Алиса Перова – Неистовые. Из огня да в полымя (страница 94)
А ещё я познакомила Генку с папой. Когда мы были в Гамбурге, он прилетал ко мне на два дня. Папа Генке понравился, а вот Генка папе… В общем, мой бедный папуля впал в крепкую задумчивость. А ведь это он ещё о предстоящей свадьбе не знает и о свершившемся венчании. Но и ему придётся привыкать, потому что Генку я никому не дам в обиду. И он меня.
Дикими басами грохочет звонок мобильника, и Генка усмехается.
— У Макса чуйка работает.
— Расскажешь ему?
— Не-эт, он — второй на очереди.
И, переждав звонок Максима, Генка выбирает нужный номер.
— Привет, мамуль. Мужайся, я женился.
***
Гена
10 декабря
Воронцовск (спортбар «Точка кипения»)
— Жек, да задрать тебя в табурет! Как ты прибиваешь, ты вообще, что ль, кривой? Тоже мне, архитектор!
— Да пошёл ты, Геныч! Всё тут ровно, это тебе фашисты глаз криво настроили.
— А мне кажется, эта картинка здесь на хрен не нужна, она в интерьер не вписывается, — выдаёт Макс. — Лучше б фотку Месси* повесил. Или мою! Помнишь, тот кадр, когда я забил угловой? А это что? — он кивает на моё любимое фото. — Листочек какой-то… тоска.
Кирюха, давясь от смеха, прячется за барную стойку, а я надвигаюсь на Макса.
— Заглохни, Малыш, это не листочек какой-то — это я вчерашний! И это не картинка, а талантливая работа моей жены. Ясно тебе, хер невежественный?
— О-о! — многозначительно изрекает Макс, пытаясь задушить улыбку. — Прости, Геныч, я не знал. Но я ж не говорю, что это некрасиво… просто не очень спортивно. Это в ресторане каком-нибудь… очень крутом. А у тебя тут небольшой спортбарчик.
— Молчи лучше, не беси меня. Сядь вон в углу и не отсвечивай, один хрен от тебя никакого толку.
— Слышь, Геныч, имей совесть! Да я третий месяц все выходные батрачу в твоём доме, забыл уже, когда отдыхал нормально.
— Не гунди, Малыш, скоро новогодние каникулы, и все, кто честно поработал, будут хорошо отдыхать.
Макс ещё пытается спорить, но я отвлекаюсь на входящий звонок.
— Привет, мой Ангел! Отстрелялась уже?
— П-почти. А ты скоро будешь?
— Уже на низком старте.
— Ген, п-подожди, у меня обалденная новость — наша Сашка замуж выходит.
— Да ладно?! За Гора, что ль? — спрашиваю недоверчиво.
— А разве у неё есть кто-то ещё? Конечно, за него. И, п-представляешь, свадьба двадцать второго. Обломалось наше парижское Рождество. Но зато… — Стефания выдерживает паузу и торжественно выдаёт: — Нас пригласили в свадебное п-путешествие!
— М-м-да? И куда? — интересуюсь без особого энтузиазма. В голове совсем другое — бедный Гор!
— А это мне ещё п-предстоит придумать. Я бы х-хотела в Австралию, но это очень дорого, а нас ведь человек восемь будет, и все за счёт Гора.
— А, ну об этом можешь точно не волноваться — Горский даже если сотню вывезет, не разорится. Тем более у него сейчас о другом голова болит.
— Это о чём же? — с подозрением спрашивает Стефания.
— Так, всё, детка, я выезжаю, потом расскажу.
Твою ж мать! Во попал мужик! А Кирюха-то, партизан — ведь сто пудов уже знает про свадьбу. Ну ладно, потом обсудим.
— Так, пацаны, я погнал, а вы тут можете ещё часик поработать — и по домам.
— Благодарствуем, отец родной! — дурниной взвыл Жека.
Выйдя из тёплого бара на мороз, я развернулся и с гордостью осмотрел своё детище. То ли ещё будет! О спортбаре я мечтал с детства. И вот он, родной! И, конечно, спасибо моим пацанам — без них я бы до самой весны ковырялся, разрываясь между баром и домом (там тоже дел ещё выше крыши).
Сперва я планировал открыться к Новому году, но предстоящая поездка в Гамбург сбила все планы. Однако зрение — штука серьёзная, а уж если мне предстоит весёлое путешествие, то следует убедиться, что мои «фары» в полном порядке.
Уже в машине по пути в ветеринарную клинику, где практикуется мой Персик, я щёлкаю кнопки, прыгая по FM-волнам, и вдруг…
Улыбаясь до ушей, я набираю Стефании:
— Малышка, звони своей Рыжей и скажи, что ты всё уже придумала — на Занзибар рванём!