Амброзии свои увечья.
Водитель автобуса, узрев ее обтянутый бельем зад в зеркало заднего вида, заинтересованно поднял брови и чуть не вписался в трамвай, выкрутив руль в последнюю секунду. Автобус тряхнуло, кандидатки испуганно запищали, а Блэр грузно свалилась на сиденье позади нас с Касси и раздраженно зашипела.
— Держи, — повернувшись, Касси перекинула пострадавшей свой спортивный костюм, в котором приехала в филармонию. Сейчас подруга была все еще в зеленом концертном платье.
— Спасибо, — секунду поколебавшись, Блэр схватила предложенные вещи. Я же за это время успела осмотреть ее руки, покрытые красными точками.
— Похоже на болотный сизник, — задумчиво предположила я. — Наверное, тебе в костюм насыпали толченые листья. Оставляла его в комнате без присмотра?
— Да, — со вздохом призналась блогерша и вдруг выругалась в таких выражениях, что мы с Касси вылупили глаза и переглянулись.
Блэр сразу показалась мне как-то… роднее и проще, что ли. Неужели она не та рафинированная девочка-припевочка, которую строит из себя на публике?
— Сначала смой это, а потом намажь успокаивающим кремом, — посоветовала я.
Блэр поблагодарила и, кое-как натянув костюм на неудобном сиденье, мрачно уставилась в окно, все еще почесываясь то там, то тут. Да уж, от болотного сизника все должно зудеть… Удивляюсь, как она еще выдержала выступление на сцене и два часа ожидания, когда концерт закончится!
Когда автобус наконец остановился перед дворцом, блогерша вылетела из салона первой. Наверное, торопилась в душ, смывать с тела чесучую травяную пыль. Мы же с Касси выбрались последними.
— Как ты думаешь, кто это? — спросила подруга и кивнула вслед скрывшейся в дворцовом коридоре Блэр.
— Кто-то из невест, — уверенно отозвалась я. — Выгодно только… ой!
Заболтавшись, я чуть не врезалась в чью-то грудь. Хорошо, что ее обладатель успел вовремя меня перехватить. Отшатнувшись почти рефлекторно, я увидела перед собой уже знакомого светловолосого мужчину и поспешно сделала реверанс.
— Герцог Монтенгери! Простите, я вас не заметила.
— Ничего, ничего, — отозвался дядя императора и добродушно улыбнулся. Только вот его взгляд, немигающий и цепкий, как у рептилии, остался таким же холодным. — Поздравляю вас с выигрышем, дорогая Летти!
Касси, которая стояла рядом, растерянно переминаясь с ноги на ногу, при таком обращении удивленно вытаращила глаза. Да и я тоже недоуменно моргнула: когда это я успела стать «дорогой»?
Однако с герцогами не спорят, и поэтому я лишь улыбнулась и отступила в сторону, освобождая проход для мужчины. Но он все не спешил уходить и теперь уставился уже на Касси.
— Кассандра Юсао, дочь генерала Юсао? — вопросил герцог Монтенгери, и когда она кивнула, благодушно пожурил ее: — Вы бы поосторожнее с песенками, милочка. Хотя ваше безрассудство не помешало вам занять третье место, — и, словно решив что-то для себя, он сцапал руку подруги и облобызал ее, как несколькими днями ранее мою. — Рад знакомству, — бросил он на прощанье и наконец ушел.
— Что это было? — шепнула мне ошарашенная Касси, едва мужчина удалился на достаточное расстояние.
— Дядя императора, — отозвалась я.
— Странный он какой-то. Похож на крокодила-альбиноса, — резюмировала подруга и, ухватив меня под руку, потащила вперед. — Пойдем быстрее. Надеюсь, нас покормят запоздалым обедом? Умираю с голоду!
«А ведь точно, — думала я, пока подруга волокла меня к нашим комнатам. — Герцог Монтергери какой-то… скользкий. И что он забыл в крыле конкурсанток?»
Я была уверена, что диверсанта, точнее, диверсантку, прокравшуюся в комнату Блэр с кульком толченой травы, мигом найдут по камерам. Но день прошел, и никаких вестей о внеплановых исключениях не поступило.
С сегодняшнего дня действовало новое правило, и конкурсантки должны были трапезничать все вместе. Вечером, когда мы собрались в столовой на ужин, рина Амброзия со скорбным видом объявила, что все камеры в коридоре оказались отключены на несколько минут. Наверное, в это время злоумышленница и прокралась в спальню Блэр.
От таких новостей сразу стало неуютно, и отбор, который раньше казался мне чем-то вроде балагана, вдруг окрасился в мрачные тона. Я впервые поняла, что некоторые готовы на все, чтобы заполучить императора. Тут в памяти всплыли его темные проницательные глаза, высокий лоб с постоянно падающей на него непослушной прядкой и привычная ироничная усмешка. Да… Нужно признать, что его величество, похоже, самый привлекательный мужчина из всех, кого я знаю.
«Да и целуется хорошо», — подумала я, краснея, как помидор.
