Алиса Перова – Неистовые. Из огня да в полымя (страница 93)
— Чего не сказал? Что она меня опередила? Стефания, ну ты ведь девочка. Как думаешь, ты хотела бы такое услышать? Чувство вины утихнет, а вот задетое самолюбие может здорово подорвать уверенность в себе и отравить жизнь надолго.
А я вдруг вспоминаю о моей Сашке, для которой каждый мужчина априори потаскун — либо потенциальный, либо уже состоявшийся. Я стискиваю Генкину шею и нежно касаюсь губами его губ.
— Прости, я больше никогда н-не стану в тебе сомневаться. И, знаешь, если бы я не влюбилась в тебя раньше, то сейчас стопроцентно п-потеряла бы голову.
— М-м, так ты в меня влюбилась? — урчит он мне в губы.
— Как кошка, — выдыхаю в ответ. — Генка, а давай больше н-не будем расставаться. Потому что, когда мы п-порознь, с нами всё время что-то случается.
— Ну ладно… только это же надо как-то скрепить, да?
— Да-а… п-прямо здесь будем скреплять?
— А зачем нам далеко ходить? Погоди-ка, — он приподнимает меня за бёдра и начинает шарить в своём кармане.
Он что, серьёзно ищет презерватив? Он с ума сошёл?
— Сейчас, малышка, — и, продолжая меня удерживать, Генка в несколько шагов допрыгивает до клумбы и одним варварским жестом срывает несколько бело-розовых пионов.
— Ты что делаешь?! Здесь же кругом к-камеры!
— Так я вижу хреново… скажу, хотел подорожник к глазам приложить, но перепутал случайно. Так, всё, тихо, не сбивай меня с мысли.
Под ошарашенными взглядами нескольких очевидцев этого вопиющего вандализма Генка скачет вместе со мной обратно к скамейке и, снова усадив меня к себе на колени, протягивает пушистый и потрясающе пахнущий букетик. А я прячу руки за спину — не-эт, в таком безобразии я не участвую.
— Нас с тобой арестуют, — хнычу я. — Знаешь, какие н-немцы стукачи?
— Да и хрен с ними. Бегом сюда руки! — рявкает Генка. — Не обламывай такой важный момент.
— Момент нашего п-позора? — я сцепляю за спиной пальцы. — Не дам.
— А сейчас? — Генка разжимает свою ладонь, которой только что придерживал меня, а там…
Моё сердце замирает от восторга и счастья, а руки сами тянутся к восхитительному колечку.
— Это мне?..
— Сперва цветы, — Генка впихивает мне в руки пионы
Эпилог
Стефания Геннадий Цветаевы
Август (2 месяца спустя)
Мадрид
Собор Святой Марии Магдалины — единственный православный храм в Мадриде. Обычно здесь молятся эмигранты, а на Пасху здесь можно освятить куличи.
Но сегодня в этом чудесном храме произошло великое и прекрасное таинство — наше с Генкой венчание. Боже мой, я до сих пор поверить не могу. А-а-а! Мои щёки пылают от волнения, ноги подрагивают, а я то и дело поглядываю на наши сплетённые пальцы, чтобы убедиться, что колечко на месте, и это не сон. Это наша с Генкой живая реальность, перед которой даже мечты трепещут.
Мы выходим из прохладного храма, и тут же ныряем в удушающий жар — сегодня в Мадриде, наверное, плюс пятьдесят. Генка, щурясь от яркого солнца, тут же надевает очки, а я снимаю венчальный платок, покрывающий мою голову и обнажённые плечи. Пожалуй, это единственный свадебный аксессуар (кроме обручальных колец, конечно). Одеяние у нас с Генкой совсем не торжественное, однако мы оба в белом — я в воздушном коротком сарафанчике на тонких бретелях, а Генка в льняной рубашке и брюках.
Наше мероприятие вышло очень спонтанным, поэтому мы оба немного ошарашены. Конечно, мы планировали пожениться, и собирались это сделать в конце сентября в родном Воронцовске. Но буквально вчера, когда мы прилетели в Мадрид, Феликс толкнул нас на эту замечательную авантюру — обвенчаться в местном православном храме. А мы с Генкой приняли идею на ура.
И вот!
— Так, а что с лицами, молодожёны? Улыбаемся! — командует Феликс и наводит на нас объектив камеры. — Стефани, покажи-ка мне трепетную голубку! Гена, больше огня! Да за каким ты снова напялил очки?
— Я так вижу! — рычит Генка и, прижав меня к себе, очень опасно улыбается в камеру.
А я подглядываю за ним. Какой же обалденный у меня муж!
В Германии мы провели полтора месяца — операция на глазах, реабилитация, потом пластика и снова реабилитация. Зато теперь Генка выглядит и чувствует себя отлично. По мне, он и без пластики был хорош. А шрамы только добавляли ему брутальности. Но Генка сказал, что не хотел бы заявиться в загс с «крокодильей мордой». Это не я — это он так думал.
Но сейчас Генка вполне доволен своей внешностью, хотя небольшие отметины на лице всё же остались. «Кроме мамы, никто и не заметит, — отмахнулся он, — а эта бровь у меня вообще была несчастливая, поэтому без неё даже лучше». Шутник!
