Алиса Перова – Безобразная Эльза (страница 58)
– Геныч, спасибо! И иди на хер, клоун! Спроси у своей Наташки, может, про таких дятлов, как ты, тоже пишут романы? И если да – не забудь степлер.
– Про меня уже написали, Жек… «Он был свеж, как молодой редис, и незатейлив, как грабли». Наталья говорит, что это обо мне. Ты тоже так думаешь?
– Я думаю, компетентному человеку виднее, – начинаю ржать, и на подставу отца хочется просто забить. – Ты, кстати, перед Милашкой реабилитировался?
– Да не то слово, Жек! Так душевно пообщались! Ты бы присмотрелся к Эллочке, у неё масса достоинств, между прочим! Чудесный смех, светлый ум и… Э-э… Уверен, что девочка полна сюрпризов. Это я тебе, как человек с мощной интуицией, говорю!
В памяти тут же всплывает недавний сон и, несмотря на недоразвитую интуицию, в голове формируется совершенно невероятное подозрение… Голос! Вот что не даёт мне покоя! Но это же… Да бред!
– Геныч… А ты сам хорошо к ней присмотрелся?
– К кому – к Эллочке? Ну-у… Знаешь, Жек, как говорит одна моя хорошая знакомая, с лица воду не пить. Эллочка, может, и не дракон, зато она человек хороший! И наверняка бережёт свою честь… Для единственного. И ведь будет беречь до старости, если ты не примешь меры. Ну, Жек… А кто, если не ты? Короче, братуха, оставь уже красивых женщин мужикам со скудным воображением и займись малышкой всерьёз.
52 Элла
Три дня… Уже целых три дня я живу как на вулкане. С той самой минуты, когда я узнала о Жениной командировке. И о том, что он там вместе с Викой…
Ну зачем принесло в тот день Наташку?!
Позднее она снова приезжала, и на следующий день, и через день. Но прежней лёгкости между нами так и не возникло. И в этом виновата только я. Нет – я не разлюбила свою подругу, не держала обиду. Мне даже хотелось попробовать, как раньше, но… не моглось… Усилием воли я запретила себе спрашивать у неё о Жене, а сама она не касалась этой темы. Оно и понятно – Натка заинтересована, чтобы её брат и лучшая подруга были вместе. А я для неё как старая любимая пластинка – и выбросить жаль, и вроде как не нужна давно… бесполезна…
Странно, что Натка ни разу не спросила, для чего я устроила эти игры с переодеванием. А что бы я ей ответила? Что так проявляется мой мазохизм? Или какую-нибудь пафосную ерунду о том, насколько для меня ценно почувствовать себя важным и нужным звеном этой цепочки, в смысле, коллектива. Впрочем, в этом была немалая доля правды.
Но судя по ничем не изменившемуся отношению Александра Андреевича, Наташка и ему ничего обо мне не рассказала.
И хоть бы кто-нибудь заговорил о Жене!.. Но на эти три дня о нём словно забыли.
Казалось бы, я, как помощник руководителя, должна располагать хоть какой-то информацией об этой внезапной командировке, её целях… Но нет! Сотрудник, которому полагалось лететь в Алушту, туда и отбыл своевременно, а Женина поездка остаётся под грифом «Секретно».
В голову начинают лезть глупые мысли, что в этой командировке ему могла бы понадобиться помощница... Руководители ведь иногда так поступают – берут с собой помощниц… И Женя мог бы… взять. А он и взял! Но только не меня. Теперь я очень живо и нервно себе представляю, какого рода помощь способна оказать Вика. А я?.. Сейчас я готова оказать любую помощь… Любую! Попросил бы только… Но я здесь, а с ним – она.
И глупо… Как же это глупо – ревновать! У него же было бесчисленное множество девушек! И я научилась принимать это как данность. Как неизбежность. А с Викой его связывали долгие отношения и теперь, возможно, у них снова всё наладится. Она очень красивая и из статусной семьи… Родители с обеих сторон хотят этого брака. Какие могут быть препятствия?
А с другими?.. Какая же я дурная и нелогичная. Кто я? Одна из того множества мотыльков, обжегших свои хрупкие крылья о безжалостное пламя. И единственная, которая вернулась, чтобы сгореть в нём. Сгореть – не настолько больно, как знать, что он с другой и представлять их вместе. Это ещё хуже, чем знать правду. У реальности существуют границы, а в моём воображении… Он целует её… раздевает… ласкает её обнажённое тело… И шепчет её имя.
Разумный человек обычно ищет то, что способно избавить его от страданий, но это не обо мне. Инесса на это философски заметила: «Ну, деточка моя, кораблю тоже гораздо безопаснее в порту, но ведь он не для этого строился». Да – всё так…
Не представляю, сколько я смогу продержаться в таком режиме. Не видеть, не слышать, не знать – было легче. Мне было достаточно понимать, что Женька где-то есть… Он дышит, смеётся… дерётся… А я просто любила его за всё, что есть в нём, и искренне желала ему счастья.
Теперь я не хочу видеть и слышать, как он счастлив не со мной. Наверное, это очень несправедливо по отношению к нему… Ведь сама я поклялась не предпринимать больше никаких попыток к сближению. Я как собака на сене. Одинокая, злая, тоскующая собака…
Так хочется громко протяжно завыть…
**********
ИСТОРИЯ ЛЮБВИ
53 Женя
В Крыму хорошо, а дома лучше. И было бы ещё лучше, встреть меня в родном городе такая же погодка, что сегодня установилась в Симферополе. Запрокинув голову, я щурюсь от яркого солнца, приласкавшего мой подбитый глаз. Наконец-то солнечные очки пришлись в тему. Правда, это ненадолго. Хочется постоять ещё немного, греясь под лучами по-весеннему яркого солнца, но уже объявили посадку на мой рейс.