А если принять во внимание, что он правитель целой страны и весьма умный человек, то стремление конкурсанток победить любым способом, даже устранив конкуренток, кажется вполне логичным. Да если бы не Освальд, я бы, наверное, и сама уже влюбилась…
Освальд. Вздохнув, я украдкой включила магофон, только чтобы полюбоваться на нашу переписку. Перед моими сообщениями было по-прежнему написано «не доставлено». Он все еще меня не разблокировал… И как мне все ему объяснить, если он не желает даже выслушать?
— Это что, Освальд? — глазастая Касси, углядев нашу переписку, придвинулась ко мне. — Он тебе не отвечает?
Помедлив, я удрученно кивнула и отложила вилку. Есть вдруг расхотелось, и, поднявшись, я уныло побрела к себе. Однако, стоило зайти внутрь, как дверь тут же распахнулась, и Касси влетела в комнату.
— Рассказывай, — потребовала она. — Что у вас случилось?
— Он увидел меня по маговизору, — созналась я, — и разозлился, что я пошла на отбор. Я даже не могу рассказать, что попала сюда по ошибке! — на глаза навернулись слезы, и я вдруг громко всхлипнула.
— Так, — подойдя, подруга выудила из кармана свой магофон. — Давай ему звонить. Мой-то номер он не знает, да? — и, подмигнув, Касси набрала цифры, которые я диктовала по памяти.
А ведь действительно… Я невольно воспрянула духом. Я могу все объяснить! Главное, чтобы он взял трубку!
Однако Освальд не ответил. Через минуту раздраженная Касси сбросила вызов и, пробормотав, что попозже перезвоним еще раз, принялась от скуки проверять сообщения. Но тут ее глаза округлились, а потом вдруг начали наливаться кровью.
–Я его убью! — прошипела она и протянула мне магофон. — На! Читай!
Схватив прибор, я уставилась на экран и увидела сообщения от нашей с Касси одногруппницы Люсьен, которая с восторгом рассказывала последнюю сплетню недели: Освальд Корс, староста курса, и Мия Илейни встречаются! Она лично застукала их в библиотеке в понедельник, где они целовались так, что даже ее не заметили.
В понедельник… Ноги буквально подкосились, и я свалилась бы на пол, если бы Касси не дернула меня к дивану. Отборочный тур, на который я так грандиозно вломилась, перепутав залы, был во вторник. Значит… Значит, Освальд изменил мне! Он бросил меня первым… А потом придрался к моему участию в отборе и разыграл обиду, чтобы выставить виноватой.
Вот… рогатое животное!
— Я ему шею сверну! Рога отломаю! — сидящая рядом со мной Касси выражалась смелее и уже пылала жаждой мести. — Он никогда мне не нравился, но я молчала! И что это за ерунда с тайными отношениями? Значит, с тобой он встречался тайно, а с этой Мией зажимается в библиотеке?
— Это потому, что его отец министр, — на автомате отозвалась я. — Он должен скрывать свою личную жизнь от папарацци.
— А что, ты такой человек, которого нужно прятать от папарацци? — запальчиво выкрикнула подруга. — Пусть бы радовался, что на него обратил внимание кто-то нормальный!
Я резко выдохнула, пытаясь сдержать слезы. Потому что… это не я обратила на него внимание, а он. Освальд заметил меня в библиотеке и потом два месяца добивался, а я все не могла поверить, что обычная зубрила способна понравиться самому популярному парню курса.
Позже я все же растаяла и даже согласилась сохранять секретность. У нас не было совместных фото и романтичной переписки перед сном, потому что Освальд запугал меня всеведущими журналистами, которые якобы так и кружат вокруг его семьи, чтобы разузнать сплетни.
Тут за дверью закопошились, и через миг постучавшая служанка вручила Касси плотные зеленые конверты. Следующее задание отбора!
— Вот! — подруга обрадовалась ему, как родному. Наверное, решила, что новое событие может отвлечь меня от дурных мыслей. — Ты же первая в рейтинге! Возьми и выиграй отбор ему назло, а он пусть потом локти кусает! И молит о прощении на коленях! Хотя если я вырву ему ноги, то коленей у него уже не будет, — пробормотала она себе под нос, вскрывая конверт.
Я невольно усмехнулась сквозь слезы, которые все же не удалось удержать внутри. Да уж, выиграть отбор назло — это было бы очень эпично. Только кто бы тогда кому отомстил? Мне нужно, чтобы Освальд мучился! А не чтобы я страдала рядом с нелюбимым человеком.
Нелюбимым, потому что после предательства парня я чувствовала себя так, словно мне в грудь воткнули нож. Я больше никогда никого не полюблю… Все мужчины одинаковые! Лучше займусь карьерой. И стану самым известным алхимиком, и тогда Освальд точно пожалеет!
— Бал! — громко прочитала подруга. — Третий тур — это бал! На него приедет куча гостей, вот список приглашенных, — мне на колени спланировал лист. — И мы должны будем продемонстрировать свои светские навыки… Ну наконец-то я вылечу! — с чувством произнесла Касси. — У меня светские навыки напрочь отсутствуют.
— А меня выгонят за членовредительство, потому что я кое-кого убью, — не отрывая глаз от списка гостей, проговорила я.
В голосе прозвучал медленно зарождающийся гнев на Освальда, который два года прятал меня от всех, а теперь собирался посетить императорский бал, и не один. В списке черным по белому было написано: «Освальд Корс с невестой, Мией Илейни».