— Карета подана, молодёжь, — Феликс приглашающим жестом указывает на роскошный белый кабриолет (наверняка арендованный).
— Слышь, Фил, а свадебный обед у нас будет? — волнуется Генка. — А то ж мне одного кагора маловато. Я и так худой стал, как велосипед.
Феликс скептически осматривает «худого», не добирающего всего три кило до центнера, и спешит успокоить:
— Всё будет, Гена! И обед, и праздничный ужин, и свадебная экскурсия по Мадриду, и… — Феликс коротко прижимает кулак к губам и наставляет на нас большой палец. — И обязательный мастер-класс по фламенко!
— Ух, едрид Мадрид! Это мы ещё не проходили, да? — Генка поднимает меня на руки и несёт к кабриолету. — Ангел мой, ты готова забацать фламенко?
— С тобой х-хоть джигу-дрыгу, — я обнимаю его за шею и тихо пищу от восторга.
Могла ли я ещё недавно представить такое? Я в столице Испании в компании двух самых потрясающих мужчин, один из которых — мой муж! Мо-ой! Да я теперь на что угодно готова!
— Ну что, погнали, голубки? — Феликс оглядывается на нас с переднего сиденья и даёт знак водителю.
— Фил, ты базар-то фильтруй! Какой я тебе голубок? — невсамделишно возмущается Генка, и тут же начинает строить планы на ближайшие дни.
— Следующие два дня и три ночи вы со Стефани едете за город, — выдаёт Феликс. — Для вас забронированы апартаменты в самой крутой усадьбе на берегу озера. Природа сказочная, еда отменная и развлечения на любой вкус. Это мой свадебный подарок.
У меня просто слов нет, и эмоции зашкаливают. И когда он только всё успел? Мы же только вчера решили с венчанием. Или Феликс это заранее продумал, и даже не сомневался, что мы согласимся? Он рассказал, что они с Дианой тоже обвенчались втайне от всех — хотели побыть только вдвоём. А шумную свадьбу уже устроили намного позднее.
— Феликс, какой же ты… Сп-пасибо тебе огромное! — выплёскиваю я.
Генка тоже благодарит, правда, сдержанно и немного смущённо, но я вижу, что он рад.
— Пока вы будете отдыхать, я разберусь со своими делами, — поясняет Феликс, — а потом у нас останется ещё пара дней, чтобы посмотреть Мадрид. И назад — в Барселону.
— Да, а то Винсента я не доверяю твоим родственникам. Надо было с собой его взять.
С тех пор, как Генка выписался из клиники, Винс путешествует с нами — и в отелях, и в съёмных квартирах, и в гостях. А поскольку он плохо переносит перелёты, в Мадрид мы его не взяли.
— Генка, не волнуйся ты так, — я глажу его по затылку, — мистер Форд очень любит собак и Винса в обиду точно не даст. А вот мне возвращаться в Барселону немного страшно, Кончита меня не п-простит.
И одновременно два вопроса:
— За что?
— С чего это?
— За то, что я вышла замуж, а её не п-позвала. А она, между прочим, обещала мне платье на свадьбу подарить.
— Охренеть — не позвали её! — громко фыркает Генка. — Да я даже маму свою не позвал! Я и сам ещё вчера не знал, что сегодня женюсь. Кстати, можешь пригласить свою Лупиту на нашу свадьбу в Воронцовск. Уверен, она там ещё не была. О, точняк — со своей сестрой её познакомишь, эти две… гие… — Генка поймал мой предостерегающий взгляд и мгновенно исправился: — Эти милашки точно поладят. Только пусть твоя подруга без Хуля прилетает.
Феликс смеётся, а я думаю про Сашку — она тоже станет злиться за то, что я втихую вышла замуж. Это я ещё молчу про её реакцию на моего избранника. Не представляю, как эти двое будут уживаться в одной семье. Хорошо хоть не под одной крышей. Но Александрине придётся смириться. А Генке стоит, наконец, выучить её имя и прекратить бесить мою сестру.
Ох, а мама вообще будет в шоке, и потом непременно в слезах. Но переспит ночку с этой новостью, а на утро даже не вспомнит, что её расстроило накануне. Зато я уверена, что Айка за нас с Генкой порадуется. Мне очень хочется позвонить своим девчонкам и сообщить новость, но, пожалуй, я потерплю хотя бы до завтра — сегодня ничто не должно омрачить мой праздник.
— Ваш Мадрид мне Париж напоминает, — выдаёт Генка, озираясь по сторонам.
— Есть немного, — соглашается Феликс.
А вот я в Париже ещё не была. Но буду уже через несколько дней. Правда, всего на неделю, но больше мне и не надо. Это будет продолжением нашего свадебного путешествия. Оно у нас получилось необычное — началось ещё задолго до свадьбы. Ведь в Германии Генка не только по больницам прыгал. Мы ещё успели немного попутешествовать. А потом рванули в Барселону. Генка отдыхал, а я работала. Обещанный заказ с оформлением ресторана, к сожалению, отвалился, зато Кончита успела меня разрекламировать среди своих знакомых и обеспечила множеством мелких заказов — фотосессиями для её подруг, за которые сеньоры очень щедро платили.