Алиса Перова – Танец на крыльях (страница 87)

Феликс! Судя по выкрикам поклонниц, именно так зовут это юное божество. Я ни на секунду не выпускаю его из вида. С жадностью исследую взглядом еще недостаточно по-мужски окрепшее, но такое сильное и гибкое тело. И уже фантазирую о сложных поддержках в этих руках.

Парни хлопают Феликса по плечам, и каждая из девчонок, оказавшихся рядом с ним, норовит его потрогать. Это вызывает во мне иррациональный протест, словно кто-то пытается отнять мое. И, к моему удовлетворению, он ловко ускользает от похотливых рук. Сильный и изящный, как молодой гепард, он изворачивается, избегая прикосновений, словно знает, что мне неприятно видеть его ручным.

Внезапно наши взгляды встречаются. Я не знаю, с чего я это поняла, ведь освещения фонарей недостаточно… Я скорее почувствовала его взгляд, а спустя несколько секунд мальчишка стоял напротив, серьезно глядя на меня в упор. Господи, до чего же он красивый! Он скользит темным взглядом по моему лицу и задерживается на губах. Лишь тогда я понимаю, что мой рот приоткрыт. Хорошо хоть слюна не капает. Я сглатываю и, протянув ему руку, произношу охрипшим голосом:

— Диана.

Он ничего не отвечает и продолжает меня разглядывать. Когда его взгляд спускается до моего обнаженного живота, мышцы пресса непроизвольно сокращаются, а губы красавчика расползаются в дерзкой ухмылке. Он изучает мою замершую ладонь и пожимает запястье тремя пальцами, так и не представившись.

— Нравится? — спрашивает с легким акцентом. Не американец.

Я не совсем понимаю, к чему относится его вопрос, но это и не имеет сейчас значения, потому что мне нравится здесь все. Я утвердительно киваю и произношу уверенным тоном довольно громко, чтобы перекричать заводящего толпу диджея:

— Я хочу участвовать в баттле.

Феликс молчит несколько секунд, не сводя глаз с моих губ, потом произносит.

— А ну-ка еще скажи.

— Что? — я неожиданно теряюсь от дерзкого тона и тут же злюсь на свою несобранность.

— Да все равно что, просто скажи, — требует он.

Наглый тон этого щенка меня моментально отрезвляет. Он даже не услышал, что я сказала, и ему плевать, повторю я свою просьбу или нет. Оборзевший малолетка! Зато его, кажется, впечатлил мой голос. Получи тогда, мальчик:

— Финальный поединок будет только между мной и… — я делаю многозначительную паузу, проверяя реакцию на мой фирменный тон… Работает! — … И тобой, — снисходительным тоном завершаю свою показательную речь и тычу пальцем ему в грудь.

— Руки, — агрессивно шипит мальчишка, шарахаясь от меня, как от прокаженной.

Всю мою уверенность и браваду смыло волной этой внезапной злости. Что не так-то? И пока я ловлю за хвост свою отползающую решительность и возвращаю надменное выражение на лицо, дерзкий Феликс уже нагло лыбится, внимательно и беззастенчиво изучая мою фигуру.

— А ты уверена, красотка?

— Всегда! — бросаю ему в лицо, хотя я, кажется, уже ни в чем не уверена.

И прежде всего не уверена, что этот пацан мне по-прежнему нравится. Уж как-то все в нем чересчур…

"Как и во мне", — попутно отмечаю про себя.

— Хм! Что ж, посмотрим, что ты из себя представляешь… веревочка.

Что? Какая веревочка? Это он обо мне, что ли? Мелкий выскочка! Сам-то… Но самого уже след простыл.

А уже в следующую минуту голос диджея заставляет меня озвереть.

— Леди и джентльмены, у нас объявился новый участник! О, нет — это прекрасная участница! Итак, встречаем — Вер-р-ревочка-а!

Ну что же, на свой смелый вызов я получила довольно хлесткий ответ. Здесь у меня нет группы поддержки, а значит, самое время направить всю свою злость на укрощение ревущей толпы. Я делаю вдох, на секунду прикрываю глаза и ловлю бит…

Веревочка, говорите? Встречайте, детки, — Удавочка!

Нас ожидаемо осталось двое. Я на таком кураже, что не чувствую усталости, и теперь у меня тоже есть группа поддержки. Конечно, все восторженные девчачьи визги посвящены Феликсу, чтоб он оглох. А мне достались свист, басовитый рев и пошлые комментарии. Чем богаты — то и наше.

 Но я в финале, и прищуренный изучающий взгляд Феликса — лучшая мотивация для победы. Этот самородок разглядел во мне достойного соперника. Ну, во всяком случае, я на это надеюсь. И сейчас, когда он пружинящей походкой направляется ко мне, я, переплетя руки на груди, встречаю его с достоинством императрицы.

— Поздравляю, красотка! Признаться, ты меня удивила.

— А ты меня не особенно, — нагло вру, — поэтому я тоже тебя поздравляю. Заслужить финал со мной — большая удача!

Феликс весело смеется, и мои бастионы, осыпаясь, теряют бойницы. У него такой красивый смех…

— Засчитано! — говорит он, продолжая улыбаться. — Нам обоим посчастливилось, и самое время обсудить, чем ты расплатишься за свой проигрыш.

