Алиса Перова – Танцующая в неволе (страница 52)
В домашних шортиках и маечке, моя помощница кудахтала вокруг моих обновок, осыпала меня комплиментами, восхищаясь новым цветом волос, и пищала от восторга над своими подарками – прямо детский сад на экскурсии в зоопарке. А из кухни доносился букет аппетитных ароматов и настойчиво манил, заставляя урчать голодный желудок.
– Ох, Римма, спасибо большое. С тобой я рискую отрастить большую задницу и захрюкать.
Я отвалилась от стола, который ломился от обилия еды благодаря стараниям моей уникальной помощницы. Но продегустировать каждое блюдо мне уже не по силам.
– Я уверена, что лишний вес Вам не грозит, – Римма вся светилась от радости.
В моё отсутствие девчонка хорошо поработала, собрала кучу полезной информации для моей новой затеи и я не скупилась на похвалу.
– Согласна, а когда мы реализуем наш план, то угроза лишних кэгэ будет рассыпаться уже на пороге нового офиса.
– А я очень рассчитываю на льготный абонемент, – довольно прочирикала Риммочка.
– Обещаю, что ты, Римма, ещё надорвёшься этими льготами, потому что станешь лицом нашей фирмы, а твоему телу придётся постоянно соответствовать распиаренным стандартам красоты.
– Я? – Римма удивлённо вскинула брови, критически осмотрела свои стройные обнажённые ноги и перевела оценивающий взгляд на мои. – По-моему, у Вашего лица и тела гораздо больше шансов на успех.
– Я так не думаю. Во-первых, я не собираюсь светиться, а во-вторых, у меня слишком экзотическая внешность, и ни одна трезвомыслящая барышня не поверит, что достигнет именно такого результата. Надо ставить реальные задачи и цели. А вот ты, блондинка ясноглазая, гораздо ближе к русскому народу, на тебя и будем делать ставку.
– Ох, мне же тогда над рельефом надо поработать, – всполошилась Римма, кажется, уже готовая вскочить и начать работать над рельефом. Вот ведь стрекоза неугомонная! Меня восхищают её лёгкость и энтузиазм. Лишь бы не сдулась девочка.
– Успеешь, Римма, накачать себе трицепсы, а пока предлагаю обмыть наши перспективы.
Я достала из холодильника пузатую бутылку с уже достаточно охлаждённым содержимым, а Римма тут же впилась взглядом в этикетку.
– «Аристов Кюве Александр», м-м, это что?
– Игристое вино.
– Сладенькое? – в предвкушении облизнулась девушка. – Французское?
– Нет, – ответила я сразу на оба вопроса, – сегодня мы с тобой патриоты.
– Да ладно?! – у Риммы округлились глаза. – Правда, что ли, наше?
– Ага, Краснодарский край, между прочим. Это Бабай открыл мне глаза на этого производителя, когда напоил их «Мадерой». «Мадера», я тебе скажу – мёд неразведённый.
– Кто бы мог подумать! И что – теперь они составят конкуренцию французскому виноделию?
– Ну, за Францию я могу быть спокойна, но Россия, однозначно, на правильном пути. – И, разлив бледно-розовый напиток по фужерам, я произнесла: – Да пребудет с нами удача!
– Да! – Риммочка сверкнула белозубой улыбкой. – И если эта капризная госпожа не поторопится, то я призову её ритуальными танцами с бубном.
Звонок домофона отвлёк нас от культурной пьянки, и Римма, глядя на часы, тоном вышколенного дворецкого торжественно произнесла:
– Владислав Эдуардович Лисицкий пожаловал.
Риммочка рассказала, как она пыталась проучить беднягу и как её это угнетало. Владу она искренне симпатизировала и очень одобряла его кандидатуру в качестве моей пары. Я никак не пыталась комментировать её высказывания, нацеленные на то, чтобы раскрыть мне глаза на длинный список его положительных качеств. Я и сама не была слепой, но стимулировать активный пиар не собиралась.
Влад ворвался в квартиру, как тайфун. А, заметив меня, чуть не сбил с ног хрупкую Риммочку, впустившую его в квартиру.
– Неандерталец! – взвизгнула возмущённая девушка в спину устремившемуся ко мне блондину.
Кажется, его спине, как и другим частям тела, было глубоко фиолетово, что об их хозяине думает какая-то пигалица. Влад видел только меня. Моё сердце ускорило ритм и забилось пойманной в силки птицей, когда мой великолепный блондин сгрёб меня в охапку. Сердце билось, в груди разливалось тепло, НО… я не ощущала никакого сексуального возбуждения.
– Девочка моя, прости меня… Никуда больше… Никогда, – бормотал несвязно Влад, осыпая поцелуями моё лицо и шею.
Я так и висела в его медвежьих объятиях, болтая ногами над полом, и принимала щедрую ласку, ловя губами его жаркое дыхание. Мне были очень приятны объятия Влада, я соскучилась по этим губам, рукам… Вот только я бы рада обойтись нежными обжимашками, поцелуями и поглаживаниями. Вот такой нехитрой ласки мне и не хватало всё это время. Но сможет ли понять меня влюблённый ревнивый мужчина, чей член таранит моё бедро. Да я и сама себя не понимаю и просто сдаюсь, ныряя в этот шторм и закрыв глаза.
