Алиса Мейн – Внутри себя (страница 54)

По словам офицера, Майкл был «добрым малым, готовым до последнего бороться за справедливость и отрывать головы за невинных», но подход к нему нужен был особенный.

Отставив на задний план мысли о детективе, Белова сосредоточилась на более важной для нее сейчас задаче: каким-то чудом провести пресс-конференцию в преддверии запуска нового проекта. Не провести ее было нельзя, поскольку это был важный этап в рамках презентации. Но после предыдущей встречи с журналистами Эва не представляла, как вести себя с прессой ей самой и как пресса будет вести себя с ней.

Еще одним немаловажным моментом, занимавшим ее, был вопрос о том, будут ли на этой конференции присутствовать корреспонденты, напавшие на нее на парковке.

«Вы причастны к убийству Сэмюэля Моргана?»

«Это правда, что вам было нужно все наследство?»

«На что еще вы готовы пойти, чтобы возглавить рекламную империю?»

Эти и другие вопросы эхом звучали в ее голове, когда она вспоминала тот ужасный инцидент.

Все было заранее подготовлено: проколотое колесо, то, что она пошла его проверять, то, что ее застали врасплох и даже не дали возможности забраться в машину… А Айзек? Который после выпуска новостей с ее участием и поднятой шумихи позвонил ей следом за Кристиной и чуть ли не слезно просил прощения за произошедшее. Каялся, что если бы не его семейные обстоятельства и незапланированная отлучка, такого бы не произошло. Эва пыталась его успокоить, в глубине души понимая, что Айзек был прав.

Откуда они могли знать, что он оставит ее одну? И вопрос был в каких-то двадцати минутах, за время которых к ней должны были отправить другого охранника. Неужели ей придется таскать за собой не менее двух телохранителей, чтобы чувствовать себя в относительной безопасности? Коннор мог додуматься и до такого.

На ее памяти, Сэма довольно часто сопровождала охрана. Например, когда отчим отправлялся за границу или участвовал в больших конференциях. Даже заняв его место, до убийства, Эва не задумывалась, что нуждается в сопровождении. Ей казалось, покушение – это что-то, происходящее обычно на экране телевизора, не в реальной жизни. Не в ее жизни.

После смерти Сэма весь ее мир перевернулся с ног на голову, а сама она вынуждена была каждую секунду думать о том, чтобы остаться целой и невредимой.

За подобными размышлениями Эву посетила совершенно неожиданная идея. Сначала она попыталась отбросить ее, сосредоточившись на подготовке к конференции. Поняв, что эта мысль не даст ей спокойно работать, она все же решила, что должна это сделать.

Оставалось надеяться, что Майкл Коннор ее поддержит.

***

– Честно, я был удивлен вашему предложению и сначала хотел отказаться, – произнес спустя два часа Майкл Коннор когда Эва села на пассажирское сиденье его «Форда». Девушка постаралась сдержать улыбку, но уголки ее губ все равно невольно дернулись.

Примерно через полчаса они припарковались возле дома Сэма Моргана. Полицейская лента уже была местами порвана и лениво развевалась на ветру, напоминая бьющуюся в предсмертной судороге змею.

Эва с Майклом вышли из машины и Белова с тоской отметила, что от дома, раньше казавшегося ей обителью тепла и уюта, теперь веяло пустотой и мрачностью.

– Вы уверены, что готовы? – негромко спросил детектив за ее спиной.

Эва медленно вдохнула влажный осенний воздух, расправила плечи и, коротко кивнув, направилась ко входу. Потянувшись к дверной ручке, она на мгновение замерла, вспомнив в красках жуткое зрелище, которое предстало перед ней в прошлый раз.

– Я могу здесь все трогать? – спросила она, глядя на дверь так, будто та в любой момент могла сорваться с петель и наброситься на нее.

– В принципе, да. Все следственные действия уже провели, дом осмотрели, отпечатки сняли.

Эва снова кивнула, в этот раз больше самой себе, достала ключ и открыла дверь.

Скорее всего, разыгралось воображение, но почему-то Беловой показалось, что как только она зашла внутрь, ей в нос ударил запах крови. Она почувствовала легкую тошноту и головокружение, но тряхнула головой, заставляя исчезнуть всплывшую перед глазами картину с телом на полу. Дверь на кухню была закрыта.

– Только туда мы с вами не можем попасть, потому что это место еще в работе, – Коннор заметил, куда был направлен ее взгляд. – Да и, думаю, вы сами не горите желанием там оказаться.

Эва медленно прошла в гостиную. Мысль о том, чтобы приехать домой к Сэму, появилась внезапно. В ее голове вновь звучал голос отчима, отчаянно настаивавшего на том, чтобы она это сделала. Будучи не в состоянии отделаться от этой идеи, она позвонила Коннору. Тот в это время был в участке. В первые секунды после ее предложения он и вправду сомневался, но, поразмыслив, сказал, что стоит попробовать.

