Алиса Перова – Танец на крыльях (страница 116)

Мой тон становится настолько жестким и требовательным, что Жак пару секунд моргает и выдает:

— Сердце.

Сердце? Эта информация вызывает во мне бурю противоречивых эмоций. Неуместную радость, оттого, что наличие этого органа делает Демона словно человечнее и роднее… И ужас! Потому что такой приступ забрал у меня маму, и я вдруг осознаю, что совсем не готова проститься с Демоном.

В памяти невольно всплывают связанные с ним моменты, которые заставляли верить, что я ему небезразлична. Когда мы впервые увиделись и он защищал меня от бабки, когда он убеждал, что ребенок внутри меня — это маленький живой человечек, когда родился Реми и Демон боролся за его жизнь… Таких моментов было немного, но я помню даже каждую мелочь и очень бережно храню в сердце эти крупинки тепла.

Машина Жака притормаживает, и я осматриваюсь.

— Больница? — восклицаю удивленно, а мой страх становится еще глубже. — Он позволил упечь себя в больницу?

— Меньше болтай и давай за мной, — командует Жак, и я безропотно подчиняюсь.

Я осторожно толкаю дверь из матового стекла и несмело ступаю в палату.

Демон, по-прежнему огромный и хмурый, лежит на кровати, кажущейся под его тяжелой тушей слишком хрупкой и ненадежной. Он мгновенно впивается в меня цепким, совсем не больным, взглядом. Но так только кажется. Даже на расстоянии я слышу одышку. Вижу усталость и бледность на лице этого сильного мужчины. Мне дико видеть его в горизонтальном положении. А еще вокруг куча всякой медицинской аппаратуры…

— Здравствуй, Демиан, — произношу ровным тоном. — Ты задолбался работать и решил сачкануть?

Демон продолжает молча сверлить меня взглядом и лишь уголки его губ слегка дрогнули.

Почему он молчит, может, речь отнялась? Я не хочу, чтобы так…

— Демиан, если ты не можешь говорить, то хотя бы кивни, чтобы я знала, что не зря мелю языком.

— Я тебя слышу, Диана, — внезапно прогрохотал Демон, а на карнизе за окном с перепугу оступился голубь.

— А я уж хотела поболтать вдоволь, — нервно усмехаюсь. — Думаю, в кои-то веки ты меня не заткнешь. А ты вообще чего здесь разлегся?

Я подхожу очень близко и борюсь с желанием воспользоваться его слабостью и прилечь рядом.

— Старый Хенг меня уже заждался, — голос Демона заметно потух, а я вообще потеряла дар речи. — Давно-о чертов хрыч меня тянет. Не хотел бы я там вечно видеть его рожу.

— Ты с-с ума сошел? — от волнения и страха я начинаю заикаться. Я не готова к его словам! — Какой Хенг?! Ты не можешь умереть, Демиан! Только не ты!

— Это совсем не страшно, — лицо Демона приобретает мечтательное выражение. — Я давно был бы рад уйти, если бы знал, что ТАМ меня ждет моя Эсмеральда. Но мне никак не добраться до моей девочки.

— Я больше, чем уверена, что она сама к тебе придет. Даже в ад! — выкрикиваю почти со злом.

— Бунтарка! — улыбается Демон. — Порой я так ненавидел тебя, малышка…

— Ненавидел? — шепчу внезапно осипшим голосом.

— Ты так похожа на мою Эсмеральду и… так не похожа на нее. Такая же прекрасная внешне, но внутри всегда непокорная и дерзкая. Моя девочка совсем другая… Нежная, кроткая, тихая и… тоже немного упрямая.

— Похоже, это твои демонические глаза подпортили мою ауру, — язвлю в ответ, даже не пытаясь маскировать обиду. — Не зря ведь говорят, что глаза — это зеркало души. Вероятно, они же и проводники.

Демон слабо усмехнулся.

— Ты очень сильная, Диана. Всегда была сильной. Ты сможешь позаботиться о Реми.

Внезапно вспыхнувшая радость мгновенно гаснет, когда он добавляет:

— Позаботиться, как старшая сестра. Ты будешь нужна ему.

— Спасибо за оказанное доверие. Я счастлива, что ты так заботишься о моем ребенке. А я сама — Диана-Эсмеральда Шеро, никогда не была тебе нужна?

— Ты-ы… Ты гораздо сильнее нашего мальчика. Сильнее всех, кого я знаю. Я постарался… Прости…

И вот это ответ? Слово "прости" потонуло в его шумном дыхании. Показалось, наверное…

— Демиан, а ты любил меня? Ну, хоть немного… — я присаживаюсь на край кровати.