То, что нахожусь уже в спальне, в горизонтальном положении, я осознала, когда дверь шумно распахнулась, и в мою обитель вторглась взъерошенная Римма. Полураздетая, я не успела выплеснуть на обнаглевшую девчонку своё негодование, когда она сбивчиво запричитала:
– Ради бога, простите, но платье… Нельзя! Это же плохая примета.
И под нашими обалдевшими взглядами Римма схватила прозрачный чехол с моим серебряным платьем и исчезла с ним за дверью, продолжая бормотать извинения.
– И что это было? – спросил у меня Влад, продолжая пялиться на закрытую дверь спальни.
Я уже поняла причину Риммочкиного вторжения и громко расхохоталась – ох уж эти приметы. Она что – боялась, что наш брак даст трещину, если жених увидит платье раньше времени? Смешно. Этот союз заведомо обречён на провал, и не трещина ему грозит, а огромная пропасть, шириной в пятнадцать лет моего недоверия и отрицания.
– Диан, я забронировал номер в загородном отеле до воскресенья. Там тишина, лес, озеро, а главное – никто не врывается в спальню. Вокруг чистый воздух и плохие приметы там просто не выживают. Поехали туда, а? Клянусь, если встретим чёрного кота с пустым ведром – повернём обратно.
Вот ведь мужики – народ беспечный. У него завтра в двенадцать вожделенная регистрация, а он собирается накануне торжества в лес свалить, да ещё от Москвы подальше. А ведь приличной невесте перед загсом часа четыре надо только на сборы. Хорошо, что я не из этих – не из приличных.
– А поехали! – соглашаюсь беспечно и резво вскакиваю с кровати.
В конце концов, марафет я смогу и собственноручно навести, а наряд прихвачу с собой. Конечно, я соблазнилась вовсе не возможностью побыть вдвоём с Владом, ведь для этого совсем необязательно покидать город. Можно было бы сказать, что меня манили лес и озеро, но на самом деле мне захотелось просто пойти парню навстречу и уступить его желанию. Такая малость, а Влад уже сияет, как начищенный самовар.
*****
Когда мы добрались до пункта назначения, уже стемнело. В тусклом свете фонарей территория, на которой располагалась двухэтажная частная гостиница, выглядела жутковато. Выйдя из машины, Влад растерянно огляделся. Кажется, он не так представлял себе любовное гнёздышко. Я покинула пассажирское сиденье автомобиля и присоединилась к парню.
– Надеюсь, мы не сделали поворот не туда? – Я зябко поёжилась, вглядываясь в чёрный лес, окруживший это неприветливое место.
Влад издал зловещий смешок и, привлекая меня в свои объятия, некстати произнёс:
– Не место красит человека…
– О, прямо в тему сейчас. Ну, пойдём тогда, украсим этот мрачный склеп своим присутствием.
И мы двинулись в сторону дома.
Двухкомнатный номер на втором этаже, состоящий из спальни и гостиной, был непреодолимо далёк от интерьера питерского дворца, но претендовал на категорию «люкс». Впрочем, мне доводилось видеть много разных «люксов» и этот не был худшим из них. А при свете дня, вероятно, всё здесь покажется более позитивным. Сейчас же, единственным интересным объектом для меня был Влад. Ради него я притащилась в эту глухомань, и теперь намерена воспользоваться этим симпатягой по программе «всё включено».
ГЛАВА 26. Влад
2018 год
Влад
…Хотел в слезах любви, раскаянья и горя
К ногам твоим упасть!
Хотел все помыслы, желанья, наслажденья –
Всё в жертву принести.
Я жертвы не принёс, не стою я прощенья…
Прости меня! Прости!
А. Апухтин
Ещё недавно, когда я мысленно рисовал портрет идеальной женщины, я невольно представлял свою бывшую жену. И дело вовсе не в том, что старая любовь не ржавеет и внутри меня ещё живы чувства к ней. Нет – там давно всё перегорело. Просто ещё в юности в моей голове сформировался некий шаблон идеальной красавицы, способной надолго завладеть моим вниманием. И удивительным образом этот шаблон совпал с обликом Ленки – тогда я и влюбился.
Мне всегда нравились невысокие, хрупкие и, в идеале, голубоглазые блондиночки с маленькой аккуратной грудью. Не то чтобы меня совсем не заводили пышные формы. После развода у меня было немало пышнотелых красавиц, и я даже находил их аппетитными в процессе активного общения. Но интерес испарялся одновременно с выбросом накопившегося возбуждения.
Никаких совместных прогулок, общих компаний, приятных подарков и планов на выходные. Эти потребности исчезли вместе с моей женой, и всё последующее общение с девушками ограничивалось механическим сексом и, иногда, совместно распитой бутылкой шампанского либо чего-то покрепче. Я думал, что так будет всегда и даже не сожалел об этом. Так и было ровно до того момента, пока я не увидел Диану.