Алиса Варенцова – Тёмный лес (страница 5)

– Скоро придут холода. – Продолжила Лана, выдернув Михару из опутавших ее мыслей и размягчающего тепла. – А вместе с ними пробудится и тьма. Мы должны действовать быстро, как и всегда. Мы поможем горожанам Симара в очередной раз, поэтому нужно сделать все максимально хорошо. Окари, Лилия и Риса – вы должны как-то найти общий язык с Хильдой и собрать как можно больше трав и начать делать отвары. Боюсь, что эта зима будет суровой и принесет много смертей. – Лана задумчиво глянула в окно, хмурясь своим же мыслям. – Ника, твоя задача из года в год одна: найди в лесу вожака волчьей стаи и уговори их защитить наш город зимой еще раз. – Веснушчатая ведьма с готовностью кивнула. – Иллия – Лана улыбнулась, глядя, с каким задором улыбается молодая ведьмочка, прекрасно зная, что от нее требуется. – Бери свои сосуды из кладовки и наполняй их лавой до краев. Бутылей должно быть столько, чтобы людям хватило света и тепла до самой весны. – Огненная ведьма кивнула, просияв. Она любила это занятие больше всего на свете. Эти специальные бутыли делали для нее: это особое стекло не плавится и не пропускает лаву, обеспечивая людей теплом и светом и избавляя от нужды в дровах и постоянном поддержании огня зимой. Очень многие просто ставили бутыль с лавой в камин, заменив им огонь.

– Тогда я начну прямо сейчас! – И, счастливая, Иля убежала куда-то наверх по лестнице, вскоре вернувшись с огромной стеклянной банкой в руках. Она спустила пряди волос в горлышко бутылки и, закрыв глаза, пожелала тепла и света от всей души. По ее волосам потекла раскаленная лава.

– Твою бы энергию всем нам. – Засмеялась Лана.

– Или, хотя бы Хильде. – Тихо подметила Ника. – Вот бы она была хоть немного такой, как Иля!

– Да, это бы многим упростило жизнь. – Хмыкнула Риса, улыбаясь.

– Особенно болотнику. – Не заставила ждать с ответом ее близняшка. Все ведьмы захихикали, оценив шутку.

– Девушки, соберитесь. – Голос Ланы вернул их к насущным делам. – Посмеяться вы успеете всегда, но сейчас мы должны думать о грядущей зиме. – Улыбки померкли, сменившись серьезностью во взглядах. – Когда каждая из вас выполнит свою задачу, вы должны будете принести свои кристаллы сюда и мы запустим алтарь.

Каждая присутствующая ведьма тронула самоцвет, вправленный у кого как: то в кольцо, то в кулон. И только Мара не шелохнулась: ее кристалл горел в серебряном венце на голове. Она была единственной, кто не любил украшений вовсе, а венец на голове никак не мешал. Порой девушка совсем забывала о его существовании, благо, носить его нужно было не постоянно, а только на собраниях. Среди ведьм существовала своеобразная традиция, обязующая каждую носительницу магического дара иметь при себе заряженный кристалл, который, как помощник, подпитывал ее силы. У каждой ведьмы кристаллы были разного цвета, в соответствии с их дарами: красный к огню, синий и голубой к воде, зеленые и фиолетовые к травам и цветам, белые и прозрачные – к полётам и предсказаниям.

– Что ж, тогда, я отправлюсь в лес сейчас. – Поднялась Ника. – Я знаю, где как раз сейчас должна быть стая.

– Удачи, дорогая. – Лана кивнула ей вслед.

– А мы пойдем разыщем Хильду и поговорим с ней. – Близняшки тоже покинули комнату, на ходу обсуждая, каким образом будут говорить со строптивой ведьмой.

– Раз уж все решили заняться делом, я пойду собирать мед со своими пчелами. Это не быстрое дело, поэтому чем раньше я начну – тем больше меда мы получим.

– Отлично, Окари. Будь добра уведомить меня, когда соберешь достаточно для первой партии лекарств.

– Обязательно! – На ходу бросила она, ответив улыбкой на улыбку Ланы.

В комнате остались лишь сестры. Тихое шипение светящейся лавы и теплый свет, льющийся из уже наполненных бутылей. Круглый стол опустел, и теперь комната казалась погруженной в сон. Лана повернулась к Маре, и ее улыбка медленно сползла с лица.

– Михара?

Ее сестра с тихим вздохом подняла на нее взгляд, уже зная, что Лана скажет. Каждое собрание одно и то же. Всегда.

– Михара, пожалуйста. – Лана тщательно подбирала слова, и, чтобы ее слова звучали еще более убедительно, она присела рядом с сестрой, осторожно взяв ее за руку. Иллия, сидевшая на полу и опустив волосы в бутыль, затихла и ее пряди погасли, пока она вслушивалась в разговор сестер. – Народу нужен твой дар, как никогда. Ты же можешь узнать, что нас ждет. Нас осталось мало, поэтому должны помочь им всем, чем только сможем.

– Мы готовимся так, что сможем пережить и конец света. – отрезала Мара, серьезно глядя на сестру. – Что бы не случилось, все будет хорошо. Как и всегда.