 — Я всегда гордился тобой, девочка.

Не в силах сдерживать рвущиеся наружу слезы, я положила голову ему на грудь. — Обними меня, Демиан.

Я плакала молча, не шмыгая носом и не вздрагивая. Слезы уже пропитали одеяло, а я все продолжала ждать… Прошла целая вечность, прежде чем большая тяжелая ладонь опустилась мне на голову, а внутри меня словно плотину прорвало. Я сотрясалась в горьком отчаянном плаче, по-прежнему не произнося ни звука.

— Опять ревешь? — недовольно проворчал Демон.

— Дед… я ведь люблю тебя, — я подняла на него заплаканные глаза. — Ты обязан знать, что я люблю тебя.

— Уходи.

Я в неверии смотрю на него. Может, он не расслышал моих слов? Или я…

— Уходи, я устал.

Я отчаянно ищу возможность задержаться и побыть с ним еще немного, но взгляд Демона громче его слов — он не хочет меня больше видеть. Как я могла позволить себе так раскиснуть в его присутствии?! Слабачка!

— Береги себя, Демиан, пожалуйста! Ты очень нужен Реми… и мне. Не бросай нас, — тихо лепечу, пятясь к двери.

Демиан устало прикрыл глаза, словно ему было больно на меня смотреть, а я тихо присела на корточках у самой двери, надеясь задержаться здесь еще немного.

Минут пять я сидела молча, вытянув шею, чтобы убедиться, что сильный грозный Демон все еще дышит. Сейчас я была готова отдать весь свой успех и способности за то, чтобы его дыхание не прерывалось и чтобы в его могучей груди еще очень много лет продолжало биться сердце.

— Мальчишка твой… стриптизер, — неожиданно произносит Демон, не открывая глаз, — он тебя… не подведет.

— Спасибо, — шепчу еле слышно. Сейчас у меня и в мыслях нет, чтобы исправлять Демона. Пусть будет стриптизер… Ведь гораздо ценнее другие слова… Даже из мыслей гоню слово "последние".

Я продолжаю так же тихо сидеть, прислонившись к стене, и пытаюсь придумать правильные слова, чтобы сердцу Демона было приятно, но в голову лезут одни сентиментальные глупости, которые ненавидит этот суровый мужчина… За столько лет мы так и не научились общаться…

— Эсмеральда, — тихо зовет Демон. Бредит? — Жака позови, девочка.

Я понимаю, что он обращается ко мне.

— Сейчас… папа… Я быстро!

За Жаком далеко бежать не надо — он встречает меня прямо за дверью, а затем уединяется в палате с Демоном.

Лео, его напарник, отдает мне ключи от моей машины и хочет отправить домой. Он дурак, что ли?

Я бесконечно долго меряю шагами небольшой пятачок перед палатой, боясь отойти от нее даже на три метра.

Феликс звонил уже несколько раз. Не в состоянии говорить, я отправила ему сообщение, коротко объяснив ситуацию. Не хочу, чтобы Фели волновался.

Что они там решают — Жак не выходит из палаты уже больше получаса?! Неизвестность и ожидание сводят меня с ума.

А когда, наконец, распахивается дверь, у меня глаза лезут из орбит. Демон при полном параде быстрым шагом покидает палату, а за ним подавленный и растерянный Жак. С такими же несчастными и обреченными мордами неподалеку замерли два врача. Они-то почему бездействуют?

— Что это значит? — выкрикиваю я. Получается визгливо, и Демон кривится, как от зубной боли. — Демиан, ты куда? Тебе же нельзя!.. Да сделайте же что-нибудь! Я уничтожу вас, сволочи! Пи*дец вашей клинике!

Демон бросает на меня насмешливый взгляд и быстрым шагом направляется к выходу. Типа выздоровел?

Я не отстаю, пытаясь на бегу, не выбирая выражений, объяснить ему, как он неправ. Очередные доводы прерываются ревом двигателя, и мощный автомобиль увозит от меня "немощного" Демона и подневольного Жака.

Со спины меня обнимают руки Феликса, и сейчас эти руки — самое надежное, что есть в моей жизни.

Эти руки продолжают меня удерживать и спустя полчаса, когда позвонил Жак и тихо сказал, что Демона больше нет.

Кому мне теперь молиться, чтобы он встретил свою Эсмеральду?..

34.1 Диана

2019

Сквозь иллюминатор я вглядываюсь в хмурое зимнее небо, в котором застыли сизые облака.