Еще когда была жива Ольга, они с Морганом завели традицию собираться вместе и делиться впечатлениями за день. Взрослая жизнь внесла свои коррективы в их график совместных посиделок. Эва с Сэмом старались сохранить хоть часть этой привычки, которая неизменно сближала их и позволяла за накрытым при свете свечей столом забывать о проблемах внешнего мира.

Прокручивая в голове их совместные ужины, Белова вспомнила и их последнюю встречу за кухонным столом. Тот ужин прошел, как ей теперь казалось, беспокойно.

– Может, Сэм догадывался о том, что скоро произойдет? – пробормотала девушка, проходя в гостиную и проводя рукой по стоявшему при входе комоду. Он уже покрылся пылью, как и остальная мебель.

В тот вечер отчим был напряжен. Да, он улыбался и был приветлив, но говорил меньше обычного и казался рассеянным, постоянно ее переспрашивая. Поначалу Эва не придавала этому значения, но затем всерьез встревожилась и спросила, что с ним. Сэм уверял, что ему просто нездоровится. Нужно было проявить большую настойчивость, но тогда она поверила и предложила остаться на ночь в случае если ему станет хуже. Отчим настоял, чтобы она не переживала попусту. Спустя пару часов Эва покинула его дом.

Белова прошла дальше и подошла к книжным полкам. Коннор стоял у входа в гостиную, скрестив руки и сосредоточенно наблюдая за ней.

Эва осторожно дотронулась до корешков нескольких томов. Большую часть библиотеки собирал сам Сэм на протяжении долгих лет. Отчим тщательно подходил к выбору книг и найти здесь произведение, которое не нравилось бы ему самому, было невозможно. Даже коллеги знали, что Моргану не стоило дарить книг, предварительно не посоветовавшись. Иначе произведение ждала участь быть отправленным в публичную библиотеку.

Здесь можно было увидеть собрания сочинений Теодора Драйзера, Чарльза Диккенса, Джека Лондона, даже Антона Чехова. Эва слабо улыбнулась, наткнувшись на «Маленького принца» Антуана де Сент-Экзюпери, который всегда вызывал жаркие споры между ней и Сэмом. Он не понимал, почему эта книга нравилась Эве, а та уговаривала отчима не избавляться от нее. Каждый такой спор заканчивался тяжелым вздохом Сэма и его желанием сменить тему.

Белова перевела взгляд на плазменный телевизор, переехавший в этот дом из их предыдущего совместного жилья и который практически всегда был выключен. Первое время отчим включал его фоном, чтобы, как он выражался, «заполнить пространство и не чувствовать себя одиноко», но потом начал забывать и со временем почти им не пользоваться.

Девушка покосилась в сторону окон, выходивших на террасу на заднем дворе. Она сама не заметила как застыла в таком положении на некоторое время, пока ее не окликнул детектив:

– Все нормально?

У Эвы было немного воспоминаний, связанных с этим местом. Но всем им она придавала больше значения, чем тем, которые удалось сохранить из более раннего возраста. Наверное, потому, что после того как они стали жить с Сэмом отдельно, она начала трепетнее относиться к моментам, проведенным с ним. И сейчас от вида пожухлой осенней травы во дворе на нее повеяло ностальгией.

– Коннор, вы общаетесь с кем-то из своих родных? – спросила она, задумчиво следя за приподнявшимися от ветра над землей листьями красного клена, которые залетели с соседнего двора.

Детектив не торопился отвечать. Эва слышала, как он сделал за ее спиной несколько шагов к книжным полкам.

– Какое это имеет значение?

Один из листьев подлетел выше остальных и упал на стоявший на террасе стул. Эва помнила, как в первый день заезда сюда Сэм попросил ее помочь выбрать стулья, чтобы он мог вечерами сидеть на заднем дворе и, попивая кофе, читать последние сводки новостей. Они часто сидели там вдвоем и разговаривали обо всем и ни о чем.

– А лично для вас – никакого?

Эва могла поклясться, что перед тем как ответить, Коннор пожал плечами:

– У меня не так много родных, с которыми я бы мог общаться. А из тех, что остались…

Он надолго замолчал. Белова не знала, что заставляло ее задавать ему эти вопросы, но отчего-то чувствовала их значимость:

– У вас есть друзья? Такие, с которыми можно поделиться самым сокровенным и не бояться, что вас осудят?

Эва обернулась к Коннору и обнаружила, что он тоже смотрит в окно, но только его взгляд был устремлен куда-то вдаль. Он качнул головой.

Белова печально улыбнулась, прошла мимо него и направилась к лестнице на второй этаж.

Первым на ее пути оказался кабинет Сэма. Дверь была открыта. Эва зашла внутрь и глубоко вдохнула. Это снова воображение или она услышала запах его одеколона? Морган на протяжении долгих лет пользовался одним парфюмом. Этот запах она ни с чем не могла спутать: смесь свежести и чистоты.