Ну до чего противный малый! Надо же — ни в случае проигрыша, ни если вдруг… Похоже, он даже не сомневается, что обставит меня.

— О чем ты, мальчик? И разве сам проигрыш — это не достаточная расплата? Давай-ка лучше обсудим мою награду за победу.

Кажется, подобный исход наглецом даже не рассматривается. Он серьезно смотрит мне в глаза, переводит взгляд на губы и заявляет:

— Ну-у, тогда ты сможешь пососать мой член…

Я таращусь на него в полном недоумении, переваривая смысл сказанного. Я действительно правильно поняла — это моя награда? Круто! За победу — кожаный кубок в рот! Я даже не знаю, возмущаться мне или смеяться.

— Послушай-ка, Фил, ты такой гуттаперчевый мальчик, что легко и сам пососешь свой член в качестве утешительного приза.

Ну и чему он радуется? Понравилось мое предложение? Я смотрю на широкую мальчишескую улыбку и невольно улыбаюсь сама. Полная и необъяснимая дичь, но он мне все больше нравится.

Не знаю, что приготовил этот парень для финальной битвы… До сих пор каждый его выход был яркой и дерзкой провокацией меня, а мой — достойным ответом ему с дальним посылом его же. Сейчас в моем арсенале почти не осталось непродемонстрированных фишек. Так или иначе, но я еще ощущаю достаточно сил, чтобы как следует прокачать толпу. Удачи мне!

Не знаю, какую цель преследовал Феликс, но он снова удивил. Его выход был первым, что давало мне преимущество. По минуте на каждого — это более чем достаточно для яркого взлета или сокрушительного падения. Пусть победит сильнейший!

Однако на сей раз от Феликса не последовало никаких провокаций. Его финальный выход — это был крик души, учащенное биение раненого сердца, зашкаливающий пульс… И это маленькая, длиной в одну минуту, трагическая жизнь, в которую на последних секундах вдохнули надежду.

Мой ответ стал таким же откровенным обнажением души. В эту минуту я танцевала так, как никогда в моей жизни. Эти шестьдесят секунд выпотрошили меня настолько, что, пережив их, мне хотелось только одного — поплакать в одиночестве. И даже крики толпы, свидетельствовавшие о победе моего соперника, уже не смогли расстроить меня сильнее.

Наши взгляды — мой и Феликса, столкнулись… И это, словно был новый баттл, где пляшущие черти безжалостно рвали натянутые струны…

— Сегодня нет победителей! — громко выкрикнул мальчишка, и публика снова его поддержала.

Я ухмыльнулась — совсем еще ребенок, но уже с серьезной заявкой на беспрекословное лидерство.

Кивнув на прощание этому смуглому красавчику, я стала выбираться из толпы.

— Эй, стой, конфетка, — темнокожий бритоголовый парень дернул меня за руку. — Теперь начинаются парные танцы.

— Спокойной ночи, мальчик! — я резко освободилась от его руки и пошла прочь.

*****

Ночной Бостон, наверное, тоже прекрасен и хочется надеяться, что не слишком опасен. Когда за спиной послышался рев мотоцикла, я вся подобралась. Древний, как динозавр, "Харлей", обогнав меня, резко преградил дорогу.

— Не страшно одной, Веревочка? — лыбится Феликс. — Я мог бы проводить, если ласково попросишь.

— Не страшнее, чем на мотике, который рискует рассыпаться прямо под тобой.

— Это вряд ли, — мальчишка пожал плечами. — Ты расстроилась, что не победила?

— Да, грустно, что мы оба лишились твоего десерта. — Да кто же меня за язык-то тянет?

— О, так это легко исправить, — Феликс пошло двинул бедрами.

— Начинай пока без меня, — я хлопнула ладонью по бензобаку и направилась в узкий проулочек между домами. Кажется, так я немного срежу путь.

— Эй, там темно, — послышалось предостережение вслед, но я, не оборачиваясь, молча махнула рукой.

Услышав удаляющийся рев мотоцикла, я загрустила. Мальчишка мог бы быть и понастойчивее. И зачем я его "Харлей" обидела — классный ведь мотик. И парень классный… Правда, мелкий еще… и борзый слишком.

Пройдя метров двадцать по узкому переулку, я решительно развернулась обратно. Не то чтобы мне было очень уж страшно, но по оживленной центральной улице двигаться гораздо безопаснее. Уже издали я заметила, что просвет, ведущий на большую улицу, перекрыли несколько темных фигур. По мере их приближения сердце учащенно забилось от страха. Я различила, что парней четверо, когда раздался уже знакомый голос:

 — За тобой и не угнаться, конфетка. Ты зря отказалась от парного танца, но сейчас пришло время группового…

29.3 Бостон

В голове почему-то крутится информация о низком уровне преступности в Бостоне. Вряд ли сейчас эти знания способны меня защитить. Их четверо, как тогда… Господи, что мне делать? Но ведь снаряд не может попадать дважды в одно и то же место? Или… Я с ужасом озираюсь по сторонам, но с обеих сторон лишь голые кирпичные стены домов и… И я не знаю ни одной молитвы… Мамочка!..