– Мара… – Осторожно начала Лана. – Кто знает, что будет на этот раз. У меня взыграло нехорошее предчувствие насчет Грибнихи, обитающей в лесу. И тебе бы было лучше пойти с нами, чем оставаться здесь одной. Нынешний бургомистр не жалует ведьм. Законы изменились, и теперь ведьмы не в том почете, что были раньше.

– Каждый год у тебя возникает это предчувствие, и каждый год все идет крайне хорошо. Грибниха уже давно иссохла в своей проклятой чаще. Какой бы не была эта зима, мы ее переживем. А насчет бургомистра не бойся. Я не дурочка, как Лавиэль, чтобы отдаться инквизиции. – Мара поднялась из-за стола и направилась к двери, давая понять, что разговор окончен. Но Лана не собиралась просто так сдаваться.

– Неужели тебе все равно, что будет с нашим народом?

Мара остановилась, сжав кулаки. Она медленно обернулась к сестре.

– Народом, сжигающим ведьм заживо? Что, что с ним может быть, скажи? Медведи? Ника приведет лесных волков. Холода? Иля может наполнить в два раза больше бутылей. Болезни? На болоте растет достаточное количество трав и ягод, чтобы вылечить не то, что весь Симар, а целый континент. – Михару стала бить слабая дрожь. – Что требуется от меня? Избавить вас от опасений или подкрепить и без того существующую уверенность в завтрашнем дне?

– Мы поможем им еще раз, как жест благодарности за многие года жизни бок о бок. Мара, послушай… – Лана сглотнула, осторожно взяв сестру за плечи. – Я знаю, чего ты так боишься. Правда знаю. Но разве тебе самой не будет легче, если ты узнаешь правду, используешь дар? Я не могу видеть тебя такой. Я уже несколько лет наблюдаю, как моя родная сестра угасает от непрекращающейся тревоги и слез. – Лана с сочувствием смотрела в глаза сестры. – Пойми, Эрик, может быть, давно погиб.

Наступила тишина. К горлу подступил ком. Михара приложила титанические усилия, чтобы не дать себе заплакать, которым можно лишь подивиться. Уняв дрожь и развернувшуюся алым бутоном боль в груди, она твердо и без тени сомнений изрекла:

– Он жив. – Трясущимися руками она сняла руки сестры со своих плеч, добавив: – Легче мне не будет. Так есть хоть какая-то надежда, что он вернется. Но шар может сказать мне совершенно иное. – С этими словами ведьма развернулась и зашагала прочь.

– Мара… – Вступилась молчавшая до сих пор Иллия. Ее сестра покорно остановилась и оглянулась через плечо. – Но, если все же он мертв?

За окном свистел ветер, и это было единственным обстоятельством, не дающим комнате погрузиться в полную звенящую тишину. Воздух наэлектризовался от напряжения, как вдруг ведьма тихо, но уверенно сказала:

– Я буду ждать его все равно. – Михара сглотнула, серьезно глядя на сестер. В ее глазах билась настоящая гроза, смесь боли, безумной надежды, любви и тревоги, которым она все никак не позволяла выплеснуться наружу, уверенная, что любая слабость, любая трещина в ее самообладании обернется в жизни тем, чего она так боится.

Мара вышла из теплого и светлого дома под порывы ветра, покорно подставляя щеки под его безжалостные удары. Хлесткие порывы ветра, казалось, резали кожу, словно ножи. Сама себе ведьма внушала, что слезы текут от боли и холода, но никак не от ужасной тревоги внутри. Но кого она пыталась обмануть? Она опустилась на ступени, уронив лицо в руки.

– Эй, ты в порядке? – Откуда не возьмись рядом с ней возник болотник. Как он сумел подкрасться так незаметно?

Ведьма от неожиданности вскинула заплаканные глаза на него. Как всегда, одет в черное. Как всегда, спокойный взгляд серых глаз. Ветер трепал и без того находящиеся в беспорядке густые черные волосы.

– Оставь меня. Пожалуйста. – Мара всхлипнула, отворачиваясь от него.

– Я знаю, о чем ты думаешь. – Начал он. Впервые Маре довелось слышать его голос таким серьезным. – Но ты не должна принимать это слишком близко к сердцу. – Он посмотрел куда-то в небо, где клубились темные облака, и завывающая волком вьюга кружила снежинки. – Дар предсказания крайне редок, и он достался тебе не просто так. Последней предсказательницей у вас была Лавиэль, но она растратила его зря, продавая дар простому народу, гадая за деньги на любовь, измены и женихов. Но ты не такая, как она. Ты хранишь дар внутри себя, однако это тоже неправильно. Твоя сила – удивительна и редка. И я не думаю, что кто-то из вашего круга способен на то, на что способна ты, и… Эй, что с тобой?

Плечи девушки вздрагивали в такт беззвучным рыданиям.

– Лана сказала, что со мной невозможно общаться. Они меня ненавидят, а я… я и так держусь изо всех сил. Мне ужасно тяжело, но почему я должна быть улыбчивой и дружелюбной? Я ведь и так одна из лучших, но, когда этого стало недостаточно? – Она пыталась закрыть глаза рукой, но по щекам ручьями текли горячие слезы.