Алиса Перова – Неистовые. Из огня да в полымя (страница 76)
Твою ж, дракона, маму!
— Да вот стою и думаю, прикрыть окошко или сигануть из него.
— Можешь прыгать, я потом прикрою, — невозмутимым тоном парирует Диана.
— Вот с-стерва, — я усмехаюсь и поворачиваюсь в сторону голоса.
— Му-гу, а ещё во сне ты называл меня гремучей сукой.
— А я и не спал. Кстати, не расскажешь, что ты тут делаешь?
— Слушаю дождь. Люблю такую погоду.
— А-а, понял. Больше-то негде послушать.
— Тебе что-нибудь нужно?
Ещё как нужно! Но…
— А ты здесь одна?
— Мальчики недавно уехали, но утром вернутся. Может, тебе надо в туалет?
— И как ты догадалась? Или у меня штаны намокли? — я демонстративно ощупываю пах.
— Не знаю. Здесь темно, а на улице почти ночь.
— Да-а? Вот оно что! А я-то думаю, что ж ни хрена не видать, а?..
Я слышу, как приближается Диана, и от ощущения собственной беспомощности сжимаю кулаки. Но правый не сжимается, и я тихо шиплю от досады и боли.
— Давай-ка, Генка, мы с тобой вместе поищем верное направление, — тёплая рука вплетается в мою ладонь. — Пойдём?
Хочется съязвить, но я молча киваю и послушно следую за своей провожатой, стараясь ступать уверенно.
— Стоп, мы пришли, — предупреждает Диана. — Осторожнее, вот сюда.
— А может, ты ещё и подержишь мой краник?
— Если только ты уверен, что не справишься сам.
— Я постараюсь не промахнуться, — рычу раздражённо. — Только скажи, сколько шагов до толчка. И это… не подслушивай тут под дверью.
Конечно, я справился, ведь ориентироваться в тесном помещении несложно. Но всё равно весь вспотел от волнения и осознания, что это только начало.
Как мне вернуть моё прошлое, в котором было такое прекрасное будущее?
Что теперь будет с моей мамой?..
И кто будет с моей Стефанией?..
Об этом очень больно и страшно думать… и не думать — никак.
***
Увидеть Париж и...
*
*
Глава 67 Гена
Ничто так не бодрит с утра, как резкая встреча с дверным откосом. Выругавшись от души, я потёр пальцами саднящий висок и порадовался, что рядом нет свидетелей моей неуклюжести.
Ещё ночью с Дианиной помощью я обследовал свою палату, подсчитал шаги до туалета и окна, всё ощупал и пришёл к выводу, что вполне способен справиться самостоятельно. Но проснулся и снова растерялся, как крот на солнцепёке.
Кто со мной рядом? Что сейчас — утро или ещё ночь? И сколько времени?
Я тихо позвал Диану, но ответом мне была тишина. Зато по звукам за окном я догадался, что город уже проснулся. Там под солнцем щебетали зрячие птицы, спешили по своим делам видящие автомобилисты… Вот чёрт! Неужели я больше не сяду за руль? Не думал, что наступит такой момент, когда я стану завидовать очкарикам.
Какое-то время я продолжал лежать в постели, не двигаясь и переживая заново всё, что случилось со мной вчера, и проклиная злую судьбу. Ночка тоже выдалась непростая — каждые два часа медики терзали мои глаза, что-то капали, мазали, кололи, громыхали инструментами. Было очень страшно ничего не видеть, и я, как маленький, сжимал Дианину руку и слушал её успокаивающий голос. А потом получал очередную передышку и проваливался в короткий беспокойный сон. И снова просыпался, и просил Диану говорить со мной.
Она подробно рассказала о том, что произошло. Оказывается, та химическая отрава, что лишила меня зрения, была предназначена парню, который занимал офис по соседству с фотостудией Феликса. И бедняга получил сполна — его обнаружили привязанным к стулу, с кляпом во рту, с ожогами и ранами, не совместимыми с жизнью.
Будь Феликс с Дианой на месте, их охрана могла бы предотвратить беспредел, но все они находились двумя этажами выше, в танцевальном зале, где проходил кастинг танцоров, и среагировали на шум в то же время, что и мы с Драконом. А если бы пара гвардейцев, что оставались в машине, оказались порасторопнее, то под раздачу попали бы они, а не я. Впрочем, тугодумов уже уволили с волчьим билетом, но посочувствовать им я, увы, не могу.
А если бы вместо меня поехал старина Жак?.. А если бы я не успел оттолкнуть мальчишку?.. Если бы, если бы, если бы… Об этом можно думать до бесконечности, но случилось то, что случилось — селяви. И с этим надо научиться жить.
Диана говорит, что будь даже один процент вероятности исцеления, она бы бросила на него все имеющиеся ресурсы, но у меня целых пятьдесят процентов.
Ого! Однако я везунчик.
Помнится, семь лет назад у меня было куда меньше шансов выкарабкаться… а я вот он! А ведь тогда тоже был июнь. Я мог бы сказать, что для меня это несчастливый месяц… но может, наоборот? Ведь я по-прежнему жив. Да и рождён я в июне.
Чёрт! Через две недели мне двадцать пять! И у меня были серьёзные планы. Хватит ли моих пятидесяти процентов, чтобы реализовать всё задуманное? Я честно пытаюсь дозваться и вытащить из себя дурашливого оптимиста, но его засосало в другие пятьдесят процентов — пятьдесят оттенков мрака. Короче, он застрял в беспросветной жопе.
Я снова позвал Диану… так, на всякий случай, а то вдруг она задумалась или задремала. Но, убедившись, что я одинок, даже порадовался и немного расслабился — как раз самое время порепетировать слепое ориентирование.
Где-то совсем рядом тренькнул мобильник. Это же мой, наверное? А я уж и забыл про его существование. Вот кто поведает мне, который час!
Я пошарил руками в пространстве и очень быстро наткнулся на тумбочку. К счастью, мобильник обнаружился сразу. Обычно я не пользуюсь виртуальным помощником и по привычке все запросы вбиваю в поисковик. Вот Макс с Siri на короткой ноге — всякую хрень у него спрашивает, а я даже не помню, как к нему обращаться. А вдруг этот чудо-робот не действует через блокировку? Ну, была не была — поднёс мобильник к губам и прорычал:
— Окей, Siri!
Тишина.
Попытка номер два — перевернул телефон и рявкнул с другой стороны.
Хер там. Молчит.
И что делать? Повздыхал, подумал и попытался снова: